Капитан её сердца - Вера Эн

Чтобы отдышаться, потребовалось время. Чтобы поднять голову и посмотреть на Tea — какие-то титанические усилия. Кажется, Дин только что пережил перерождение Вселенной. И надеялся только, что те сладостные вскрики, что срывались с губ Tea, ему не почудились.

На него смотрели огромные преступно темные глаза. Что в них было, Дин не мог определить с уверенностью. Но точно не страдание.

— С ума сойти…

Дин усмехнулся, не справляясь с самодовольством. Самое время признать себя придурком, потерявшим столько времени напрасно, но слова нашлись только совсем другие:

— Ну что, стоило оно того?

Невероятно, но после всего, что только что между ними произошло, Tea в ответ на этот вопрос снова покрылась краской и спрятала лицо у него на груди.

— Я всегда знала, что с тобой будет хорошо, — глухо и очень проникновенно пробормотала она. — Но чтобы так… Как будто одно целое… Это просто… невероятно…

Дин растроганно коснулся губами ее лба. Ни от одной девчонки еще не слышал таких слов и таких эмоций. Tea не требовала от него каких-либо изысков, а он чувствовал себя лучшим любовником на свете. И это чувство, пожалуй, было не менее важно, чем то наслаждение, что Tea ему подарила. Дин всегда смеялся над сентиментальными заявлениями о том, что близость любимой девушки разительно отличается от секса со случайной партнершей, а сегодня убедился в этом на собственном опыте. Когда невозможно насытиться отзывчивостью, когда плавится тело от переполненных блаженством взглядов и хочется, чтобы это продолжалось и продолжалось, чтобы ощущать любимую каждой клеточкой своего тела и знать, что она чувствует то же самое.

Ничего лучшего с ним еще не случалось.

— Это ты невероятная! — со всей искренностью проговорил Дин. — Я руки не могу заставить себя разомкнуть, чтобы ты спокойно вздохнула. И как нам теперь с этим быть?

Tea заулыбалась своей лукаво-смущенной улыбкой, которая пробирала Дина до позвоночника.

— Мне нравится… в твоих объятиях, — чуть вызывающе заметила она и как будто случайно задела бедром бедро Дина. Маленькая проказница.

— Пойдем в душ вместе? — провокационно поинтересовался Дин. — С удовольствием посмотрю, как мой котенок фырчит и щурится под струей воды.

По тому, как снова порозовели ее щеки, Дин понял, что к такому времяпрепровождению она еще не готова. Поцеловал ее нежным долгим поцелуем, потом наконец отодвинулся.

— Иди, пока я не расчухался, — предложил он. — Чистые полотенца — на полке в углу. Будут проблемы — зови.

Tea кивнула и нехотя сползла с кровати. Как же было грустно расставаться с Дином хоть на секунду! Выбираться из его тепла, его запаха, его дыхания. Отпускать то сумасшедшее ощущение эйфории, что он ей подарил. Вспоминать о том, что существует другой, кроме него, мир. А он существовал. И с минуты на минуту могли возвратиться мистер Кэмпбелл с невестой, и Tea меньше всего на свете хотела бы объяснять им свое здесь присутствие. Особенно в свете того, что она вынудила сегодня Дина унижаться, исполняя для нее песню перед всей школой. Что мистер Кэмпбелл должен был после этого о ней подумать, Tea страшно было даже представить. Нет, Дин прав: надо успеть исчезнуть до его прихода. А продолжить столь сладкие встречи они всегда успеют: в этом Tea больше не сомневалась.

В ванную она заходила, будто в музей. Дин впускал ее в свое личное пространство, и она не должна была позволить ему пожалеть об этом.

Но как же все было интересно!

Какой пастой он чистит зубы? Какой туалетной водой пользуется? С каким запахом гель для душа предпочитает? Нет, Tea, конечно, ни к чему не притрагивалась, но впитывала новые знания всей душой и получала от этого необъяснимое удовольствие.

Дин позволил ей стать частью его жизни. И теперь уже не имело значения, сколько девчонок было у него до нее. Tea убедилась, что нужна ему, и от этого чувствовала себя до неприличия счастливой.

И больно почти не было, а ведь Tea все-таки очень боялась. Не за себя — за Дина, который так сильно беспокоился за нее, что отказался от собственного удовольствия. Какой еще парень был на такое способен? И какой сумел бы разжечь в Tea такой огонь, что она забыла и о боли, и о стеснительности? Tea всегда знала, что Дин — лучший на свете, и больше ни за что не позволит себе в нем усомниться!

И как же хорошо стало от этого решения!

Она постаралась не задерживаться, хотя смывать мыльную пену с какого-то словно бы обновленного тела было весьма занимательно. Tea все время вместо своих рук представляла на себе руки Дина и боролась с сожалением о том, что побоялась позвать его с собой в душ. А ведь он как будто и сам предлагал. Наверняка придумал бы что-нибудь такое, от чего Tea окончательно потеряла голову. Стоило только пофантазировать…

Ох…

Напомнив себе, какими опасностями им с Дином грозило любое промедление, она наскоро вытерлась, обернулась тем же самым полотенцем и вышла из ванной. Дин, сидевший на кровати, окинул ее с ног до головы весьма одобрительным взглядом и улыбнулся.

— Теперь я должен подхватить тебя на руки и немедля объяснить, сколь чревато появляться в подобном виде перед изголодавшимся мужчиной, — словно бы обыденно сообщил он, и Tea тут же бросило в жар. А когда Дин поднялся и — совершенно обнаженный — подошел к ней очень близко, у нее, кажется, ни одной клеточки не осталось, не откликнувшейся на его зов. Tea непроизвольно потянулась к нему, и Дин поцеловал ее глубоким многообещающим поцелуем. Tea скользнула чуть

подрагивающими пальцами по его широким плечам и сильной спине, едва веря собственным ощущениям и собственному счастью, и замерла в предчувствии, когда увидела потемневшие Диновы глаза. — Подожди меня, — хрипловато проговорил он. — Немного. Надо привести себя в порядок.

Наверное, Tea кивнула, потому что он быстро коснулся губами кончика ее носа и зашел в ванную. A Tea, упав на кровать, уткнулась лицом в подушку, пахнущую ее Дином, и счастливо заболтала ногами. «Подожди меня», — сказал ей Дин. Не велел одеваться, не извинился за необходимость уходить. Значит, будет у них еще время. Даже если без секса — но их общее время. Как же хорошо!..

В этих теплых мыслях Tea сама не заметила, как заснула. А проснулась оттого, что откуда-то снизу до нее донеслось громогласное:

— Дин!

Ничего не понимая, не в силах сразу разобрать, где находится, она резко повернулась и увидела позади себя спящего Дина. Первое изумление в секунду сменилось холодным осознанием: они с Дином проспали возвращение мистера Кэмпбелла. И теперь он поднимается наверх, в комнату племянника, чтобы распахнуть дверь и увидеть…