Цветы любви, цветы надежды - Люсинда Райли

— Подпишитесь вот здесь, сэр, и носильщик отведет вас в ваш номер. Оттуда открывается чудесный вид на реку, — с улыбкой добавила девушка.

— Спасибо. — Билл черкнул свое имя в указанной строчке.

Девушка повернулась к деревянному ящику с ячейками у нее за спиной и взяла оттуда большой ключ.

— Скажите, а вас, случайно, зовут не Лидия?

— Нет, сэр. Лидия уехала несколько месяцев назад. Я заняла ее место. Меня зовут Анкхана. — Она протянула ему ключ.

— А вы не знаете, мисс, где она сейчас работает?

— К сожалению, нет, сэр. Я пришла сюда уже после ее отъезда. Мы с ней незнакомы. Вы можете спросить у мадам Жизель, хозяйки отеля, но ее сейчас нет. — Анкхана позвонила в колокольчик, и за спиной у Билла возник маленький носильщик. — Приятного отдыха, сэр.

— Спасибо.

Войдя вслед за носильщиком в свой номер, Билл, как и Гарри до него, залюбовался речной панорамой, открывающейся из окна.

Немного вздремнув и наспех сполоснувшись в ванной, Билл пошел искать ресторан. На тенистой веранде заказал пиво и вкусный гамбургер — этот деликатес он открыл для себя в Сингапуре, когда ожидал морского рейса из Чанги.

«Что ж, — решил Билл, — пожалуй, я здесь привыкну жить как джентльмен! Все вокруг только и делают, что угождают моим прихотям».

Но им владело лишь одно желание — как можно скорее найти Лидию и объяснить ей ситуацию. Выполнив неприятную миссию, можно сосредоточиться на поисках орхидей, которые поедут с ним в Англию.

— У вас есть только две недели, лорд Гарри, — пробормотал он, уткнувшись в кружку с пивом. — Потом я сяду на корабль и вернусь домой к Элси.

После ленча Билл снова подошел к стойке регистрации — узнать, не вернулась ли управляющая отелем.

«Начни с Жизель, — напутствовал его Гарри. — Она все обо всех знает. Возможно, она уже получила от Лидии письмо — после того как отправила мне телеграмму».

Жизель была у себя в кабинете и вышла поприветствовать Билла.

— Чем могу вам помочь, сэр? — спросила она.

— Э... видите ли, мэм, я приехал сюда по поручению лорда Гарри Кроуфорда.

— Mon dieu! — Жизель вскинула брови. — Наш странствующий британский пианист! Что ж, идемте. — Она откинула деревянную конторку, пропуская Билла, и провела его в свой кабинет. — Садитесь, пожалуйста, мистер?..

— Стаффорд, мэм. Билл Стаффорд.

— Итак. — Жизель устроилась за своим письменным столом. — Как я понимаю, лорд Кроуфорд не стал жертвовать своим наследным титулом ради того, чтобы жениться на служащей нашего отеля и стать пианистом в нашем маленьком баре?

— Совершенно верно, мэм.

— Quelle surprise, — тихо произнесла Жизель. — Разумеется, я знала, что так будет, но перед отъездом он был очень убедителен. Я уж думала, — печально улыбнулась хозяйка отеля, — что хотя бы на этот раз любовь восторжествует над прочими обстоятельствами. Но этого, конечно же, не случилось.

— Он любил... и до сих пор любит Лидию, мэм. Но не может все бросить и приехать сюда. Видите ли, недавно умер его отец, и ему пришлось взять на себя управление поместьем, а это огромная ответственность.

— Не надо ничего объяснять, мистер Стаффорд. Я все прекрасно понимаю. Надо думать, вы приехали сюда не для того, чтобы рассказать про его изменившиеся планы. Вы ищете женщину, которой он обещал вернуться, oui?

— Да, мэм. — Билл покраснел под ее внимательным взглядом. Странно, но он чувствовал себя ответственным за поступки Гарри.

— Вам известно, что Лидия здесь больше не работает?

— Да, его светлость сказал мне об этом. Вы знаете, где она?

— Как я сообщила лорду Кроуфорду в телеграмме, Лидия просто исчезла однажды утром, месяца три назад. С тех пор я о ней ничего не слышала.

— Она заболела, мэм? Его светлость не находит себе места от беспокойства.

— Не думаю. Когда я видела ее в последний раз, она показалась мне вполне здоровой. Но вид у нее был печальный... — Жизель покачала головой. — Думаю, мы оба понимаем почему. Лидия очень красивая девушка, умная, способная. Она была ценным работником нашего отеля. Мне очень жаль, что я ее потеряла.

— Как вы думаете, мэм, почему она уехала?

— Не знаю. У меня есть кое-какие подозрения, но... — Жизель вздохнула. — Видимо, это связано с личными обстоятельствами. Лидия очень ответственный человек, и такие поступки не в ее характере. Мне казалось, она дорожила этой работой.

— Может, она уехала к родным? — предположил Билл. — Его светлость сказал, что однажды ездил к ним на остров вместе с мисс Лидией. Они живут далеко от Бангкока — надо целый день ехать на поезде.

— Нет, я точно знаю, она не там. Когда Лидия исчезла, я тоже встревожилась и написала ее дяде, который живет на Ко Чанге, спросила, не к ним ли она уехала. Он ответил, что не видел ее, но обещал написать матери Лидии — выяснить, все ли в порядке. К сожалению, дядя не знал, что мать Лидии несколько месяцев назад переехала в Японию. Лидия осталась работать здесь, но, разумеется, потом она могла передумать и все-таки уехать к маме.

— В Японию? — Билл растерялся. — Простите, мэм, но во время войны я побывал у японцев в плену и теперь вряд ли решусь искать девушку там.

— Понимаю. К тому же это очень далеко отсюда, мистер Стаффорд. — Жизель перегнулась через стол. — Не знаю, что случилось с Лидией, но, если моя интуиция меня не подводит, она не уехала к матери в Японию. Уверена, девушка здесь, — Жизель махнула рукой на окно, — в этом густонаселенном городе.

— Ох, мэм! — Билл повесил голову: перед ним стояла непосильная задача. — С чего же мне начать? Скажите, у нее были друзья здесь, в отеле, которым она могла довериться?

— Даже не знаю. Вообще-то Лидия очень замкнутая, — ответила Жизель. — Вряд ли она стала бы с кем-то делиться своими личными проблемами. Скорее спряталась бы ото всех, как раненое животное.

Билл в глубокой досаде рассматривал свои мозолистые руки.

— Понимаете, мэм, я обещал его светлости, что найду ее. Я не могу вернуться домой, не выполнив обещания. К тому же...

— Что еще, мистер Стаффорд?

Билл сделал глубокий вдох.

— Если я не найду мисс Лидию и не скажу его светлости, что с ней все в порядке, он может все бросить и лично приехать сюда, на ее поиски. Он так ее любит! Вы не представляете, на какие мучения обрек себя этот человек, оставшись на родине и взяв на себя обязанности помещика. Если бы не его наследный долг, он уже давно приехал бы сюда. А что было бы с нами, работниками Уортон-Парка? Если честно, мэм, мы просто пошли бы по миру — и я, и моя жена Элси, и наши родители, и еще сто пятьдесят человек, а также их жены и дети. Наше благополучие напрямую зависит от благополучия поместья. Если его светлость уедет, в Уортон-Парке начнется хаос. Поэтому, мэм, — Билл старался быть красноречивым, — я приехал сюда не только ради него, но и ради себя — ради своих родных и всех, кому нужно, чтобы его светлость остался дома.