Коктейль "Торпедный сок" - Тим Дорси

Короче говоря, Коулмэн жил в настоящей берлоге. Впрочем, на Кис даже берлоги роскошны. Трейлер стоял в густой чаще кокосовых пальм, кокколобы, палисандра и еще каких-то деревьев с ярко-желтыми цветами. Стены опутал виноград, а пустоты в фундаменте маскировали выросшие у порога цветы-самосейки.

Коулмэн вылез и обнаружил, что из машины торчит ручка топливного насоса и кусок шланга.

– А это еще откуда?

Коулмэн выдернул шланг, выбросил его и пошел в дом.

На автодороге номер один образовалась пробка. Вскоре машины встали до самых островов Литтл-Торч-Ки, Биг-Пайн-Ки и Бахия-Хонда. Любопытные протискивались мимо заправки «Шеврон» или вообще съезжали на обочину и вылезали с фотоаппаратами. Все щелкали лежащего на спине броненосца, который сжимал в закоченевших передних лапах банку «Будвайзера».

Продавец автозаправки не замечал этого, потому что был слишком занят. Как учили, он нажал на большую красную кнопку аварийного отключения бензина и огородил утечку выкрашенными во флуоресцентный цвет конусами. Потом забежал внутрь и уточнил телефон аварийной службы.

Останавливались все новые машины. Несмотря на перекрытые колонки, продавец получил большую выручку. Из джипа «гранд-чероки» выскочили студенты и направились к холодильнику. В дверь просунула голову женщина в футболке из салуна «Кабаний дух».

– Одноразовые фотоаппараты есть?

Продавец, который как раз звонил по телефону, молча указал на стойку «Фуджи».

Студенты поставили на прилавок упаковки пива.

– Лед есть?

Продавец ткнул пальцем на морозильник.

Тут произошла первая авария – сильный задний удар рядом со знаком «Снизьте скорость – олени под угрозой вымирания». Машины встали намертво. Студенты вышли на обочину, сняли футболки и плюхнулись с бум-боксом на бесхозный диван. Включили Ван Халена погромче и обмазались солнцезащитным кремом.

Толстый и счастливый Коулмэн валялся на диване со сломанными пружинами, который он подумывал поменять на тот, что видел на обочине. Он ел, пил и переключал каналы. На улице гудели сирены и стрекотали вертолеты. Коулмэн пропустил что-то интересное по телевизору и переключился обратно. Местные новости. Прямой эфир из вертолета.

– Эй, это же моя заправка!

Камера с воздуха показала, как до самого горизонта на автодороге номер один по всем островам и мостам застыло движение. Потом крупным планом – заправка, где на маленьком диванчике сидели и курили крошечные студенты. Один парень бросил через плечо бычок. s

Коулмэн невольно отдернулся от гигантского огненного шара, взорвавшегося на экране.

– Круто!

Когда вдалеке вспух огненный шар, компания из Безымянного бара стояла у моста через пролив Боуги.

– Интересно, что это было? – сказал Соп Чоппи.

В воздух поднялся еще один вертолет; волосы Чоппи откинуло ветром.

– Пошли выпьем, – предложил Боб.

Они направились обратно. С другой стороны подъехало розовое такси. Оттуда вышел Серж с гитарой в чехле. Он достал из кармана деньги и просунул голову в открытое окно.

– Может, еще подумаешь? Шикарная возможность. Я стану новым Баффеттом.

– Слушай, приятель, у меня тут работа…

– Последний шанс, – сказал Серж и отдал деньги. – Неужели ты всю жизнь хочешь быть сраным таксистом?

Автомобиль резко рванул с места. Серж упал на гитару.

Все утро Коулмэн принимал форму дивана. Он еще никогда так долго не смотрел один и тот же канал. Вокруг автозаправки сновала куча народу. Каким-то чудом к месту происшествия подобралась пожарная машина и пеной потушила колонки. Коулмэн поднес банку пива ко рту. Пусто. Пошел к холодильнику. Кончилось. Он стащил подушки с дивана и собрал мелочь.

Коулмэн прошел три квартала до обугленной заправки. Пожарные сматывали шланги. На парковке стояли возбужденные очевидцы и пересказывали случившееся опоздавшим. Коулмэн зашел внутрь и взял из холодильника упаковку пива. Поставил на прилавок рядом с коробкой зажигалок, работающих на ветру. На коробке была изображена дама с сигаретой, обдуваемая муссоном. Коулмэн повертел в руках зажигалку, сломал крышечку и поставил обратно. Наконец ему стало ясно, что рассчитывать его не собираются. Продавец что-то рассказывал пожарному с планшетом. Коулмэн засунул руку в карман и бросил на стекло прилавка монетки.

Он отсчитал ровно столько, сколько стоила упаковка, включая налоги. Генетическая память.

Коулмэн вытащил одну банку и толчком распахнул дверь. На обочине стояло несколько кучек людей, каждая – вокруг того, кто утверждал, что «видел, как все было». Коулмэн подошел к ближайшей группе и просунул голову между двумя слушателями.

– …этот идиот отъехал, а из бака торчала ручка!

Коулмэн поднял лицо к небу, допивая остатки пива. Достал из упаковки вторую банку и подбрел к другой группе. Человек, стоявший посредине, тыкал пальцем на дорогу.

– Броненосец случайно погиб. Я все знаю! Они подпрыгивают, когда пугаются. Если бы стояли на месте, их бы не давило, но они скачут и разбивают себе бошки под машинами. Я из Техаса!

Коулмэн приблизился к обочине. По ту сторону скопились люди с фотоаппаратами. Один снимал происходящее сотовым телефоном и тут же отсылал в Буффало своему налоговому консультанту. Коулмэн прошел между машин, поднял броненосца, взял под мышку и отправился домой. Люди огорченно опустили фотоаппараты. Машины тронулись.

* * *

Завсегдатаи Безымянного бара стояли снаружи и смотрели, как Серж прыгает по гитаре. Потом он запихнул обломки в мусорный бак и отряхнул руки.

– Поставим точку в этой печальной главе!

Они пошли в бар. День продолжался. С моста снялся последний вертолет. Движение по автодороге возобновилось. Время было обеденное – самые жаркие часы, когда жизнь в островной глуши замирает. На улице – тишина.

Тишину нарушил треск гравия.

Мимо бара проехал белый «мерседес» с тонированными стеклами.