Осень в Пекине - Борис Виан

— Я имею в виду — в жизни.

— Я часто танцую, — сказала Рошель. — После экзамена на степень половой зрелости училась, чтобы стать секретаршей. Пока что я не работаю. Родители считают, что сначала я должна приобрести навыки поведения в обществе.

Музыка кончилась. Анжель хотел остаться, чтобы продолжить танец, когда музыканты заиграют снова, но они принялись оттачивать свои инструменты. Рошель поспешила к столику и уселась поближе к Анне. Анжель поплелся за ней.

— Вы обещаете мне следующий танец? — спросил Анна.

— Конечно, — ответила Рошель. — Мне нравится танцевать с вами.

Анжель сделал вид, что не слышит. У других девушек тоже могут быть красивые волосы, но такого голоса ни у кого больше нет. Не говоря уже о формах.

Анжель не хотел становиться другу поперек дороги. В конце концов, Рошель — знакомая Анны, и пусть он сам с ней разбирается. Анжель достал новую бутылку из ведра с зеленым льдом и наполнил свой бокал. Девиц кругом было множество, но ни одна не привлекала его. А влекла только Рошель. Увы, пальма первенства принадлежала Анне.

И Анна был его другом.

2

Они решили пойти поужинать. Нельзя же мотаться черт-те где всю ночь, когда утром на работу. В машине Рошель села вперед, к Анне; Анжель забрался на заднее сиденье. С Рошель Анна вел себя сдержанно. Он не обнимал ее за талию, не наклонялся к ней, не брал за руку. Анжель обязательно делал бы все наоборот, познакомься он с Рошель первым. Но Анна больше зарабатывал; он имел на это право. Танцевать не в такт не такой уж великий грех, коли не слышишь музыку. На это можно закрыть глаза. Время от времени Анна мог сморозить какую-нибудь глупость, и Рошель с готовностью принималась смеяться, встряхивая своими искристыми волосами над воротником ярко-зеленого костюма...

Анна сказал что-то Анжелю, но тот думал о другом и не обратил внимания. Чего же тут такого? Тогда Анна обернулся и невольно крутанул руль. Как это ни печально, но по улице шел человек, и машина, заехав на тротуар, сильно ударила его крылом. Человек с грохотом повалился на землю и схватился за бедро. У него начались конвульсии. Анжель распахнул дверцу и бросился вон из машины. Одолеваемый беспокойством, он склонился над пострадавшим. Тот корчился от смеха, временами останавливаясь, чтобы издать протяжный стон, а затем снова начинал хохотать и кататься по асфальту.

— Вам очень больно? — спросил Анжель.

Рошель не решалась посмотреть в окно. Она сидела в машине, обхватив голову руками. Анна совсем спал с лица; он был мертвенно бледен. Он думал, что человек умирает.

— Это вы меня сбили? — икая, спросил потерпевший у Анжеля.

Его снова обуял смех. Слезы струились у него по щекам.

— Полежите спокойно, — сказал Анжель. — Вам, должно быть, очень больно.

— Я зверски страдаю, — с трудом выговорил человек. Собственные слова повергли его в такое исступление, что он сделал кульбит и откатился в сторону. Анна, стоя рядом, растерянно наблюдал эту сцену. Он оглянулся и увидел, что Рошель плачет: ей представилось, что лежащий человек обвиняет Анну, и она испугалась. Анна подошел к открытой дверце, взял голову девушки в свои большие ладони и поцеловал ее в глаза.

Так получилось, что Анжель все это видел. Когда же руки Рошель сомкнулись на шее Анны, он поскорее снова повернулся к потерпевшему. Человек пытался вытащить из кармана бумажник.

— Вы инженер? — спросил он Анжеля. Приступы смеха понемногу стихли.

— Инженер... — пробормотал Анжель.

— Тогда вы поедете вместо меня. Я не в состоянии достойным образом добраться до Экзопотамии, коль скоро бедро у меня разбито на пять кусков. Если бы вы знали, до чего я рад!..

— Но ведь... — начал было Анжель.

— За рулем были вы, не так ли? — спросил лежащий господин.

— Нет, Анна...

— Какая жалость, — сказал господин. Лицо его омрачилось, губы задрожали.

— Не плачьте, — попытался утешить его Анжель.

— Но я не могу послать вместо себя девушку...

— Это юноша... — сказал Анжель. Известие очень воодушевило господина:

— Поздравьте от меня его мать.

— Обязательно. Правда, она уже привыкла.

— Значит, мы пошлем в Экзопотамию Анну. Меня зовут Корнелиус Шмонт.

— А меня Анжель.

— Предупредите Анну. Он должен подписать бумагу. К счастью, в контракте оставили пропуск вместо имени.

— Почему? — спросил Анжель.

— Вероятно, они мне не доверяли. Позовите же Анну. Анжель обернулся и посмотрел. Ему сделалось больно, но он шагнул к машине и положил руку на плечо друга. Анна был как в бреду, и глаза его... Лучше бы не видеть. У Рошель глаза были закрыты.

— Анна, ты должен подписать бумагу, — сказал Анжель.

— Чего? — не понял тот.

— Контракт на работу в Экзопотамии.

— Там строят железную дорогу, — уточнил со своего места Корнелиус.

Произнеся эти слова, он снова заохал, потому что куски его тазобедренной кости, задевая друг за друга, производили режущий ухо скрежет.

— И вы поедете? — тихо спросила Рошель.

Анна, не расслышав, снова наклонился к ней. Она повторила вопрос, и он сказал «да». Он пошарил в кармане, нашел ручку. Корнелиус протянул ему контракт. Анна заполнил нужные графы и поставил внизу свою подпись.

— Давайте мы отвезем вас в больницу, — предложил Анжель Шмонту.

— Не стоит, — ответил тот. — Проедет какая-нибудь «скорая» — заберет. Только отдайте мне контракт. Как я все-таки рад, что все так получилось.

Он спрятал документ и потерял сознание.

3

— Что же теперь делать? — спросил Анна.

— Придется ехать, — сказал Анжель. — Ты подписал контракт.

— Но я же там с тоски помру. Совсем один...

— Ты виделся с Корнелиусом?

— Он звонил. Ехать надо послезавтра.

— Тебя действительно это огорчает?

— Да в общем-то нет. Страну посмотрю, в конце концов...

— Ты не признаешься, но ведь это из-за Рошель ты не хочешь ехать? — сказал Анжель.

Анна с удивлением посмотрел на друга:

— По правде говоря, я о ней совсем не думал. А ты считаешь, она обидится, если я уеду?

— Не знаю, — сказал Анжель.

Он подумал, что если Рошель останется, они могли бы время от времени встречаться. Глаза у нее голубые. И Анны рядом не будет.

— Знаешь что... — сказал вдруг Анна.

— Что?

— Ты должен ехать со мной. Наверняка им понадобится не один инженер.

— Но я же ничего не смыслю в железных дорогах, — возразил Анжель.