Под прикрытием - Даниэла Стил

Он налил Ариане стакан минеральной воды. Она выпила, потом умылась и привела себя в порядок, и они сели в гостиной, чтобы просмотреть список возможных вариантов на жительство. Верхнюю строчку в списке Сэма занимал Вайоминг, за ним следовали штаты Вашингтон, Аляска, Северная и Южная Дакота, Монтана, Оклахома, Арканзас и Нью-Мехико. Все это были малонаселенные сельскохозяйственные и, что греха таить, во многих отношениях отсталые штаты. Ариана чуть было опять не заплакала, но вспомнила о Вайоминге.

– Еще совсем маленькой я мечтала, чтоб жить на ранчо… Я ведь умею ездить верхом! Что, если нам поселиться на ферме и начать разводить лошадей?

На самом деле ни на какую ферму ей не хотелось, но надо же было добавить в картину будущего, как она ей рисовалась, каких-нибудь светлых красок. И потом… почему бы и нет? Если у них будут лошади, она сможет сколько угодно ездить верхом, это ей очень нравится…

– Тогда надо подыскать место не слишком далеко от любого университетского городка, – отвечал Маршалл. – Видишь ли, я смог бы преподавать – если меня, конечно, возьмут, – а в свободное время помогать тебе с лошадьми. Правда, полноценного работника из меня теперь не получится, – он с усмешкой показал на свою недействующую руку, – но я буду стараться…

– Когда я училась ездить верхом, мой инструктор тоже был однорукий, – с судорожным вздохом произнесла Ариана. – Но лучшего учителя я в жизни не встречала!

Маршалл покачал головой.

– Обучать верховой езде можно и с одной рукой, а вот чтобы сгребать навоз, нужны обе. Так что лошадей я, пожалуй, оставлю тебе… – Он ухмыльнулся, но Ариана поняла главное: Маршалл поедет с ней. Это ее обнадежило.

Ближе к вечеру они – в сопровождении четырех агентов – пошли на прогулку с собаками в парк Рок-Крик. Пока Стэнли и Лили носились по кустам, они еще раз обсудили свой план. Из всех вариантов оба считали Вайоминг наиболее предпочтительным, да и идея устроить конеферму прочно завладела умом Арианы и теперь расцвела пышным цветом.

Особенно ей нравилось думать, что их «заключение» будет продолжаться не слишком долго – год-два от силы, а при определенном везении еще меньше. Маршалл почти убедил ее, что Луиса скорее всего поймают быстро, и Ариана очень надеялась, что он не ошибается. Посвящать всю жизнь коневодству она не собиралась. То, что будет, если Муньос так и не появится в поле зрения ЦРУ, ей принимать в расчет не хотелось.

– А что ты собираешься преподавать? – поинтересовалась она.

– Хотелось бы – политологию со специализацией на странах Латинской Америки, – ответил Маршалл. – Или испанский язык. Но лучше политологию. Это очень интересная наука – и очень перспективная. На стыке политики, экономики, социологии и отчасти истории… – Судя по тому, как загорелись его глаза, ему уже не терпелось вернуться к активности, Ариане это было понятно.

Да, ему отнюдь не улыбалось провести несколько лет в глуши одному. Маршалл был человеком самостоятельным и самодостаточным, но перспектива оказаться в незнакомом месте, среди совершенно незнакомых ему людей, да еще под чужим именем (почему-то именно это не нравилось ему больше всего, хотя в УБН он как раз и занимался тем, что, назвавшись не своим именем, играл роли законченных негодяев) его не вдохновляла. Преподавание, конечно, не могло сравниться с работой агента, и все же два эти занятия казались ему в чем-то схожими. Немного поразмыслив, он понял: в том и в другом случае ему предстояло зарабатывать своими мозгами, а он всегда предпочитал такой вид деятельности остальным. Да и праздность давила ему на нервы: когда заняться было нечем, он чувствовал себя больным.

