Пять минут до счастья - Аркадий Шер

Решили сначала обойти ближайшие деревни и опросить местных жителей.

Так и сделали.

Начали с деревни Малые Чудики. Машенька и Дружок пошли по дворам с расспросами. Волк, чтобы не перепугать всю деревню, остался на опушке леса. А с ним за компанию и Васечка.

Дружок побежал вперёд, чтобы расспросить всех деревенских собак. А Машенька не спеша направилась к крайнему двору и постучала в калитку.

Из дома вышел здоровенный мужик.

— Здравствуй, детка! — хрипло проговорил он.

— Здравствуйте, дяденька Аникей! Я к вам с вопросом.

— Если знаю, отвечу.

— Краем уха я слыхала, — начала осторожно Машенька, — что в нашем лесу неведомое существо водится. Очень маленькое, беленькое и светится. Не встречали ненароком?

— Не-е… такого не встречал. Вот маленьких зелёненьких встречал. Как начнут прыгать по плечам, удержу нет. Откуда только берутся? Пёс его знает!

— Спасибо, дяденька Аникей, зелёненькие мне не нужны.

— Ну, стало быть, не помог я тебе, — развёл руками Аникей. — Извини.

Попрощавшись, направилась Машенька к лесу, где в кустах ждали её Волк и Васечка.

Дружок прибежал немного погодя и сообщил, что ни одна собака в деревне ничего не знает. Слыхали только, что в лесу кто-то видел волка в красной рубахе, да ещё в белый горошек! Только никто в это не верит.

Долго друзья смеялись по этому поводу. Громче всех хохотал Волк, разглаживая складки своей красной рубахи в белый горошек.

— Ну, давайте зайдём и в Верхние Плавники, — предложила Машенька. — Может быть, там кто-нибудь что-нибудь знает об этом Кусе-Мусе.

Деревня Верхние Плавники располагалась неподалёку от Малых Чудиков. И они быстро до неё добрались.

Остановились у околицы в зарослях орешника. Машенька решила пойти на разведку одна. Потому что местные собаки сидят на цепи и дальше своего носа ничего не видят. А стало быть, Дружку там делать нечего.

Узелок с пирожками она на всякий случай забрала с собой. Потому что Волк слишком подозрительно принюхивался к нему. Казалось, он готов проглотить пирожки вместе с тряпочкой. Дружок тоже посматривал на узелок и глотал слюну. Машенька и сама не отказалась бы отведать бабушкиного пирожка, но… Никогда не меняла она дела на безделье. «Всему своё время!» — учил её дедушка Игнат.

— Сначала найдём Кусе-Мусе! А пирожки подождут, — коротко распорядилась она. — Сидите тихо! Я скоренько.

Размахивая узелком, девочка вприпрыжку бежала по деревне.

Навстречу ей Мормышкин, по кличке Бредень, Рыболов с большим тёмным прошлым. Худой, как вобла сушёная.

— Привет, Машуня! Какими судьбами в наши края? — бодро спросил он.

— Здравствуйте, Иван Терентьич! Один вопросик, на засыпку, к вам будет.

— Готов услужить лесниковой внучке! — заискивающе улыбаясь, зачастил Мормышкин. — Слушаю внимательно, отвечу обязательно.

А Машенька ему:

— По какому праву Рыбку Золотую оглушили?

Мормышкин оторопел:

— Да ты што?! Как Игнат арестовал меня… за попытку глушить… я в руки энтот динамит не беру! — Он неистово замотал головой. — Только лишь на удочку ловлю! Только на удочку!

— Да верю я, верю! — Машенька приблизилась к Мормышкину и неожиданно перешла на шёпот: — Иван Терентьич, ходят легенды, будто в нашем лесу живёт неведомая зверушка. Маленькая, беленькая такая. Но её никто никогда не видел.

— Неправда ваша! — И Мормышкин снова замотал головой. — Как это не видел? Да я как раз на етих маленьких, беленьких, вот такущих голавлей вываживаю! — Он широко раскинул руки и добавил: — Рук не хватит!

Машенька от радости забыла, что разговаривает со старым рыбаком. А как известно, любят рыбаки приврать, за милую душу.

Она просто сгорала от нетерпения:

— А как вы их называете?

— Кого?.. Ах, етих! — спохватился Мормышкин. — Да так и называю — ети. А как иначе?

— Нет, Иван Терентьич! «Ети» — так учёные снежного человека называют, — сказала Машенька наставительным тоном.

— Снежную бабу что ль? — удивился рыбак.

— Да нет! — рассмеялась девочка. — Это огромного роста мохнатое существо. На человека похожее. О нём много рассказывают, но никто его в глаза не видел.

— Ой! Что ты-ы! — вскинулся Мормышкин. — Я тут встретил в нашем лесу здоровенное мохнатое чудище. На нём рубаха красная в белый горох, а морда-а… Ну вылитый волк. Испугался я тогда до смерти. Еле ноги унёс. С той поры в тую сторону и смотреть-то боюсь.

— Вы будете смеяться, а я вот это мохнатое чудище очень даже люблю. Потому что это не чудище, а Волк, мой верный друг.

— А чего смеяться-то. У тебя небось все лесные звери в друзьях ходят. Ладно! Ещё вопросы будут?

— Извините, Иван Терентьич, а эти «ети» к вам в ухо никогда случайно не залезали?!

— Да ты чего, Маш! Зачем им туда?

— А где вы их ловите?

— Ну, Машуня, ты даёшь! Какой же рыбак тебе скажет, где он такую ценную наживку берёт?

«Видно, самим придётся искать», — подумала Машенька. Она угостила Мормышкина пирожком за откровенный разговор и поспешила к своим друзьям.

Как только она появилась, Волк сразу обратил внимание на узелок с пирожками.

— А ну-ка дай мне его сюда. Чтой-то он не так завязан!

Развязал Волк узелок и сразу увидел, что одного пирожка не хватает.

— Я так и знал! Всё-таки съела один!

— Да как ты мог такое подумать?! Чтобы я втайне от вас! Да я бы с голоду скорее померла, чем так поступила! — искренне возмутилась Машенька. — Просто я Мормышкина угостила.