Жнецы свободы - Кира Уайт

– Понял, отбой. – Кейн поднимается на ноги и смотрит на меня. – Уверен, у Сорренса какие-то важные новости. Поэтому, встретимся с ним прямо возле вертолета.

Начинаем спуск по захламленной лестнице, я иду впереди.

– Думаешь, он одобрит операцию? – спрашиваю с сомнение.

– Вот сейчас и узнаем. Вдруг что-то существенно изменилось.

Почти сразу Кейн предложил Сорренсу выделить небольшую группу для разведки в Пирамиде, но тот был категорически против.

Трент наконец отправился в Рудники, а доктора Мартин зачем-то вызвали в лаборатории. Поэтому Сорренс давил на то, что не может принимать такие решения в одиночку, да и к тому же, это было весьма опасно. Вдруг в Пирамиде осталась засада.

Спускаемся на первый этаж и выходим из здания, теперь Кейн идет вперед, направляясь к вертолету, который, судя по звукам, приземлился пару минут назад. Путь отнимает немного времени. Но мы не успеваем дойти до него, навстречу нам уже идет Дэниел Сорренс.

– Кейн, Ной, – приветствует он нас. – Были неподалеку?

Молча киваю и выжидательно смотрю на него. Кейн не выдерживает первым.

– Что там за срочные новости? – нетерпеливо спрашивает он.

– Дрон-разведчик не обнаружил никакой активности в районе Пирамиды, думаю, можно рискнуть и отправиться туда с отрядом прямо завтра. Тереза согласна.

– Сегодня! – заявляет Кейн. – Соберу людей прямо сейчас.

Сорренс вздыхает, но не возражает, вместо этого говорит:

– Среди столичных Жнецов все тихо. Они если и знают, куда перебрались остальные, то не разговаривают об этом даже между собой. Тереза говорит то же самое и о Жнецах Лабораторий. От Трента пока новостей нет. Собирайтесь, вертолет будет готов к отправке минимум через полчаса. Я распоряжусь.

Сорренс возвращается к пилоту, мы идем обратно к зданию.

– Я полечу с вами, – как бы между прочим сообщаю Кейну.

– И почему я в этом не сомневался? – иронично спрашивает он.

За полчаса мы собираем большую часть отряда, одеваемся, берем оружие и боеприпасы. На этот раз дротики со снотворным только у трех человек, у остальных десяти настоящие боевые патроны. Будто мы отправляемся не на разведку, а на войну. Но это и правильно, попасть в засаду, а потом и в плен, никто не хочет.

Садимся в вертолет и без промедления взлетаем. За время полета прислушиваюсь к внутренним ощущениям. Я привык доверять своей интуиции. И сегодня она подсказывает, что мы ничего не найдем. Но будь я проклят, если не попытаюсь. Нет абсолютно никакого волнения, все настроены решительно. Да, все это делается ради общего дела и блага всего человечества, но в глубине души каждый человек в этом вертолете знает, что на самом деле все это ради одной лишь девушки, которой вероятнее всего уже даже нет в живых.

Гоню прочь мрачные мысли и вместе с остальными высаживаюсь на песчаный берег рядом с Пирамидой. Действуя слаженно, не зря столько тренировались, направляемся к величественному сооружению. Но вскоре убеждаемся, что здесь действительно пусто. Нет никого, ни засады, ни забытых заключенных.

Методично, уровень за уровнем осматриваем помещения. В кабинете Бишопа находим какие-то бумаги, по мне так ничего интересного, но Кейн приказывает все собрать. Пусть Сорренс решает, что представляет интерес, а что – нет.

Напоследок заглядываем в спальни Жнецов, по инерции захожу в свою бывшую комнату. Тут все по-прежнему, ничего не изменилось, все такая же безликость и ни намека на то, какой человек мог здесь жить. Ноги сами несут меня в спальню брата, но Кейн уже опередил меня, осмотрел, кажется, всю поверхность и все уголки, переворошив всю комнату.

– Ничего, – с досадой сообщает мне, выходя в коридор.

А что он собирался тут найти? У Жнецов обычно не так много личных вещей, а таких, которые бы представляли для нас интерес и давали хоть какую-то подсказку, где искать дальше, вообще не существует в природе.

Спустя три часа после приземления, морально уставшие и почти с пустыми руками возвращаемся обратно в вертолет. Когда он поднимается в воздух, во мне просыпается чувство, что мы в тупике. Никаких подсказок нет, и мы топчемся на одном месте. В этот момент чувствую себя беспомощным и ни на что не годным. Мне это не нравится. Нужен новый план.

А сидя в одном месте, в Штабе оппозиции под землей, мы ничего не добьемся. Тут же появляется пара идей, как это исправить. Нужно только убедить Кейна, а потом и Сорренса.

13. Встреча с прошлым

Ева

Складываю запасной комплект одежды в тумбочку возле кровати, закрываю дверцу и выпрямляюсь. Еще раз осматриваю свою новую комнату. Она не больше предыдущей, но по крайней мере теперь я живу одна и могу выйти, когда захочу, а не когда за мной придет конвой. Бросаю взгляд на новенькую маску, лежащую на подушке, справа на ней выведена серебристая надпись – мой порядковый номер. Перевожу взгляд на зеркало и приглаживаю растрепавшиеся волосы.

В отражении вижу тотальные перемены: на лице написана решительность, во взгляде – небывалая твердость. Еще каких-то три месяца назад Ева Трент и подумать не могла, что ее жизнь изменится до такой степени. Она не хотела становиться Жнецом, но ее мнение в этом вопросе никого не интересовало. Правильно говорят, что именно то, от чего мы бежим, чаще всего случается, хотим мы того или нет.

Она не хотела. А я получила в полной мере. Но сейчас я, Восемь Четыре Три Семь, вполне довольна своей жизнью. Наставник гордится моими результатами и считает лучшей ученицей за все время, что он возглавляет Жнецов. Надеюсь, впредь так и останется. Подводить его не в моих интересах.

Бросаю последний взгляд на новую черную форму, которую мне выдали два дня назад, вспоминая при этом, как с удовольствием избавилась от ненавистной белой одежды, превратившейся в лохмотья после бесчисленных тренировок. Скупо улыбаюсь и стряхиваю несуществующую пылинку с рукава, застегиваю ботинки. Готово.

Осталось только дождаться Восемь Три Восемь Три, он теперь живет в соседней комнате, и вместе отправиться в столовую. После завтрака Бишоп должен сделать какое-то объявление. Надеюсь получить какое-нибудь задание, или поручение. Но на многое не рассчитываю. Вчера Бишоп сказал, что в первое время я всегда буду при нем.

Оборачиваюсь, когда без стука распахивается дверь, на пороге мой сосед, которого я и жду.

– Готова? – Восемь Три Восемь Три оглядывает помещение, будто тут что-то могло поменяться.

– Да, – отвечаю коротко.

– Тогда пойдем? – чуть отступает от двери.

– Да, – повторяю и иду на выход.

– Бишоп