Вуконг. Сердце обезьяны - Сандра Райзер

а в кучу испортившихся фруктов, которые бык-демон и лев оставили сегодня ночью в качестве издевательского подношения перед троном. Весь мой мех склеился. Я вылизал себя дочиста, а затем начал вытирать пол языком. Не мог же я, покидая пещеру, оставить своё место в таком ужасном состоянии! Кроме того, мне нужно было немного подкрепиться, прежде чем я вызову Яму на бой. Ух, кого я хочу обмануть? Это было всего лишь попыткой изобразить полезную деятельность. Иногда так случается, когда два противоположных желания имеют одинаковую силу и тем самым подавляют друг друга: желание бороться и желание бежать. Во время стресса цыплята начинают ковыряться в земле, даже если там совсем нет зёрен. Люди, нервничая, производят руками разные навязчивые движения. А я… ну вы сами видите, я вёл себя как курица. Трусливый цыплёнок.

– Заканчивай, УГУкуГУн! – ругалась сова. – Хвостовое оперение! Это добром не закончится!

Наверное, это выглядело смешно? По какой-то причине у меня начался настоящий приступ смеха. Я фыркнул, разбрызгивая липкий, дурно пахнущий сок по трону и моей подруге. Шуши с отвращением принялась чистить оперение клювом.

– Ничего смешного! Это вредно для тебя! Очень плохо! Это парализует твой разум!

Жалобно-сердитый крик заставил меня съёжиться. «Уууух!»

Откуда здесь вдруг взялась бабушка Лао? Моя бабушка пыталась вытащить меня из кучи испорченных фруктов, но я извивался и выскальзывал из её пальцев. Бабушка Лао попыталась напугать меня:

– Эта штука опасна, Вуконг! Это может убить тебя. Это как с алкоголем и людьми. Если ты примешь слишком большую дозу, ты можешь умереть! Ты отравляешь своё маленькое тело!

Ну вот тут она преувеличивала!

– Ух, бабушка! – заныл я.

Шуши летала вокруг моей головы, мешая мне есть. Неудивительно, что голова у меня закружилась.

– Ты вовсе не бессмертный! Точно не бессмертный!

Может быть, я и не был бессмертным. И, конечно же, мне было жутко страшно. Когда я представлял, как я буду бороться с Ямой, мне становилось жарко – так жарко, как будто Правитель Царства мёртвых уже держал меня за горло. Я представил, как его пламя проникает сквозь прорези и соединения в моей броне. Мысленно я топтал всё вокруг огнеупорными сапогами. А на самом деле я был босиком. Я ещё не был готов к этому бою. Я ещё морально не подготовился к этому!

– Оставь меня в покое!

Моё раздражение попало в Шуши, хотя яростный хаос внутри меня был направлен против Ямы.

Я резко выпрямился. Но вместо того чтобы решительно двинуться прочь, я, спотыкаясь, пополз на ватных ногах. Шуши летела рядом со мной.

– Пойдём искать персики, УГУкуГУн. Пойдём вдвоём…

Всё человеческое исчезло из моей души. Как загнанный в угол зверь, я стиснул зубы и прорычал:

– ОСТАВЬ! МЕНЯ! В! ПОКОЕ!

Шуши испуганно заморгала. Я тоже закрыл глаза. Когда я снова открыл их, я оказался лицом к лицу со своей собравшейся семьёй. Я отражался во множестве тёмных зрачков, как будто там было существо с фасеточными глазами, а я был единственной странной вещью, на которую все смотрели. Словно спасаясь бегством, я выпрыгнул наружу через водопад. Мне не пришлось долго искать, вскоре я обнаружил тельца-демона Ню Мо и льва Ши То. Они лениво лежали в тени дерева и ели… мясо.

Мне стало совсем смешно. Окровавленные куски, вырванные из добычи, удвоились в моих глазах и запрыгали, как будто они были живыми.

– Ге-ни-ально! – захикал я. – Вам стоит поймать всего одно животное, и вы все уже сыты! А кто тут творит заклинание умножения?

Ши То и Ню Мо посмотрели друг на друга, ухмыляясь. Лев лапой пододвинул мне несколько испорченных фруктов:

– Вот они.

– Они?

Я запихивал все фрукты в рот и жевал с набитыми щеками.

– На вкус никакой магии.

Оба демона рассмеялись. Они издевались надо мной?

– А какая должна быть магия на вкус? – усмехнулся Ши То.

– Не… такой…

Больше я ничего не смог ответить. «Сонное заклинание», – только и успел я подумать. В поисках опоры я прислонился спиной к дереву и остался сидеть неподвижно, а мир начал вращаться вокруг меня. Мне стало плохо. Просто немного отдохну, решил я. Вот-вот всё станет как прежде.

– Не спи, УхГУкуГУн!

Крылья хлопали по моим щекам.

– Не спать!

Кто-то дёргал и тряс меня.

– Проснись!

Это был дядя Бен? Почему в его голосе звучала такая паника? Так много голосов! Так громко! Слишком громко!

– Ух-Ух! Ух-Ух!

– Что это с ним?

– Что с ним случилось?

– Ффё хорофооо.

Мой язык сопротивлялся произнесению лжи. Я отодвинулся от дерева. Не удержавшись, я перевернулся на бок и рухнул на землю. Потом я провалился в глубокий сон. Непривычно глубокий.

23

Ошибка?

Я зарычал. Что-то тянуло и дёргало меня за ноги и руки, и это жутко раздражало. Металлический звон проник сквозь туман, клубящийся в моей голове, и отразился от черепной коробки. Это вызвало эхо от волн боли.

Дзынь! Дзынь!

– Ай!

Хватая ртом воздух, я продолжал скулить, и тут что-то страшно сжало мои запястья. Казалось, кровь перестала течь по жилам.

– Аууух!

Хватит с меня!

Я открыл глаза… и тут же их снова захлопнул.

Ух!

Какой ужас! Что я такое увидел? Мертвенно-бледный призрак, а рядом с ним тьма на двух ногах?

– Хэй! – сказал кто-то укоризненным тоном. Это было не обращение ко мне, а китайское имя, и оно подтвердило, что эти две фигуры не были плодом моего воображения.

«Хэй» значит «чёрный». По-видимому, задачей тёмной фигуры не было пугать меня, потому что его приятель сказал ему:

– Отойди на шаг назад. Когда они видят тебя, они всегда в таком шоке!

Тощий палец ткнул в меня.

– Теперь ты можешь открыть глаза.

Я сомневался, какая из фигур мне кажется страшнее – та тёмная или эта призрачная, но не видеть, с кем я имею дело, тоже вряд ли улучшит ситуацию, поэтому я открыл глаза.

Худой высокий мужчина в белых одеждах наклонил ко мне бледное лицо. Несмотря на жуткую бледность, он казался вполне дружелюбным. Он улыбнулся мне. При этом его высунутый язык длиной с руку свисал мне навстречу. Когда я покосился на эту влажную от слюны часть тела, он продолжил объяснение:

– Долфен зафифать от… – Он втянул языком, чтобы говорить более внятно: – Должен защищать от зла.

Чтобы доказать, он указал на свою высокую белую матерчатую шляпу. На ней древними иероглифами было написано что-то о том, что он приносит удачу и вознаграждает людей. То, что я смог расшифровать, успокоило меня.