Райская сделка - Бетина Крэн

Кейт уловила странное выражение в его надменном взгляде: едва ли не властное. Она незаметно повела плечами, но ей не удалось высвободиться. Больше того, он крепко ее удерживал. В красивых чертах его лица была сила и властность, в серых глазах — опасный огонек. Тепло его пальцев через тонкую ткань платья достигло ее сердца. Она внимательно посмотрела на его четко очерченные губы, испытывая странное, волнующее ощущение…

Ожидая начала танца, партнеры в парах стояли друг перед другом и с любопытством следили за их перепалкой. Байрон держал ее в плену на расстоянии всего нескольких дюймов от своего сильного тела, и между ними определенно происходило что-то серьезное. Их лица подозрительно раскраснелись, а сверкающие глаза выдавали страсть. Зазвучала музыка, и выразительное покашливание и танцоры, которые неохотно оторвались от интригующего зрелища и задвигались в такт, заставили Кейт и Байрона прийти в себя. Кейт высвободилась в тот самый момент, когда Байрон снял руки с ее плеч, с ужасом поняв, в какой позе находился все это время. Оба еще сильнее покраснели, резко повернулись в противоположные стороны и исчезли в толпе.

Поднявшись в полутемный верхний коридор, Кейт без сил прислонилась к двери и прижала к пылающему лицу ледяные ладони. Никогда в жизни она не смотрела вот так на мужчину… прямо ему в глаза… с этим странным покалывающим ощущением внутри… Проклятое чудовище… он выставил ее на обозрение всего Бостона!

Для нее было бы слабым утешением узнать, что находившийся внизу Байрон пребывал в том же смятенном состоянии. «Ах ты, подлец, идиот, — проклинал он себя, — схватил ее и держал на глазах у всех! Это все ее проклятые глаза! И шелковая кожа. И то, как она заманчиво взмахивает своими…» Стоило ей появиться у них в доме, и в нем стали пробуждаться чувства, которых он не испытывал лет двадцать. Как будто в нем самом что-то развязалось. Черт побери! К утру все эти проклятые сплетники уже будут трепать его имя… связывать его с этой женщиной!

А тем временем Уитни от души наслаждалась первым в своей жизни великосветским балом. Напудренные лица, шуршащие шелка, надушенные руки и восхищенные взгляды — через некоторое время у нее перед глазами все мелькало яркой праздничной пестротой. Но главное — с ней рядом все время был Гарнер! Он повел ее на деревенский танец, который оказался удивительно похожим на те, что она танцевала на шумных праздниках в Рэпчер-Вэлли, и потихоньку уговорил выпить хотя бы один бокал вина. Таким образом слухи о ее странных вкусах в выборе напитков были сразу пресечены, так же как и шепотки относительно ее невежества. Всякий, кто имел глаза, видел, что эта женщина прирожденная леди.

Позднее Уитни извинилась и вместе с Кейт направилась отдохнуть в дамскую комнату на втором этаже. Кейт захотела остаться там подольше, а так как Уитни тянуло к Гарнеру, она оставила тетку и направилась назад, к лестнице. Подойдя к месту, где пересекались два длинных коридора, она по ошибке свернула не в ту сторону и вскоре уже приближалась к концу пустого коридора. Что-то привлекло ее внимание, и Уитни замедлила шаги и насторожилась. Из полуоткрытой двери доносились голоса. Она не стала бы подслушивать, но в коридоре было очень тихо, а то, что она услышала, показалось ей странно знакомым.

Стон. Так вот в чем дело. Щеки Уитни порозовели. Это был стон, который вырывается из груди мужчины от физического наслаждения. А вслед за стоном раздался очень знакомый женский голос… который громко произнес следующие слова:

— Нет, не нужно пока уходить… еще рано.

Это была Маделайн! От низкого вибрирующего звука ее голоса у Уитни удивленно округлились глаза. Она там, наверное, это спальня… с мужчиной, который стонет от страсти? Уитни пронзила тревога.

— Право, Маделайн… — ясно раздался мужской голос, — если кто-нибудь придет, ты будешь… мы оба окажемся скомпрометированными… Ох! Озорница! Ты еще слишком мала для таких… м-м…

— Ничего я не мала, — возразила Маделайн страстным шепотом. — Сделай это еще раз… прошу тебя… Картер.

Уитни вся затряслась от ужаса. Что она просит его сделать? Уитни решительно вошла в комнату, захлопнув за собой дверь, отчего обнявшаяся пара вздрогнула. Полностью одетые, они стояли у окна рядом с диваном и обнимались. Уитни едва силы не оставили от огромного облегчения.

— О! — Маделайн медленно осознала ее присутствие, а молодой человек толкнул ее себе за спину, готовый принять удар на себя.

— Боже милостивый! — пробормотал он.

Все трое замерли, пока Уитни рассматривала пару. Кружева на платье Маделайн не смяты, с облегчением заметила она, стараясь убедить себя в лучшем исходе. Вероятно, ничего серьезного не произошло.

— Маделайн, тебя зовет дедушка. — Уитни взяла себя в руки и сумела говорить спокойным и ровным тоном. — Не стоит заставлять его ждать. — Сердце у нее бешено билось, пока она дожидалась, чтобы из-за спины щегольски одетого юноши выглянула Маделайн, которая ожгла ее возмущенным взглядом.

Покрасневший молодой человек воспользовался предложенной Уитни возможностью, обернулся и взял Маделайн за руку.

— Миссис Таунсенд, — пробормотал он, неловко поклонился и потянул девушку за собой.

Маделайн фыркнула и сердито посмотрела на него, затем на Уитни, наконец подхватила юбки и выплыла с зардевшимися щеками. Уитни задержалась в комнате, чтобы посоветовать юноше:

— Маделайн еще слишком молода. Советую вам в будущем полагаться на свое здравомыслие.

Она догнала Маделайн в главном коридоре и решительно втолкнула ее в какую-то комнату.

— Что вы там делали?

— Целовались. — Маделайн вырвала свою руку и попятилась от Уитни, ощетинившись, как загнанная в угол лисица. — Он меня целовал. Вы же все знаете о поцелуях — вы и кузен Гарнер достаточно часто целовались!

— Как вы… — Уитни покраснела, но решила, что не позволит Маделайн отвлечь себя. — Мы с Гарнером женаты, а это сильно отличается от того, чтобы прятаться по укромным уголкам с мужчиной и позволять ему…

— Целовать меня, — с вызовом закончила за нее Маделайн, скрестив на груди руки. — Мне было интересно узнать, как люди целуются, и я заставила его это продемонстрировать. И все шло замечательно, до тех пор пока… Как вы посмели ворваться туда, смутить меня и все испортить?!

— Если бы я не вошла, могло бы произойти куда более серьезное несчастье, — сказала Уитни, подойдя к ней и сверкая глазами. — Один поцелуй ведет к другому, а несколько поцелуев к другим вещам, к вещам, которые происходят между мужчиной и женщиной и к которым вы еще не готовы! К вещам, которые могут испортить вашу репутацию и опозорить вашу семью!

— Н-не говорите глупости!

— Я говорю глупости? — Уитни пристально посмотрела на нее, размышляя, что может быть известно юной Маделайн о честной сделке между мужчиной и женщиной. — Это начинается с поцелуев, с долгих и откровенных поцелуев. Затем вы оба возбуждаетесь, и его руки начинают шарить по вашей одежде, а потом и под юбкой. Если бы я пришла минут на двадцать позже, может быть, я застала бы вас обнаженной, а его на вас на том диване! — Ее выпад достиг своей цели, и в глазах Маделайн появилась неуверенность.