Подари мне поцелуй - Карен Хокинс

– А где, по-вашему, будут жить наши дети? Миссис Уинстон постоянно твердит мне, что наш дом слишком мал.

К вящему удовлетворению Алека, Джулия так и не нашлась, что на это возразить, а вызванный его вопросом румянец не сходил с ее щек в течение всего времени, пока они возвращались в Лондон.

Рука в руке Алек и Джулия поднялись по ступенькам конторы «Пратт, Пратт и сын» и прошли в прихожую. Алек догадывался, что после такой бурной ночи они оба выглядят далеко не самым лучшим образом, и тем не менее он чувствовал себя просто великолепно, ощущая необыкновенный прилив сил.

Услышав за толстой дубовой дверью приглушенные голоса, он поцеловал Джулию в лоб.

– Подождите меня здесь, любовь моя. Думаю, я задержусь ненадолго.

Джулия упрямо вздернула подбородок.

– Позвольте мне пойти с вами.

Улыбнувшись, Алек взял се лицо в ладони. Ему доставляло неизъяснимое наслаждение прикасаться к ней, ощущать шелковистость се сливочно-белой кожи и мягкость блестящих локонов.

– Я знаю, что вы хотите пойти со мной, но это мое сражение, а не ваше.

Джулия молитвенно сложила руки; се глаза с заботой и тревогой смотрели на него.

– Желаю удачи!

Молча кивнув, Алек расправил шейный платок и вошел в комнату.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем дверь открылась и появился виконт: лицо его было бледным и напряженным.

К глазам Джулии подступили слезы. Все было ясно без слов: наследство для них потеряно навсегда. И все же она может попробовать ослабить его боль...

Джулия дотронулась до его рукава.

– Алек, мне так жаль. Если бы я только могла...

Виконт притянул жену к себе, и ее окутал слабый запах сандалового дерева. Джулия закрыла глаза и уткнулась лицом ему в грудь. Ей было так хорошо с ним, она чувствовала себя такой защищенной рядом с его силой, заботой и любовью!

– Джулия, родная моя!

Внезапно за ее спиной раздался чей-то голос, и Джулия обернулась: из дверей зала к ней направлялся лорд Кеннибрук. Взглянув на ее лицо, он остановился и пораженно воскликнул:

– Господи! Что с вами стряслось?

Несколько секунд Джулия удивленно смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова.

– Но почему вы здесь, сэр?

– Какая разница? Что с вами произошло? Этот порез на щеке, порванное платье... – Кеннибрук бросил на Алека жесткий взгляд из-под густых бровей. – Черт побери, Хантерстон, вам бы следовало лучше заботиться о своей жене! – Он обернулся. – Бартон! Посмотрите, кто к нам пришел! Выглядит хуже некуда, но с ней, по-видимому, все хорошо.

Лорд Бартон вперевалку подошел к ним.

– Ну что же, это уже неплохо. Очень не хотелось затаскивать Хантерстона в это волчье логово, но ему нужен был хороший урок.

Все это время Джулия пыталась осмыслить происходящее.

– Почему вы здесь? – повторила она, и тут внезапно ее осенило: – Неужели вы пришли, чтобы заступиться за нас перед душеприказчиками?

– Перед душеприказчиками? – Кеннибрук важно выпятил щеки. – Лорд Бартон и ваш слуга состоим в комитете душеприказчиков, моя дорогая.

Джулия недоуменно повернулась к виконту:

– Вы же говорили, что они – сборище...

– Умных, добропорядочных джентльменов,– закончил за нее фразу Алек.

Кеннибрук фыркнул.

– Держу пари, что вы употребляли для нашей характеристики гораздо более крепкие выражения, молодой человек. Но я вас не виню, тем более что вряд ли услышу, какие именно.

Джулия, словно все еще не веря, покачала головой:

– Но как вы стали душеприказчиками?

Кеннибрук махнул рукой.

– Дело в том, что мы с Бартоном знали деда вашего мужа еще по Кембриджу.

Лорд Бартон засмеялся.

– Мы были неразлучной троицей шалопаев и в каких только проделках не участвовали! – Он шутливо приподнял брови. – Некоторые из них вам, наверное, даже и в голову бы не пришли!

– Да, было время... – с грустным вздохом согласился Кеннибрук. – Но потом Джон женился, и мы стали видеться все реже и реже.

– Пока он не занялся делами Общества, – добавил Бартон.

Лорд Кеннибрук вытащил из кармана пальто сигару.

– Вы никогда не встречались с ним, моя дорогая, но именно Джон был тем анонимным покровителем, чьей поддержки мы лишились как раз тогда, когда вы к нам присоединились. Он был очень щедр и великодушен, несмотря на крутой нрав.

Лицо Бартона погрустнело.

– Наше благотворительное общество являлось одним из самых его любимых.

Виконт с неподдельным изумлением слушал рассказ пожилых джентльменов, и Джулия заметила, что в углах его губ обозначились резкие морщинки.

– Вам следует гордиться вашим дедом, – мягко сказала она.

Алек горько улыбнулся.

– Так жаль, что он никогда мне об этом не говорил!

– А почему он должен был вам говорить? – Кеннибрук хмыкнул. – Вам просто повезло, что он выбрал в свои душеприказчики меня и Бартона. – Быстро оглядевшись вокруг, он громко прошептал: – Остальные – зануды, каких еще свет не видывал.

– О да, – согласился Бартон. – Мы потратили уйму времени, чтобы убедить их сохранить наследство за виконтом.

Джулия потерла лоб.

– Вы имеете в виду, что наследство все еще принадлежит Алеку?

– Нет. Оно наше, Джулия. Ваше и мое.

– Клянусь Господом, – рассмеялся Кеннибрук, – вы чем-то очень напоминаете своего деда. Не забудьте, у меня были на ваш счет кое-какие сомнения, особенно когда вы покраснели, словно роза, после того как я посоветовал вам начать заниматься делами своей семьи и положить конец всей этой скандальной чепухе.

Бартон согласно кивнул.

– И учтите, нам обоим не терпится, чтобы нас стали называть крестными. Нам это слово нравится гораздо больше, чем дурацкое «душеприказчик».

– Да к тому же для этого не нужно постоянно устраивать заседания. – Кеннибрук устремил на Джулию внимательный взгляд из-под лохматых бровей. – Итак, что же дальше, леди Хантерстон?

Джулия положила голову на плечо мужа и счастливо вздохнула: в этот миг ей казалось, что весь мир лежит у ее ног.

– Я подумала, что мы могли бы расширить наше Общество и принимать в него мужчин наравне с женщинами, а возможно, и детей.

Виконт тоже решил не оставаться в стороне:

– Сэр, я готов впредь вести ваши книги счетов.

– Вот и хорошо. – Кеннибрук был явно доволен. – Этого вполне достаточно.

Лорд Бартон неожиданно нахмурился.