Однажды я выберу тебя - Эмма Скотт

– А теперь возьмитесь за руки, – подсказала Фиби.

– Сай… – тихо произнес Макс.

– Ничего не говори, – хрипло пробормотал я, беря его руки в свои. – Завтра к алтарю первым пойду я.

– Почему? – спросил Макс. – Думаешь, первым идти легче? Я смотрел, как ты приближаешься, и мне чуть крышу не снесло.

Я поднял голову и встретился взглядом с Максом. В его темно-карих глазах отражались теплота и любовь. Именно это и ждешь увидеть в человеке, с которым собрался провести остаток жизни.

– Теперь вступительное слово раввина, – проговорила Фиби, прохаживаясь рядом с нами. – А потом речь служителя номер два…

– Отлично, – пробормотал Сократ себе под нос. – Из «адвоката» я превратился в «номера два». Вообще-то у меня есть имя.

Мы с Максом хихикнули, и опасность выплакать все чертовы глаза немного отступила.

– Кольца, а затем клятвы, – подсказала Фиби. – Полагаю, вы прибережете их на завтра?

– Да, – хором ответили мы.

– Потом вы разбиваете бокал, целуетесь, и все. Вы женаты.

Макс мягко улыбнулся.

– И мы женаты.

* * *

Предсвадебный ужин тоже устроили в павильоне. Длинный стол с белой скатертью накрыли на двадцать девять человек. В числе гостей значились: семья Кауфман, моя помощница Сильвия, которую я, как только занял пост генерального директора, повысил до вице-президента по маркетингу, Сезар, Рамона, Марджори, Одетта из интерната «Вэлли-Виллидж» с сопровождающими. Фейт пригласила кого-то на свадьбу, но сказала, что для предсвадебного ужина он не слишком подходит. Пока.

– У него есть потенциал, – сообщила она мне по телефону несколько недель назад. – Во всяком случае, с ним я смогу заниматься сексом.

– Когда мы были вместе, насколько я помню, секса у тебя тоже хватало.

– Верно, милый. Только не с тобой.

После разрыва «помолвки» наши отношения переросли в настоящую искреннюю дружбу. И теперь она звала меня лучшим другом-геем. Я надеялся, что ей подходит парень, которого она приведет завтра. Иначе мне придется надрать ему задницу.

Именно так поступают лучшие друзья-геи.

Изысканно украшенная комната наполнилась гомоном гостей. Сестра Макса, Рэйчел, Дарлин и Фейт крепко сдружились за каких-то двадцать минут. Отделавшись от них, Макс осторожно подошел ко мне и протянул стакан с газировкой.

– Ладно, выкладывай, – проговорил я. – Это она?

Мы посмотрели на Эдди. Он стоял рядом с молодой женщиной с заплетенными в косу светло-каштановыми волосами и пронзительным взглядом голубых глаз. Оба застенчиво улыбались. Время от времени Эдди украдкой поглядывал на нее. Женщина же старалась смотреть в глаза ему и остальным.

– Да, это Карли. Она приехала в интернат месяца полтора назад, – проговорил Макс. – Они сразу подружились и принялись беседовать о Диккенсе, Чосере… С тех пор они закадычные друзья.

– Закадычные друзья? – спросил я, строго взглянув на него. – Почему же я до сих пор ее не видел?

– Может, Эдди просто боится, что ты отпугнешь ее сердитым взглядом.

Я сменил выражение лица.

– Черт, я этого не хочу. Но, если он привяжется к ней, а она причинит боль…

Макс улыбнулся.

– Такое может случиться с каждым из нас, Сай. Эдди уже взрослый. Он может сам о себе позаботиться… Ему просто нужно немножко помочь. – Он сделал глоток воды. – Черт возьми, как и всем нам.

Я восхищался Максом. Эдди продвинулся так далеко, потому что чувствовал себя в безопасности, зная, что Макс рядом и поможет. Возможно, он и сам смог бы относительно удобно чувствовать себя в заполненной людьми комнате, держа за руку девушку, но это заняло бы чертовски много времени.

– Представь меня. Не будет сердитых взглядов.

И мы пошли туда, где тихо разговаривали Эдди с Карли.

– А, Сайлас, – проговорил Эдди, выпрямляясь и нервно откашливаясь. – Хочу познакомить тебя с Карли. Она моя девушка уже примерно три недели. Самые счастливые три недели в моей жизни, ведь она наполняет каждую проведенную с ней минуту красотой, остроумием и поддержкой.

Я удивленно взглянул на него, а Макс, стоявший у меня за плечом, пытался скрыть улыбку.

– А это, Карли, один из виновников торжества, мой брат Сайлас. Ты, конечно, знаешь Макса. Великое событие, на котором мы сейчас присутствуем, восходит корнями к тому вечеру, когда Сайлас объявил всему миру, что влюблен в Макса. Воистину, незабываемый вечер.

Я раздраженно вздохнул.

– Мне ведь от этого никогда не отмыться?

– Боюсь, что нет, – проговорил Макс.

Карли прямо взглянула на меня и неуклюже протянула руку.

– Здравствуй, я Карли Морено. Очень приятно с тобой познакомиться. Поздравляю вас обоих с предстоящей свадьбой.

– Спасибо, – произнес я.

– Эдди сказал, что ты здорово играешь на пианино, – продолжила Карли. – И что иногда выступаешь на больших приемах и концертах… Что-то вроде хобби?

– Можно и так сказать, – ответил я. – Я не профессионал.

Макс фыркнул и пробормотал себе под нос:

– Сделаю вид, что я этого не слышал.

Эдди же просто не смог промолчать:

– Сайлас ведет себя до смешного скромно.

– Согласен, – поддержал Макс.

– Если б захотел, мой брат мог бы играть в Карнеги-холле. Но он предпочитает выступать лишь на благотворительных вечерах.

– Надеюсь, что когда-нибудь услышу, как ты играешь, Сайлас. Может быть, дома?

– Отличная идея, милая, – проговорил Эдди, и я изумленно наблюдал, как он поцеловал тыльную сторону ее ладони. Макс крепко сжал мне руку.

Карли опустила глаза, и щеки ее окрасил румянец.

– Ты это видел? – потрясенно спросил я, когда все направились к своим стульям.

– Определенно видел, – проговорил Макс, ухмыляясь от уха до уха.

– А все благодаря твоей помощи, – произнес я.

Макс пожал плечами.

– Это моя работа. Но, честно говоря, здесь заслуга самого Эдди. С ним все будет в порядке.

Я покачал головой. Я увидел, как брат садится за стол рядом с девушкой, и у меня защипало глаза.

Мы заняли места на краю стола, рядом с Лу, возле которого расположилась Барбара. Макс обнял меня и склонился ближе.

– Ты чертовски сексуальный, когда ворчишь. Но, надо сказать, эмоционально ранимый Сайлас тебе тоже удается.

– Это ты во всем виноват, – пробормотал я. – Этот вечер меня погубит.

– Ну, тогда пристегнись, малыш. Пришло время для наших речей.