Счастливый слон - Анна Бялко

Я отдала ей приготовленный заранее конверт с деньгами, усадила выпить чашку чая, стала расспрашивать, как дела, как мама-папа. Справедливости ради, я на самом деле довольно давно не общалась со своими родственниками – было некогда, а в последнее время вообще не хотелось ни с кем разговаривать, так что мои вопросы имели не только отвлекающий внимание смысл, но были вполне искренними. Дашка сперва чуть-чуть ерзала, поглядывая на крошечные часики на запястье и порываясь уйти, но потом явно расслабилась и уже сама стала рассказывать какие-то байки про свою девичью жизнь.

– Ну а что, Дашунь, – спросила я ее как бы между прочим. – С Орловым-то у тебя что-то всерьез получается, или так только?

Она автоматически начала было что-то отвечать, потом осознала вопрос, осеклась на полуслове и посмотрела на меня широко открытыми голубыми глазами. Я ласково улыбнулась.

– Так ты... Ты знаешь? – Дашка почти шептала.

Я полупожала плечом.

– Москва – город небольшой.

– И что... И ты... Ты меня... Ты что, на меня не сердишься? Теть Лиза?

– Ну, а за что мне на тебя сердиться? Я тебе не мама.

– Да, но... Ты не думай, – зачастила она с видимым облегчением. – Я это совсем не нарочно, не чтобы тебе как-то... Просто так само вышло, и я... Но там у нас уже почти все, и это на самом деле несерьезно, и я вообще не хотела... А ты правда-правда на меня не сердишься? Совсем-совсем?

Я не выдержала и рассмеялась.

– Да пожалуй, что совсем.

– Ты... Ты просто потрясающий человек, теть Лиза! А я так переживала, и мне было стыдно, я даже старалась не заходить на всякий случай...

– Это я как раз заметила. Давно эта история началась?

Дашка задумалась.

– Ну... После Нового года где-то... Точно, я его еще тогда на празднике в ресторане увидела, и поздоровалась, потому что мы же были знакомы через галерею, а потом мы еще где-то пересеклись, а потом... Но я, между прочим, не забывала, и все равно всегда всем про галерею рассказывала, вот. И знаешь еще, теть Лиз, он мне тоже про тебя часто говорил, что вы с ним прямо партнеры, и ты потрясающая женщина, и что у тебя дела идут – просто зашибись, и что он таких вообще не видел. Знаешь, мне кажется, – она посмотрела на меня как-то хитро. – Мне кажется, ты правда могла бы его на себе женить. Я-то нет, а вот у тебя могло бы получиться, потому что...

Я не дала ей договорить. Во-первых, незачем развивать эту тему, а во-вторых, момент показался мне подходящим.

– А он знает, что ты моя племянница?

– Да ты что! – Дашка чуть не подпрыгнула. – Что же я – совсем дура, что ли? Да нет конечно! Зачем это я буду такое говорить? – она немного подумала и еще более определенно заключила. – Нет, ничего он такого не знает. А почему ты спрашиваешь?

– Да так, – неопределенно ответила я. – Интересно было. Именно потому, что мы, как ты говоришь, партнеры. Ты молодец.

– Ну уж и молодец, – смутилась Дашка. – Ладно тебе. Это ты у нас... Я просто не знаю даже. Я так рада, теть Лиза.

– Чему? – не поняла я.

– Ну, что мы с тобой помирились, и вообще. – тут она снова глянула на свои часики и охнула. – Ой, мне пора. Я правда должна бежать. Я тебе позвоню!

Расцеловала меня и упорхнула. Действительно, глупая бабочка. Крылышками бяк-бяк-бяк-бяк. Фантастика.

Но позитив во всем этом был. По крайней мере, кровосмешение не было осознанным – я имею в виду, с сашкиной стороны. Потому что о какой-то дашкиной сознательности в этом месте думать было бы, пожалуй, слегка наивно. Да и в каких-то других, наверное, тоже. У мотыльков очевидные проблемы с мозгами. Зато никаких других, кажется, больше нет. Может быть, так и надо?

Но вот чего точно, похоже, не надо делать – обсуждать все это с Сашкой. Раз он не знает про родственные связи, то пусть оно все так и остается. Зачем тут чего-то выяснять? Кто я ему? В общем, с учетом интенсивности нашего общения в последнее время – действительно, похоже, только партнер. Которого, он, впрочем, судя по дашкиным словам, очень уважает. Тем более, что НЕ выяснять чего-то в сложившейся ситуации гораздо проще, чем наоборот.

Но я и тут попала пальцем в небо. Говорят – на ловца и зверь бежит, да? А если наоборот? Сашка сам позвонил мне тем же вечером, прямо так, ни с того, ни с сего.

– Привет! Как поживаешь, сто лет не слышал, соскучился.

– Да вроде все путем, как-нибудь, – осторожно ответила я, борясь с соблазном. Очень хотелось все-таки ввернуть ему какую-нибудь гадость по свежим впечатлениям. Но все-таки мне удалось себя победить.

– Я тут подумал – надо бы нам выбраться куда-нибудь, что ли? – продолжал тем временем Сашка.

– Да можно, конечно. Только чего ты это вдруг?

– А что такое?

– Да нет, ничего. Просто – слегка неожиданно.

– А. Ну да. Конечно. Лиз, я тут хотел с тобой проконсультироваться...

С этого бы и начинал, Дизраэли. А то...

– Чего такое?

– Тут, понимаешь, под майские праздники Президент устаривает ежегодный... Ну, не прием, а как бы встречу с трудящимися. С деловыми людьми. Приглашает бизнесменов, разных серьезных людей, всякое такое...

– Угу. И что?

– Ну. И в этом году я тоже получил приглашение на такой прием. Это, вообще-то, страшно круто, понимаешь?

– Угу.

На какую-то долю секунды я подумала, что он сейчас попросит меня сопровождать его на этот прием. «Откажусь», – успело мелькнуть в голове. Но мысли мои никого тут не волновали.

– Ну вот, я и подумал, что на такое дело хорошо бы прийти с подарком. И подарок, сама понимаешь, должен конкретно соответствовать. Я тут прикинул – картина, это ведь самое оно. И строго, и по деньгам нормально. Интеллигентно так.

– Да, Саш, это конечно, но наши картины, сам понимаешь...

– Да это-то я понимаю, конечно, не дурак. Лиз, я тут подумал... А вот тот Шишкин, который... Ну, которого я... Он-то ведь без дураков подходящий.

Ах вот оно в чем дело! Ой, Саня, Саня. И ладно бы, что это был твой подарок, этот факт можно было бы оставить в стороне со всей его красотой, но только Шишкин-то твой, можно сказать, из той же бочки разлит... Я тебя берегла, как дура, не говорила... Досекретничалась.

– Саш... Я даже не знаю... Я не уверена...

– Лиз! Ну правда, ну выручи ты меня! Я свинья, конечно, но ты не думай, я тебе потом еще лучше что-нибудь подарю. Просто тут так приперло! Лиз! Очень надо, правда. По-другому я бы не стал!

– Да дело не в этом, Саш. Картины-то не жалко. Мне не дорог твой подарок, дорога твоя любовь, – не удержавшись, ввернула я. – Вот только... В общем, на нее же и бумаг никаких нету, ты же сам знаешь.

Ну не могла я ему сказать, что его драгоценный Шишкин – тоже фальшак. Не могла.