Наши друзья Человеки - Бернард Вербер

В конце концов, он решает дать ей выговориться.

– Кто хочет добавочки? – выдыхает она устало. – Люди – это настоящее праздничное блюдо!

– Инопланетяне таких размеров, что мы послужим скорее закуской.

Саманта застывает, ее улыбка хорошей хозяйки сменяется гримасой ужаса.

Рауль поднимается по лестнице и кричит:

– Эй! Откройте, я хочу с вами поговорить!

Саманта стоит по-прежнему неподвижно.

– Рауль, я даже знаю, почему они делают это. Они мстят нам за то, что мы едим лягушек. Мы ведь оба французы, а только французы едят лягушек!

Она садится на пол, оглушенная.

– Черт возьми, Саманта! Придите в себя! Вы что, не понимаете, что происходит? Вы не отдаете себе в этом отчет? Представьте себе, сколько людей мечтают оказаться на вашем месте! Это лучше, чем любой научно-фантастический фильм! Это Ре-аль-ность! Они здесь. Над нами. Это пришельцы из космоса, которые появились впервые в истории человечества! Мы их видели...

– Они отвратительны.

– Они нас видели.

– Я боюсь их. Я хочу вернуться домой.

– Я должен подготовить речь... «Дорогие пришельцы...» Нет, это уж слишком банально. Надо говорить проще, яснее. (Обращается к потолку.) МЫ – ЛЮДИ...

– Насчет этого, я думаю, они уже в курсе.

– ...ВЫ – ДРУЗЬЯ. Я – ПОСОЛ.

Ждет ответа. Ничего не происходит.

– ВЫ ПОНИМАТЬ СЛОВО «ДРУГ»?

Саманта и Рауль прислушиваются. Реакции нет.

– Брось, Рауль. Все равно, что с устрицами разговаривать.

Рауль возвращается к «официальному» тону:

– МИР. МИР МЕЖДУ НАШИМИ ДВУМЯ НАРОДАМИ. Я ХОТЕЛ БЫ ПОДПИСАТЬ КОНТРАКТ О КУЛЬТУРНОМ И НАУЧНОМ ОБМЕНЕ.

– Он уже готов предать свою планету! Это враги!

Рауль невозмутим.

– Я ГОТОВ К ПЕРЕГОВОРАМ. МЫ ИМЕТЬ МНОГО БОГАТСТВ, ОЧЕНЬ КРАСИВЫЕ ПРЕДМЕТЫ, ОЧЕНЬ СЛОЖНЫЕ, ИХ ТРУДНО СМАСТЕРИТЬ.

– Ты им что собираешься предложить? Шариковые ручки?

– МЫ ДЕЛИТЬ ВСЕЛЕННАЯ. ПОЛОВИНА ВАМ, ПОЛОВИНА НАМ.

– С какой стати они будут иметь с нами дело? Ты сотрудничаешь с твоими лабораторными мышами или лягушками?

Рауль оборачивается к Саманте.

– Почему тогда они держат нас живыми?

– Чтобы развлечься. Чтобы нас пытать. Они хотят, быть может, отомстить за своих братьев, замученных людьми. В коллеже, на уроках биологии, я помню, мы должны были обнажить нерв в лапке лягушки и заставить лапку дергаться под воздействием электричества. А лягушка была... еще живая. Она обязательно должна была быть живой. Они будут искать у нас в ноге нервы, чтобы учить своих детей!

Рауль не обращает на нее внимания.

– Почему они не отвечают?

– Не выбивайся ты из сил, Рауль. Они считают нас, должно быть, совсем неразвитым видом животных. Эй, там! Мы умные! E = mc2! Вы же не будете есть животное, которое говорит, что E = mc2! (Поворачивается к Раулю.) Формула такая, да?

– Для них, должно быть, это каменный век.

– Но есть вещи, которых они не знают. (Становится на ступеньку лестницы.) Вы знаете рецепт майонеза? Он известен только на Земле! А знаете, как вывести пятно от жвачки? Уверена, что не знаете. Кубиком льда! Именно так. А рецепт торта с лимонной цедрой?

Она достает мобильный телефон у Рауля из кармана.

– А вот это позволяет говорить на расстоянии, без проводов, не повышая голоса, и он может издавать забавные звуки. У вас такие есть?

Она по очереди включает мелодии в телефоне. Ничего не происходит.

– Они не могут этого знать, а? Не могут! Эй! Мы люди, мы не животные! – кричит Саманта.

– Почему они не отвечают? Если бы я нашел двух маленьких инопланетян, производящих ртом звуки, я бы им уделил, конечно же, больше внимания.

Они задумываются.

– А если они нас коллекционируют? Я коллекционировала бабочек, когда была маленькая. Я их закрывала в банках с крышками, а потом... накалывала на булавки.

Она опять впадает в отчаяние. Рауль хочет успокоить ее:

– Они не будут с нами этого делать. Скорее всего у них мирные намерения. У нас равные шансы попасть в руки как к злым инопланетянам, так и к добрым.

– Я не про добрых или злых говорю тебе! Можно быть добрым и есть лапки лягушек. Можно быть добрым и коллекционировать бабочек! Просто не задумываться об этом...

Она опускает голову.

– А вдруг действительно они нас коллекционируют? Смотрите, ведь они могут собирать парами образцы всех видов животных Вселенной. Я – мужчина, вы – женщина, понимаете? Что-то типа Ноева ковчега. Но большего масштаба. Космического. Они нас схватили и пока посадили сюда.

– Сделают из нас чучела и выставят в Галерее эволюции: «Человеческая пара с планеты Земля».

– Тогда бы они нас уже убили. Но мы живы. Нас кормят. Нас даже балуют игрушками. Это доказывает, что они хотят нам добра.

– Говорю тебе, они все равно убьют нас когда-нибудь.

– А я думаю, что они будут продолжать нас кормить и дарить нам игрушки до тех пор, пока вы не забеременеете.

При этих словах Саманта широко раскрывает глаза.

– Мы пропали, Рауль.

– Да нет! Единственная наша задача – научиться выносить друг друга в этой... как назвать-то... в этой... клетке для людей.

– ...в этом человечнике?

– Если хотите, в... человечнике. Кстати, заметьте, совершенно не обязательно человечник должен находиться на Земле. Числа! Черт возьми! Потерянная неделя! Все понятно. Это не пришельцы на Земле, это мы у них!

– Мне нужно сесть. Я что-то так устала. Ужасно устала...

– Астрономы не нашли жизни ни на одной планете Солнечной системы, так что мы, конечно же, оказались за ее пределами.

– А это далеко?

– Ближайшая к нам солнечная система – это Проксима Центавра. И это... скажем... два световых года от Земли.

– Это сколько километров? Я только в километрах понимаю.

– Примерно тысяча двести миллионов километров.

– Подумать только, а ведь я никогда не уезжала из Франции!

– Вы понимаете, что мы совершили самое дальнее путешествие из всех, что когда-либо совершали люди. До этого никто дальше Луны не летал...

– А я просила об этом?! И мне здесь не нравится.

– Погодите жаловаться. Дышим мы воздухом. Значит, здесь есть атмосфера. Мы едим. Мы пьем. Мы ходим по полу. Значит, как и на Земле, здесь есть притяжение.