– Откуда ты все это знаешь? – спросила у него Ариана, и он рассказал ей о своей жизни в Эквадоре, Колумбии и других странах – в том числе о лесном лагере Рауля и даже побольше рассказал о Паломе, хотя Ариана видела, что вспоминать любимую ему все еще было больно – точно так же, как ей было больно вспоминать Хорхе.

На следующее утро они позвонили Сэму и попросили его приехать в отель. Едва тот появился, Маршалл сообщил ему об их выборе: Вайоминг. Они согласны принять участие в Программе защиты свидетелей. Но пусть Сэм покажет им точки на карте, где ЦРУ могло бы их поселить. Это не должно быть в чрезмерной глуши – им нужно место неподалеку от города, где он смог бы преподавать, а Ариана – разводить лошадей. Та добавила, что финансировать конеферму она намерена из собственных средств и поделилась с Сэмом самой свежей своей идеей – организовать на ферме бесплатную школу верховой езды для детей из неблагополучных семей. Правда, Маршалл ей говорил, что в Вайоминге, вдали от мегаполисов, она вряд ли найдет столько неблагополучных детей, чтобы хватило даже на самую маленькую конную секцию, но что им мешает попробовать, и вообще…

Сэм слегка оторопел от такого напора, но внимательно слушал, а потом удивил их обоих, сообщив, что ЦРУ владеет в Вайоминге вполне немаленьким ранчо, которое прекрасно им подойдет.

– Мы не раз прятали там свидетелей, и, на ваше счастье, ранчо сейчас свободно. Главный дом там просторный – в нем жила большая семья: пять детей и родители, и все чувствовали себя превосходно.

Есть отдельный дом для управляющего и несколько жилых и хозяйственных построек.

– Возможно, кое-что вам придется подремонтировать, но я надеюсь, – Сэм улыбнулся, – вас это не отпугнет, будет чем заняться, а затраченные на ремонт средства – на строительные материалы и на рабочих – вам непременно вернут. Что касается городка… Есть там поблизости и городок, в котором недавно открылся колледж. Конечно, не Гарвард, но репутация у колледжа уже весьма неплохая. В общем, это ранчо для вас – вариант идеальный, – закончил Сэм, не скрывая своего облегчения.

– Но я хотела бы знать, – зазвучал голосок Арианы, и Сэм напрягся, – как я могу получить доступ к своим деньгам?

Для большинства участников Программы защиты свидетелей подобной проблемы не возникало, их курировали соответствующие службы, но случай Арианы – особый. К счастью, Сэм и об этом подумал.

– Вы должны распорядиться, чтобы кто-то из помощников вашего отца перевел необходимую сумму на один из наших трастовых счетов. Мы будем управлять этими средствами в ваших интересах, но так, чтобы никто и никогда не смог связать эти деньги с вами. В частности, мы будем переводить средства на счет, который вы откроете под своим новым именем в одном из банков Вайоминга. Кстати, вам обоим нужно придумать себе имена, – напомнил он переселенцам.

– И я могу делать с домом все, что захочу? – уточнила еще Ариана, и Сэм улыбнулся.

– В разумных пределах. Если вы покрасите дом в ярко-розовый цвет с белыми полосками, следующему свидетелю, который будет жить там после вас, это может не слишком понравиться. Впрочем, я думаю, эти вопросы можно решить, как говорится, в рабочем порядке.

Сэм сказал это как можно более беззаботно, намеренно поставив ее в «очередь» претендентов на ранчо, чтобы лишний раз подтвердить ограниченный срок затворничества, на которое ее обрекли обстоятельства, и его слова ее и правда обрадовали, ибо из них следовало, что ей не придется жить на ранчо до скончания века и что рано или поздно она сможет оттуда уехать. Да, год или два – это вовсе не так уж страшно, да еще если учесть, что с ней будет Маршалл… Его присутствие многое меняло. Правда, она знала Маршалла все еще недостаточно хорошо, но за то короткое время, прошедшее со дня их знакомства, она научилась ему доверять, и он еще ни разу ее не подвел.