Корабль мечты - Лука Ди Фульвио

Бенедетта поклялась себе, что больше не прольет ни слезинки. Теперь, когда она стала любовницей патриция Контарини, в распоряжении девушки оказались его деньги, и она решила потратить их с умом. Для Бенедетты наилучшей тратой золота оказался визит к Рейне Зулейн, которую все звали Рейной-чародейкой.

– Прошу, входите, ваша милость, – донесся голос из-за легкой занавески, блестящей, кобальтово-синей, вышитой желтыми звездами.

Бенедетта была ошеломлена столь почтительным обращением. Она привыкла, чтобы к ней обращались на «ты». Девушка взглянула на свое отражение в окне прихожей. На нее смотрела молодая женщина в шуршащем платье из блестящего темно-коричневого шелка. В зависимости от того, как на ткань падали лучи света, коричневый цвет отливал то оранжевым, то огненно-красным.

Вырез платья украшали чудные кружева, на шее сияло жемчужное ожерелье. Медно-рыжие волосы были заплетены в косы и подобраны украшенными жемчугом шпильками. К тому же от Бенедетты пахло гвоздикой и индийскими благовониями. Девушка поклонилась, удивляясь изяществу красавицы в зеркальной глади стекла.

– Ваша милость, – прошептала она.

Бенедетта вошла за испещренную звездочками занавеску.

В комнате, где Рейна-чародейка принимала посетителей, царила особая атмосфера. По выкрашенным в ржаво-красный стенам тянулись черные символы. У стен стояло множество полок, набитых стаканами, амулетами, канделябрами, свечками в форме человеческого тела, звериными черепами, кроличьими лапками, корешками, коричневыми банками с семенами, сушеными цветами, блестящими полудрагоценными камнями, миррой и ладаном, мертвыми змеями, ящерицами и разнообразнейшими насекомыми. Были там и веревки разной толщины с диковинными узлами, ракушки и стеклянные глаза. В углу на подставке лежала большая книга, раскрытая на странице с астрологическими символами и схематическими изображениями орбит планет. Пол устилали восточные ковры, уложенные в несколько слоев. Правда, ковры казались не очень чистыми, к тому же их усеивали белые и серые волоски.

На коврах развалились две кошки, одна серая, вторая белая, обе с длинной густой шерсткой и пушистыми хвостами, мягко колыхавшимися в воздухе, точно водоросли на дне моря.

– Люди относятся к ним с недоверием, думая, что кошки служат мне в моем ремесле, – сказала Рейна-чародейка, поднимаясь и шествуя навстречу Джудитте. – Но на самом деле у них только одна задача. Ловить мышей.

Бенедетта немного растерялась. Она ожидала увидеть здесь горбатую старуху с огромным крючковатым носом и беззубым ртом. Но Рейна-чародейка оказалась высокой и стройной красавицей с длинными, крашенными в черный цвет волосами, разметавшимися по плечам. Одета женщина была в мужской восточный наряд – с широкими оранжевыми шароварами, стянутыми на лодыжках, и черно-фиолетовой, доходившей ей до колен туникой, застегнутой под горло. Чародейка густо красила глаза, что придавало взгляду особую выразительность. На запястьях она носила тяжелые браслеты с маленькими колокольчиками, звякавшими при каждом ее движении.

– Я хочу, чтобы вы… – сразу же перешла к делу Бенедетта.

– Присаживайтесь, ваша милость, – перебила ее Рейна, указывая на низкий кожаный диванчик в углу комнаты.

Над диванчиком колыхалась светлая занавеска, а рядом горели две свечи в канделябре, выполненном в виде человеческой фигурки. Перед ним же стоял низкий круглый столик, покрытый черным лаком и усыпанный золотыми магическими символами. И, наконец, лежала перед диванчиком видавшая виды подстилка из конопляной ткани, сложенная вдвое.

Бенедетта села на мягкий удобный диван, а Рейна-чародейка опустилась на старую подстилку, скрестив ноги по-турецки. Все ее движения были медленными, спокойными, как у змеи, которая сворачивается в клубок. Волшебница щелкнула пальцами, и в комнату, не поднимая головы, вошел плечистый юноша. Он поставил на столик поднос с двумя дымящимися чашками, Рейна-чародейка еще раз щелкнула пальцами, и парень столь же быстро удалился.

– Выпейте, – сказала волшебница.

– Мне не хочется пить.

Рейна-чародейка улыбнулась.

– Этот напиток служит не для того, чтобы утолять жажду.

– А зачем же?

– Чтобы нам легче было говорить, – ответила волшебница, взяла чашку и пригубила.

Бенедетта с подозрением уставилась на свою порцию. Тогда Рейна-чародейка отпила и из второй чашки.

– Доверьтесь мне, ваша милость.

Только после этого Бенедетта взяла-таки чашку. Напиток оказался довольно странным – это была молочно-белая жидкость с острым, немного едким, но отнюдь не противным ароматом. Бенедетта отпила глоток. Жидкость была горькой, и эта горечь скорее чувствовалась в горле, чем на языке. Девушка с отвращением поморщилась и уже хотела поставить чашку на поднос, когда Рейна-чародейка мягко остановила ее.

– Этот напиток пьют не из-за приятного вкуса, – объяснила она.