Полюби дважды - Элизабет Торнтон

Джессика старалась справиться с подступившей к горлу тошнотой. Монастырь. Церковь. Сколько раз видела она их во сне!.. Лукас снова заговорил, и она попыталась вникнуть в смысл его слов.

— Прочитав письмо Перри, — принялся рассказывать Лукас, — я решил поближе познакомиться с жизнью мистера Стоуна и начал с посещения банка, где он хранил свои сбережения. Ты знаешь, оказывается, этот человек незадолго до приезда в Челфорд получил кое-какие деньги. Его друзья ошибались, когда утверждали, что у него много долгов. Он никому не был должен. Перед тем как покинуть город, он расплатился со всеми своими кредиторами. Я снова посетил его родственницу и выяснил, что она, подобно мне, не имеет ни малейшего понятия о том, откуда взялись эти деньги. Если, разумеется, он не выиграл их в карты… — Лукас помолчал, глядя на пламя, полыхавшее в камине, а потом спросил: — Ты подозревала, что Стоун намеревался похитить тебя?

— Но ты же помнишь, как я рассказывала тебе о своих опасениях. Ты тогда еще высмеял меня, мол, трусиха, боюсь непонятно чего, — напомнила мужу Джессика.

— По-моему, ты даже предполагала, что ему кто-то заплатил за это, — вспомнил Лукас.

— Предполагала? Неужели? Не помню, — ответила Джессика.

— А еще ты говорила, что его, возможно, убили, хотя все друзья Стоуна были убеждены, что все дело в невыплаченных долгах. С чего ты взяла, что он мертв? — спросил Лукас. — Откуда ты об этом могла знать?

— Я… я не знала… — прошептала Джессика и попыталась пояснить: — Понимаешь, когда Перри обнаружил, что никто из близких друзей мистера Стоуна ничего не знает о его судьбе, я… нет, мы оба начали подозревать худшее.

— Но почему тебя так занимает судьба Стоуна? Джесс, зачем ты ходила в его комнату? Что ты там искала? — настойчиво спрашивал Лукас.

— Ничего я не искала. Мы с Перри беспокоились о Стоуне, — ответила она, — и надеялись, что что-нибудь в его жилище наведет нас на след хозяина, вот и все.

— И вы ничего не нашли? — допытывался Лукас.

— Ничего, — покачала головой Джессика. — Если ты не веришь мне, поговори с Перри.

— Я верю тебе, Джесс. Я всегда верю тебе, если ты не кривишь душой, — заметил Лукас.

— Перри передает в своем письме некоторые слухи. Люди говорят, что накануне бала в доме Беллы у Стоуна была женщина.

— Женщина? Какая женщина? — удивилась Джессика.

— Понятия не имею. Никто не знает ее имени, не оборачиваясь, сказал Лукас. — Может, ее и вовсе не существует, — добавил он.

Неожиданно Лукас обернулся, и Джессика сжалась под его пронизывающим изучающим взглядом. Комната закружилась перед ее глазами.

— Джесс, — почти ласково спросил Лукас, — ничего не скрываешь от меня? Ты рассказала мне все, что тебе известно? Любая мелочь может таить в себе опасность. Ты должна понимать это. Если Стоун впрямь убит, один Бог знает, кто будет следующим. Вот почему я хочу, чтобы ты пока держалась от Челфорда подальше.

— Мне нечего больше тебе сказать, — прошептала Джессика и неожиданно для самой себя всхлипнула.

Лукас подошел к ней и остановился. Его лицо приняло озабоченное выражение. Он был так добр к ней. Нет-нет, она наверняка ошибалась, когда плохо думала о нем.

Он так убедителен, так уверен в себе. Кажется, что он может объяснить абсолютно все. Но почему она не верит ему? Он женился на ней, удивив близких и друзей. Он чуть ли не силой заставил ее выйти за него. Что может быть лучше, если хочешь присматривать женщиной, задающей слишком много опасных вопросов?

Вдобавок жена не может давать показаний в суде против собственного мужа.

Когда он склонился над ней, она испуганно отпрянула.

— Джесс, — прошептал он, — дорогая! — И сжал ее в объятиях. — Мне не следовало говорить с тобой о Стоуне. Я напугал тебя.

Она слышала биение его сердца, ощущала тепло его крепких рук.

— Лукас, — сказала она, и в ее голосе прозвучал страх, — не уезжай в Челфорд. Останься со мной.

— И все же мне придется покинуть тебя, — возразил он. — Не волнуйся, дорогая. Я сумею постоять за себя.

— Тогда позволь мне поехать с тобой, — попросила она.

— Нет, — резко бросил он.

— Но зачем тебе понадобилось так срочно отправляться в Челфорд? — умоляюще смотря мужу в глаза, спросила Джессика.

— Ты же знаешь, там сейчас Перри. Мы хотим выяснить судьбу Стоуна, — сообщил он спокойно и уверенно.

— Но… — обеспокоенно возразила она. Лукас нежно поцеловал ее, заставив замолчать.

— Успокойся. Все будет хорошо, — заверил он ее. — Мы с Адрианом отправляемся в путь завтра утром. Пройдет всего несколько дней — и я вернусь.

Он отнес ее в спальню и уложил на кровать. Потушив свечи, он лег рядом с женой и обнял ее.

— Ты озябла. Позволь мне согреть тебя, — сказал он тихо.

И они снова ласкали друг друга, и в его объятиях ей было уютно и покойно. Она ругала себя за то, что любила его, но поделать с собой ничего не могла. Ее сердце принадлежало Лукасу.

Когда он заснул, Джессика осторожно высвободилась из его объятий и выскользнула из постели. Накинув халат, она вышла в гостиную. В нижнем ящике шкафа мужа она на ощупь отыскала заряженный пистолет, который Лукас держал там на тот случай, если в дом заберутся воры.

Осторожно закрыв ящик, она пошла в свою комнату и спрятала оружие в секретере. Потом ей захотелось взглянуть на большой особняк, расположенный по другую сторону Грин-парка. Он весело подмигивал своими ярко освещенными окнами, как бы говоря: не волнуйся, все хорошо, вокруг царит спокойствие.

Чтобы подавить рвущееся из груди рыдание, Джессика прижала ко рту руку. Ей надо быть сильной. Она обязана выстоять и не поддаться собственным чувствам. О, если бы ей удалось вернуть себе хотя бы частичку той решимости, которой она обладала, когда покидала монастырь, чтобы вернуться в Хокс-хилл! Тогда ею двигало только одно — желание остановить убийцу, не дать ему совершить следующее злодеяние.

Но тогда она еще не знала и даже не могла предполагать, что влюбится в свой Голос.

— Голос, — прошептала она в ночной тишине, — я не позволю тебе сделать это. Покуда не поздно, уходи прочь!

Она ощутила какое-то легкое дуновение, некий трепет понимания — но не более. Никакого волнения, никакого раскаяния.

— Голос, ты еще здесь? — опять прошептала она, желая проверить себя. Впрочем, она отлично знала, что ничего не изменилось, что Голос никуда не делся, что он где-то рядом.

И она открылась ему навстречу, решив поговорить с ним.

— Голос, Голос, отзовись! — сказала она.

Лукас пошевелился, и она подошла к нему.

— Джесс, я люблю тебя, слышишь? — прошептал он во сне.

От нежных его слов что-то дрогнуло у нее в груди. Умный, умный Лукас. Не было такого оружия, которого бы он не использовал, чтобы рассеять ее подозрения. Но он опоздал. У нее не осталось подозрений. Они превратились в уверенность. Она могла бы простить ему смерть отца, но не Родни Стоуна и не его следующую жертву.