Избранная пламенем - Кира Верго

— Тяните!!! — как гром, прозвучал голос Января сверху, и мы понеслись ещё быстрее.

Я наконец-то увидела свет. Сердце сумасшедше забилось от ожидания, что нас вот-вот вытащат отсюда. Но, что-то помимо тварей тащило нас назад. Послышался треск, и я увидела, как рушится братский магический трос. Твари грызли его. Они не собираются отступать.

— Октябрь! Они грызут трос! — в ужасе выпалила я.

— Тяните же, братья!!! — в один голос крикнули Январь с Октябрём.

И на наших глазах, оторвалось несколько частей троса.

— Лина, возьми мой камень! — крикнул Гелиодор. — Прикажи ему вытащить нас отсюда, скорее! Только не урони его!

— Ты уверен?!

— Другого выхода нет! Скорее! — кричал кот.

Я без лишних колебаний отстегнула одной рукой камень, и крепко сжала его в руке. Это было не лёгкой задачей, но ситуация не давала права на ошибку.

— Я приказываю вернуть нас в Игмеральд! Помоги нам выбраться из коридора миров! — крикнула я, и камень, завибрировал и засветился, ослепляя яркой вспышкой.

Твари захрипели ещё пуще прежнего, а мы в яркой вспышке, словно кометой, были выброшены наружу. Я даже не сразу поняла, что это сработало, когда мы оказались по другую сторону зеркала в башне Эйфирии.

Сквозь помутневшее от удара зрение, я увидела, что тьма из зеркала вырывается наружу, твари лезут из него на белый свет. Братья и страж города Тагат, борются с ними, пытаясь закрыть зеркало, но ничего не получается. Оглянувшись в поисках кота, Октября и Января, обнаружила их неподалёку приходящими в сознание.

— Камень закроет портал, — пытаясь встать на лапы, сказал кот. — Используй его, иначе они проникнут сюда и уничтожат город!

— Но как?! — держа мигающий в руках камень, вопрошала я.

— Прикажи ему!

— Приказываю закрыть портал немедленно!!! — быстро встав на ноги, вытянула руку вперёд, закричала я, и яркая вспышка, озарила башню.

Я ничего не видела и не слышала, настолько оглушающим было то, что произошло. А затем раздался звон, который быстро нарастал и затмевал разум. Вспышка начала рассеиваться и появились очертания фигур и местности. В воздухе парили миллионы осколков зеркальной материи, которая, как в замедленной съёмке засасывалась обратно внутрь, вместе с тварями. Замедление постепенно начало спадать, а полотно зеркального портала закрываться. Я победно подняла камень над головой и обернулась к коту, но его глаза расширились ужасом.

Он прыгнул в мою сторону, как вдруг я услышала хрип за спиной. Он пролетел над моей головой, выбив камень из рук. Одна из тварей вырвалась напоследок, но кот Гелиодор, отбил атаку раньше братьев-месяцев. Чёрную сущность начало стремительно засасывать, но, вместе с ней засосало и волшебный камень. Портал шумно захлопнулся, и повисла непривычная тишина.

— Нет-нет-нет… этого не может быть… — в ужасе затараторил кот, подбежав к металлической глади зеркала. — Нет! Только не это! Я потерял её навсегда! Нет! Сделайте что-нибудь! Камень… Эйфирия! Только не это… — уткнувшись головой в холодный металл, горевал кот.

Мы все стояли и не знали, что делать и как помочь. Столько борьбы, чтобы запереть портал. Мы все понимали, что камень утерян практически безвозвратно.

— Так не должно было случиться! Нет! — убивался кот.

— Случайности не случайны, Гелиодор, — раздался резкий голос Тагата. Старик сжимал в руке посох и безэмоционально глядел на кота, пока все переваривали произошедшее.

— Не смей мне об этом говорить! Какие случайности, если я заперт в этом теле, а она заперта там! В камне! Навсегда! Горе мне! Горе! — закричал Гелиодор, и бросился прочь.

— Гелиодор! Стой! — я побежала за ним, но он резко развернулся и угрожающе оскалился.

— Оставь его, — сказал Октябрь, обняв меня.

— Я не могу! — пытаясь оторвать от себя его руку, выпалила я.

— Ему нужно остыть. Слишком много потрясений для его великой сути. Это испытание. Поверь мне, прошу, — тихо прошептал он.

— Гелиодор, миленький, я помогу тебе, — пыталась достучаться я, но кот, будто меня не слышал. Его глаза бешено сверкали, и он бросился прочь, скрывшись в зарослях.

— Он вернётся. Поверь мне. Дай ему время пережить личное горе, — удерживал меня Октябрь.

— Откуда тебе знать?! Это неправильно, оставить его одного в такой момент! Так нельзя! Перестань меня держать!

И он отпустил, печально глядя на меня.

— Никто и ничто не способно облегчить его боль сейчас. Но, ты вольна поступать так, как считаешь нужным.

— Я не знаю что делать, — чувствуя, что держать эмоции нет сил, расплакалась я. — Это моя вина! Я так виновата перед ним. Он пострадал из-за меня. Я должна найти способ ему помочь…

Меня трясло от несправедливости и стыда за содеянное. Глаза Октября наполнились печальным теплом, которого я не заслужила сейчас.

— Мы найдём способ. Я даю тебе слово, — обняв, сказал он, гладя меня по волосам. — Я что-то придумаю. Верь мне.

Я видела за его спиной молчаливое братство, что наблюдало за происходящим. Один лишь Тагат, покачав головой, тяжело вздохнул.

— Это не конец, светоч. Это начало. Для тебя, для него, для Гелиодора… ищите ответы в себе. Слушайте голос Всевидящей матери и он приведёт вас к ответу, — сказал он, и некоторое время помолчав, добавил, — а сейчас, я должен выполнять свою работу.

И ушёл, оставив нас наедине со своими мыслями. Братья медленно подошли к нам, и молча обменявшись взглядами, ушли в город, оставив меня и Октября одних.

— Горе не беда, — прошептал Октябрь. — Мы найдём ответы.

Глава 45

Три дня мы искали кота. Мы обшарили практически каждый уголок Игмеральда, звали его, но безуспешно. Бедный Гелиодор горевал в одиночестве, пока я не решилась потревожить те самые кусты в саду. Добиться от них ответа было очень непросто. Упертые растения буквально посылали нас куда подальше и требовали оставить их в покое на своём растительном языке. Но, под натиском Января, они всё же указали нам путь.

Мы нашли Гелиодора в глубокой каменной пещере, скрытой за потайным проходом в подземелья города. Ними уже давно никто не пользовался, и они обросли разумными лианами, что расступились только после команды трёх весенних братьев-месяцев. Никогда не думала, что растения настолько упёртые, что с ними нужно вести долгие переговоры. Может, так только со здешними видами?

Мы нашли кота, то есть Гелиодора, свернувшегося клубком и лежащего на пыльных камнях в тёмной пещере. Сразу он не подавал признаков жизни, что я чуть с ума не сошла, пока тормошила его, пытаясь привести в чувства. А как только он открыл глаза, то больше не отпускала от себя. Везде носила с собой, кормила, едва ли не насильно.