Нерешительный поклонник - Кэтлин Вудивисс

– И что все это значит? – сухо осведомилась Адриана, распахивая дверь. Но тут ребенок закатился пронзительным воплем, и Адриана, забыв о странной тираде кормилицы, бросилась к кровати. При этом она невольно отметила, что толстуха даже не попыталась прикрыться. – Вас наняли для ухода за ребенком. Вместо этого девочка уже сорвала голос, а вы валяетесь на постели и пьете портвейн моего мужа. Собирайте вещи и вон отсюда!

– А кто будет кормить отродье? Уж не вы ли? – нагло фыркнула Элис, безуспешно пробуя подняться. – Не посмеете, миссис, иначе девчонка помрет с голоду.

– Удивительно, как она до сих пор жива! А вы так пьяны, что ничего не замечаете! Не важно, если понадобится, я сделаю ей соску, пока мы не найдем порядочную кормилицу. А теперь я желаю, чтобы вы убрались!

– Может, вам лучше спросить его светлость, прежде чем командовать здесь! А вдруг ему это не понравится?!

– Моя жена велела вам уйти! – рявкнул Колтон, входя в комнату. – Так что поторопитесь! Чтобы через час вас здесь не было! Конюх запряжет лошадь в тележку и отвезет вас в Брэдфорд. Оттуда доберетесь до Лондона сами!

– А мое жалованье? – взвилась Элис, с любопытством наблюдая, как Адриана прижимает девочку к груди. Толстые губы растянулись в презрительной ухмылке. До чего же господа любят баловать детишек! Всякому отродью неплохо бы с пеленок усвоить, что не всего можно добиться вытьем. Впрочем, какое ей дело, если его светлость действительно намерен ее прогнать! Главное сейчас – получить денежки, и ради этого Элис была готова орать, биться в истерике и кататься по полу. Повернувшись к его светлости, она угрожающе потрясла сжатым кулаком. – С места не сдвинусь, пока не получу всего, что мне причитается!

– И даже больше того, на что ты рассчитываешь, толстая кляча! – прошипел Колтон. – Пинок в зад будет тебе самым достойным вознаграждением!

Мегера взвизгнула, развернулась и, задрав сорочку, показала ему голый зад. Адриана возмущенно охнула, но Элис, сунув руку между ног, сделала непристойный жест.

– Давай, милок! Сунь сюда свою палку, пусть миссис посмотрит, как это делается!

– Ты не получишь ни пенса! – воскликнул возмущенный Колтон. Разъяренная кормилица ощерила черные зубы, готовая наброситься на него. – Я бы посмотрел сквозь пальцы на твое пьянство, но последняя выходка стоила тебе всех денег.

– Подумаешь! – взвизгнула Элис. – Сам купается в денежках, а меня обокрал до нитки, и всего-то за простую шутку!

– Так тебе и надо за дерзость и за то, что довела ребенка до такого состояния, пока ублажала себя и цедила мой портвейн! – прогремел Колтон, сжимая кулаки. Поняв, что сейчас сорвется, и пытаясь прийти в себя, он глянул на жену, что-то тихо напевавшую младенцу. Ее нежное воркованье напомнило ему о былых временах, когда она точно так же утешала раненых и осиротевших животных. На какой-то момент крики прекратились, и ребенок жадно схватился ручонкой за округлую грудь женщины. Увы, не обнаружив в ней молока, девочка снова расплакалась.

– Бедная малышка, – нежно пробормотала Адриана. – Скоро мы накормим тебя, Женевьева Ариэлла.

– Женевьева Ариэлла? – удивился Колтон.

– Твоя матушка сказала, что ей нравится это имя, но если предпочитаешь другое, думаю, она не обидится.

Колтон, улыбаясь, пригладил растрепавшиеся волосы жены. Ее мягкость и доброта изгнали бушевавших в нем злых духов. Не в силах устоять, он приподнял ее маленький подбородок и поцеловал в губы.

– Это хорошее имя, любимая, и очень ей подходит. А ты такая красивая с ребенком у груди. Настоящая молодая мама. Нужно подумать, о том, чтобы завести полный дом детей.

– Ха! – язвительно воскликнула Элис. – Поделом и тебе будет, если твое семя окажется бесплодным!

– По-моему, – хрипло рассмеялся Колтон, – я уже доказал, что об этом не может быть и речи!

– А вот меня не удивит, – прошипела Элис, – если выяснится, что Пандора наговорила тебе всякого вздора!

– То есть, – встрепенулся Колтон, – ты хочешь сказать, что ребенок не мой?

Элис, избегая его испытующего взгляда, безразлично пожала плечами:

– Да нет, это я так… вряд ли твои яйца так уж высохли, если ты успел поставить свою метку на заднице девчонки. Просто говорю, мол, поделом тебе будет, если твоя знатная леди не принесет тебе наследника! Я слышала, как слуги толковали насчет того, что ты последний мужчина в семье.

Тут не выдержала Адриана. И хотя не раз за сегодняшний день давала себе слово подождать с радостным известием, все же не смогла вынести подлых намеков ведьмы.

– Не надейтесь, Элис! – отрезала она под недоумевающими взглядами мужа и кормилицы. – Я уже ношу ребенка.

Радостный крик сорвался с губ Колтона, заглушая грязные ругательства женщины. Колтон схватил жену в объятия и надолго припал к губам.

– Как не стыдно! – пожурила Адриана, краснея. – Что подумает Элис?

– Пропади она пропадом, мадам! Это мой дом, дом моих предков, и ты моя жена. Носишь моего ребенка и держишь у сердца еще одного. Не знаю, можно ли любить тебя еще больше, чем я люблю тебя сейчас и любил с начала вечности.

Но как бы ни утешил Адриану поцелуй мужа, на ребенка не произвел ни малейшего действия. Девочка уже охрипла от крика, и Адриана, отстранившись, шепнула:

– Спущусь вниз, разбужу кухарку. Она наверняка знает, как приготовить сахарную соску для девочки.

– Нельзя ли подогреть обычное коровье молоко? – удивился Колтон.

– У ребенка будет понос, – вмешалась Элис, снова обнажая грудь и бесстыдно почесывая низ живота. Заметив, что Адриана охнула и отвернулась, ведьма злорадно закудахтала: – Что такое, душечка, хочешь помочь?

– Немедленно оденься, старая потаскуха! – заревел Колтон, снова приходя в бешенство. – Даже в одежде на тебя невозможно смотреть, а голая ты на редкость отвратительна!

– Говорила я вам, – бросила Элис, – помрет девчонка, пока найдете другую кормилицу!

Втиснув широкие бедра в юбку, она натянула покрытую пятнами блузку и ткнула пальцем в Адриану.

– Можете задирать нос, миледи, да только через месяц-другой станете такой же, как я!

– Да что ты несешь? – взорвался Колтон. – Неужели так слепа, что не замечаешь собственного уродства да еще имеешь наглость сравнивать себя с самим совершенством?

Элис, изрыгая поток непристойностей, связала свои пожитки в большую шаль.

– Ну так что, мне уходить? Пусть, значит, девчонка подыхает? Потом не говорите, будто я вас не предупреждала!

Колтон поймал встревоженный взгляд жены и понял, что она испытывает те же сомнения. И все же не смел задержать женщину, опасаясь, что она так или иначе сорвет зло на его дочери.

– Мы найдем другую, любимая, – утешил он. – Слуги наверняка знают, кто в деревне недавно родил.