Палитра его пороков - Анна Веммер

Кисточка улыбается, хлопая в такт музыке, Элька неподалеку бесится с остальными детьми. А он потягивает коньяк и смотрит. На самом деле смотрит, не веря, что это его семья.

Жена, в красивом красном длинном платье. Длинном, но с таким декольте, что ревность внутри ворочается злобным ежом. Хочется снять пиджак и закутать Кисточку по самые брови, чтобы ни один мужик не пялился на его девочку. Но разве он решится портить такую красоту? Она удивительно хороша с распущенными кудрями, почти незаметным макияжем. И носит его кольцо. Какая еще женщина откажется от бриллиантов и рубинов, чтобы надеть деревянное колечко, сделанное мужем просто так? Он надеялся, она будет его хранить, показывать всем, как памятный сувенир, а теперь не знает, как уговорить начать носить золото. Иначе о Сергее Сереброве пойдут странные слухи…

Дочь, к счастью, наигралась с розовым, и роль маленькой подружки невесты играла в небесно-голубом пышном платьице. Она за год здорово вымахала, из неуклюжего ребенка превратилась в спортивную и подтянутую девочку. Выиграла первые соревнования. Ей определенно идет спорт. Женька немного жалеет, что Элина перестала тянуться к искусству: совсем забросила занятия музыкой и отказалась ходить на рисование, но какая разница, если у нее горят глаза и все получается? Скоро ей в школу, там хватит и музыки, и рисования.

И, наконец, брат. Сергей благодарит судьбу и за Кисточку, и за Элину, но больше всего за то, что у него снова есть брат, что их отношения перестали балансировать на грани ненависти и презрения. А еще брат ходит, бегает, учится, готовится работать вместе с ним. Ну и женится, наконец.

Хотя здесь неизвестно, хорошо ли. Семейная жизнь Кости и Марины Серебровых определенно простой не будет. Два взрывных характера… Сергея компенсирует спокойная и тихая Кисточка, они почти идеально друг другу подходят. А когда встречаются эти двое… впрочем, их дело. Лишний повод выбраться на море.

Элька вообще приехала в теплые края впервые. Еще одно щемящее душу воспоминание в его копилочку: как дочь, затаив дыхание, смотрит на голубую воду и аккуратно трогает ее ручкой. И Женя, со слезами на глазах, знакомит: "Это море, малыш. Средиземное море. Красивое?".

Вырвавшись из воспоминаний, он понимает, что поцелуи новобрачных уже закончились. Марина и Костя танцуют, гости разбрелись по террасе и столпились у столов с фуршетом, детьми занимается Аня, а Кисточки нет. Он сразу понимает, где ее искать. Последние два дня, еще с самолета, Жене нездоровится, а море ее успокаивает.

К вечеру поднимается легкий ветерок. Он все-таки накидывает пиджак ей на плечи, и совсем не потому что хочет закрыть от посторонних глаз. Просто чтобы девочка не замерзла. Если повторить это миллион раз, можно поверить.

— Как ты? Плохо?

— Немного. Может, стоит сходить к врачу? Мне не нравится это состояние. Вдруг последствия удара? Тошнота, головокружение… ощущение, что меня постоянно укачивает!

— Обязательно сходим к врачу. Но не бойся. Я более чем уверен, что это не неврология. Мне кажется, ты ждешь ребенка.

Она замирает.

— Что? Ты уверен?

— Два дня назад ты съела целую кастрюлю тушенки. Я не уверен, Кисточка, но есть такая вещь, как Бритва Оккама. Ты была здорова весь год, а тут вдруг занемогла.

— Но я… я же… мне ведь нельзя, врач сказал…

Он берет ее за руки, обнимает, укрывая от холодного морского ветра.

— Врач нас поймет. Мы будем осторожны. Жень… я не готов отказываться. Не могу, родная, не вынесу.

— Сережа! — Она легонько бьет его по руке. — О чем ты думаешь, господи? Я и мысли не допускаю об аборте. Просто мне страшно. Мне очень страшно и кажется, будто я еще слишком маленькая. Плюс сессии, и… вообще.

— Страшно? Чего ты боишься?

Она пожимает плечами, но тоску в глазах не скрыть. Невыносимо видеть на ее лице неуверенность.

— Сегодня годовщина. Ну… родителей.

— Почему ты ничего не сказала? Почему позволила назначить свадьбу на эту дату?

Женя качает головой.

— Я не хотела напоминать Эле. Она так счастлива, так любит нас.

— Она не станет нас меньше любить, если будет помнить о родителях. И тебе нужен день, когда можно их оплакать. Жень, тебе не нужно больше заботиться о выживании. Я рядом. Ты можешь плакать, можешь тосковать по близким. Новая семья не отменяет прошлого.

Она смотрит вдаль, на горизонт, над которым висит красивая яркая луна. Потом на небо, усыпанное звездами.

— Иногда мне страшно, что с нами что-нибудь случится, и Эля останется одна. Как я.

— Ничего с нами не случится. Но даже если случится, у нее много людей, готовых помочь. Думаешь, Марина и Костя ее бросят? Или Аня не поможет? К тому же Элина — наша дочь, она не как ты, она получит хорошее наследство и ни в чем не будет нуждаться.

— Ты прав. Что-то я стала нервной.

Ему хочется смеяться. И носить ее на руках. Хочется поверить, что он не ошибся, что совсем скоро у него будет еще один ребенок. Мальчик, возможно…

— Приведешь Элю? — просит жена. — Поговорю с ней.

— Подожди здесь.

Когда он возвращается вместе с дочерью на руках, Кисточка сидит прямо на песке, сбросив туфли. Набегающие волны ласково касаются ее ног и отступают в темную глубину.

— Мама! Я танцевала с Лешей!

— Да с Лешей только официанты не танцевали, и то потому что заняты, — фыркает Сергей. — Кто найдет, где у Лешеньки моторчик, получит нобелевку в вопросах энергетики.

— Эль, — Женя сажает девочку на колени, — а ты знаешь, какой сегодня день?

— Да! — Эля кивает. — Тетя Марина вышла замуж!

— А еще? Ты помнишь, что случилось?

— Мама и папа ушли на небо, — грустно вздыхает этот смышленый не по годам ребенок.

— Да. Мама и папа ушли на небо. Но мы их все равно любим, да? И скучаем.

— А вы с папой не уйдете?

— Нет, — он опускается на колени рядом с девчонками, — мы с мамой тебя не бросим. И тетя Марина не бросит, и дядя Костя, и тетя Аня. Ты наша девочка. Только…

Он бросает мимолетный взгляд на Кисточку.

— Мы хотим, чтобы у тебя был братик или сестричка. Ты не против?

— Вы хотите родного ребенка?

Боже, откуда это в голове шестилетки? Почему она вместо того, чтобы радоваться подаркам и наслаждаться играми, переживает, не умрут ли родители и думает о том, что не родная?

— Ты моя дочка, Эля. Самая-самая любимая и самая-самая первая. Я хочу много детей, и буду вас всех любить.

Слушает внимательно, хмурится.

— Я тебя люблю. И маму очень сильно люблю. А если люди друг друга любят, у них могут получиться детки. Ты не против?

— Я хочу братика! — подумав, заявляет это чудо.