Хозяйка покинутой усадьбы - Юлия Нова

Замолчала, не отпуская взгляда, потому что знала графа прекрасно, успела понять. Тот был жёстким, несколько холодным человеком. И да, свои желания были для него наиважнейшими. Да и по головам он запросто мог пойти, если на то была нужда. Вот только сейчас графу всё ещё была нужна я и то, чему я была свидетелем.

Что-то в моих глазах, или мои слова, не знаю, но граф кивнул, махнув рукой на леди Селию:

— Поторопитесь, действие закончится через полчаса, а у меня вопросов достаточно. Поверьте моему опыту, это малый срок, но зелья на больший срок без особого разрешения использовать нельзя. Я и этого ждал. И вот ещё, Алисия. — Удивительно, но такой, более мягкий, что ли, тон я первый раз услышала от графа. — У меня в кармане записывающая сфера, и она активирована. Учтите это, когда будете задавать свои вопросы. Вы же понимаете, что и вопрос может сыграть против задающего.

Я кивнула понимающе и наладила контакт с леди Селией. Граф быстро ввёл меня в курс дела, как правильно задавать вопросы и я не стала ждать:

— Чем вы, леди Селия, опаивали мою маму, чтобы у меня с рождения были проблемы с магией?

Граф громко вздохнул и посмотрел на меня с возмущением, вот только сказать ничего не мог, это бы отвлекло отвечающего. Ещё одно правило ведения допроса под зельем. А потом впился взглядом в жену, услышав её спокойный, но жёсткий ответ:

— Это было не одно зелье, но похожие. Пришлось обращаться к семье, мне всё доставили и объяснили подробно. Род всегда защитит. Зелья влияют на магию. С плодом было легче, магия просто не сформировалась, да и дитя вышло испорченным. А эта дрянь оказалась сильной и умной, а ещё подозрительной. Но ничего, всё равно конец ей пришёл быстро.

— Это вы отравили её?

Леди Селия всё так же спокойно, но с долей самодовольства ответила:

— Конечно! Всё самой пришлось делать. А кто ещё защитит интересы моих детей? На Генри надежды не было, у него, видишь ли, любовь была. Какая там любовь? Похоть и желание, вот и весь ответ! А нужно о роде думать, о его интересах, о детях, они наше будущее.

Я получила ответы на свои вопросы, и сделала шаг назад, понимая, насколько сказанное этой с виду красивой и холёной женщиной было ужасным. Да, трагедия эта случилось не со мной, но как было горько слышать о подобных ужасных вещах. Эта женщина так легко и просто разрушила жизни, уверенная, что сделала всё правильно.

Граф кинул быстрый взгляд на меня предлагая:

— Сядьте и придите в себя, а продолжу, время.

Я растерянно кивнула, ведь до конца не верила, что получу подобные ответы. Сейчас никто из этих людей не мог так сильно повлиять на мою судьбу. Как бы всё ни случилось, я просто не позволю. Но жёсткие слова так чётко пропечатались у меня в голове, что мне нужно было время просто прийти в себя.

Пришла в себя, когда услышала холодный и жёсткий тон графа, задающего вопросы жене. В нём полностью исчезла та теплота и некоторая мягкость, с которой он раньше общался с женой.

А вот сами вопросы меня сильно удивили. Я начала прислушиваться, понимая, чего опасался граф:

— Те зелье, что нашли у Нортона, сделанные захарцами, это ты передавал ему?

— Нет.

— Селия, Нортон их брал через твою семью?

Последовал всё тот же спокойный ответ:

— Нет. — Потом пауза, и дальше: — Возможно, я не в курсе.

— Когда прекратилось общение Нортона с твоим дедом и вашей семьёй в Захарии, Селия?

— Никогда, Генри. Нортон любил бывать у деда, как и я, и он поддерживали переписку. Во время последней серьёзной стычке я прекратила её по твоей просьбе, а как всё закончилось, так и возобновила. Ты же не запрещал.

Лорд Пейтон добавил:

— Но и не разрешал, Селия. Это так?

— Да, Генри. Но мы же семья. Тем более что такого я могла рассказать? Семейные дела, кому они интересны?

Я встала и показала лорду Пейтону, что хочу ещё спросить. Тот коротко кивнул, и я уточнила:

— О лорде Роберте Пейтоне и землях вы упоминали?

— Да. Я же говорю, семейные дела.

Я повернулась к лорду Пейтону и спросила его:

— Не думаю, что лорд Роберт бы сам доверил управление части своего имущества юнцу, нежелающим заниматься своим будущим хозяйством. Даже той части, о которой не желал вспоминать. Это вы его уговорили, лорд Генри?

Граф нахмурился, словно не мог понять, о чём я спрашиваю, а леди Селия рассмеялась и начала отвечать за графа:

— Это была идея моего отца. Я переписывалась с ним, рассказывала, что лорд Роберт не очень благоволит Нортону, хотя он и должен был стать наследником этих земель. Вот дед и посоветовал отдать Нортону в управление то, о чём лорд Роберт и вспоминать не желал. Оказалось, что у отца есть свой человек в Аране, надёжный и опытный управленец. Я обговорила всё с Нортоном, обещая помощь знающего и опытного управляющего. И написала лорду Роберту, прося дать шанс моему младшему. А Генри сам удивился, когда ему пришло письмо от его отца.

Я стояла в шоке и пыталась понять, что же это всё же было, глупость или леди Селия всё же знала больше. И я решилась задать откровенный вопрос:

— Леди Селия, вы знали, что этот ваш надёжный управляющий от вашего отца натворил в лавке, оставленной на попечении вашего сына?

Ты спокойно ответила:

— Нет. Насколько я помню, там был стандартный договор на ренту, да и плата всегда приходила вовремя. Генри иногда ворчал, что лавка может приносить больше, переписывался с сыном. А тот отвечал одно — это дело, доверенное ему, и он сам разберётся.

Я повернула голову к графу, а тот спокойно пожал плечами. Я разозлилась, понимая, что опять зашла в тупик. Леди Селия не смогла бы обмануть или схитрить, зелье обмануть не получится. Значит, либо Нортон ещё больший дурак и лентяй, либо в свои связи с захарцами он мать не посвящал.

Граф хмыкнул, придя к своим выводам, и явно в желании уколоть заметил:

— Я заходил в лавку и видел, что ремонт был серьёзным. Что, вам там всё разломали? Ничего удивительного, что они так внезапно исчезли. Вам стоило обратиться к юристу до ремонтных работ, и написать запрос в управление. Возможно, удалось бы с них стрясти компенсацию.

Я бросила