Колечко с бирюзой - Валентина Мельникова

— Можно подумать, я это знал! — пробурчал Егор. — Без всякого сомнения, это мои сыновья, а твои внуки. — Он подхватил мать за талию и закружил ее по комнате. — Живо доставай мой парадный мундир и крикни шоферу, что я задерживаюсь еще на полчаса! Да! Срежь в цветнике самые лучшие розы, а я пока физиономию приведу в надлежащий вид!

— Егор, шальной! — Надежда Васильевна покачала головой и снова всмотрелась в фотографию. На ней Наташа и двое мальчишек стояли обнявшись на фоне широкой реки и закрывающих горизонт лесистых сопок.

Егор появился из ванной через четверть часа, задумчиво оглядел парадный китель и красивый букет из темно-алых роз и усмехнулся:

— Матушка, ты пошто эти цацки не сняла?

Надежда Васильевна недовольно поджала губы:

— Это не цацки, а государственные награды. Пусть Наталья видит, за кого замуж идет!

— По-моему, все-таки лучше обойтись без них! — Егор сконфуженно почесал в затылке.

— Ничего подобного! Ты не каждый день предложение делаешь!

— Да-а! Здесь, конечно, случай особый! То один как перст, и вдруг сразу и жена, и почти взрослые сыновья! Полный боевой комплект! — Егор опять взял в руки паспорт Наташи. — Одного, мать, не пойму, как это я все же не узнал ее? Словно пелена какая на глаза легла! — Он в недоумении пожал плечами. — Я постоянно чувствовал, что здесь что-то не так… А ведь голос, улыбка, взгляд — все прежнее, даже манера делать выволочки не изменилась! Точно, мама, пора мне на пенсию! Узнает кто, как Егор Карташов погорел на женских штучках, засмеют безбожно!

— Успокойся! — Надежда Васильевна дернула его за влажный чуб. — Больше чем уверена, виной всему твое дурацкое самолюбие. Представляю, как ты повел себя, если Наташа не решилась тебе признаться.

— Вел я себя хуже самой последней скотины, ты это верно заметила!

— И я, как женщина, ее прекрасно понимаю и очень сочувствую.

Егор тяжело вздохнул:

— Конечно, я еще тот негодяй, но зато знаю, почему она тогда бросила меня и почему детей рожать решилась…

Надежда Васильевна сложила в сумочку фотографии и строго посмотрела на сына.

— Теперь, надеюсь, ты хоть раз в жизни примешь правильное решение, немедленно отправишься к Наташе и попросишь прощения. И не дай Бог, она тебя не простит! — Она промокнула платочком скатившуюся по щеке слезинку. — Видно, и вправду материнское сердце что-то чувствует. Не зря я ее в гости пригласила.

— А про мальчишек знала?

— Знала, но из-за суматохи с Танькой мы не успели ни поговорить как следует, ни фотографии посмотреть. Все бы тогда гораздо раньше прояснилось. — Она ласково посмотрела на сына и улыбнулась. — Но что у вас так быстро все сладится, я на это даже боялась надеяться!

— Но надеялась, сознайся, мамуля! Иначе описала бы мне ее внешность.

Мать рассмеялась:

— Я же тебя знаю, как облупленного! Скажи я, что гостья — молодая да красивая, тебя сюда и на аркане не удалось бы затащить!

Егор преувеличенно тяжело вздохнул:

— Кажется, ты быстро споешься со своей невесткой. И тогда держись, старый бродяга Карташов! — Он подошел к телефону и набрал номер Степанка. — Слушай, друг, не в службу, а в дружбу помоги! Мне нужно срочно зарегистрировать брак с Наташей!

— Не понял? — насторожился милиционер. — Что это тебя понесло? Собирался же только предложение сделать, но если так уж не терпится, переговорим об этом завтра. Думаю, дня через три…

— Ты меня не понял! Если я говорю «Срочно!», это значит — сейчас!

— Кто-то из нас двоих точно рехнулся, и я подозреваю, кто!

— Это твоя работа всех подозревать, но ты должен меня понять! Помнишь, я рассказывал тебе про девочку, которая выхаживала меня в госпитале во Владивостоке?

— Не может быть? — поперхнулся от неожиданности полковник. — Выходит, она замуж за другого не вышла?

— Это долгая история и рассказывать ее надо не по телефону. Но самое главное… Ты держишься за стул, Стасик? — справился Егор у приятеля.

— Давно уже, причем двумя руками, — ответил Стае.

— Ну так держись крепче, дорогой! У меня, оказывается, есть два сына. Близнецы, как мы со Славкой. Карташовская порода, тут уж никакого сомнения!

— Постой, черт! — Степанок перевел дух. — Так и инсульт можно заработать! Совсем ты меня запутал!

— Наташка меня еще почище запутала. Я ведь ее даже не узнал!

— Да, встречал на свете кретинов, но ты — особый случай! Место тебе в кунсткамере, не иначе! Не узнать такую женщину!

— Перестань обзываться! Это особая женщина, и я люблю ее, несмотря ни на что! Тебе это понятно, гражданин мент? Потому тебя и прошу, а хочешь, на колени стану, помоги жениться на ней незамедлительно! Я ведь знаю ее способности и боюсь, что она в очередной раз от меня сбежит. Ее поезд отходит через три дня…

— Ну, приятель, с тобой не соскучишься! — прокряхтел в трубку Степанок. — Она же едва в себя пришла. Слышал, что целая толпа родственников из Питера прикатила. Они-то в курсе творящихся событий?

— Я сам полчаса назад случайно в курс вошел!

— Теперь тебе одной цистерной вина не отделаться, — задумчиво изрек полковник, — иначе грехи не отмолишь!

— Клянусь поить всю ораву до конца отпуска, чтоб вам лопнуть! — весело заверил приятеля Егор.

— Ну тогда ладушки! — Степанок довольно вздохнул. — Заведующая ЗАГСом — дама зловредная и принципиальная. Однако по случаю вашего с Натальей геройства, а также моего авторитета и мужского обаяния думаю сговорить ее на подобную авантюру. — Он помолчал, пошелестел в трубку какими-то бумажками и продолжил: — Да, знаешь, какой сюрприз приготовил твой сосед? Передо мной лежит заявление старшего сержанта запаса Виталия Калашникова с просьбой принять его в милицию! И как ты смотришь на подобное предательство интересов святого отца Николая?

— Смотрю положительно! Нашему дорогому батюшке пора уже себе матушку подыскать, а не держать на кухне молодого здорового парня. Бери его в ОМОН, не пожалеешь!

— Егор, — окликнула сына Надежда Васильевна, — совсем забыла тебе сказать. Еще до обеда на твое имя из военкомата принесли пакет. Я за тебя расписалась.

Карташов распечатал проштемпелеванный казенными печатями конверт, пробежал глазами извлеченный из него лист бумаги и посмотрел на мать.

— Похоже, и вправду черная полоса в моей жизни плавно переходит в светлую. Можешь поздравить меня с новым назначением в Петербург. — Егор обнял Надежду Васильевну за плечи и весело прикрикнул на нее: — А ты почему еще не переоделась? Собирайся сей момент! С минуты на минуту здесь должен появиться Степанок с грозной дамой из ЗАГСа…

Дежурный врач районной больницы поначалу растерялся. Десятый час вечера, а в его отделении — ЧП. Едва удалось отбиться от журналистов, как нагрянули друзья и родственники, а теперь еще и это!..