Требуют наши сердца! - Сергей Александрович Аредаков

поддерживающие Волтера, ничего не могли поделать со своими детьми. Днём они занимались государственными делами, а по вечерам уходили в сад и превращались в обычных подростков. Пели песни, танцевали и что-то постоянно репетировали. На вопрос Волтера, чем они там занимаются, дочь ответила, что хотят оживить книгу, а называться это будет – спектаклем. Потом самозабвенно начала объяснять, как будет это красиво и замечательно выглядеть. А если у них получится, то Лина создаст первый в империи театр. Что такое театр, герцог спрашивать не решился, опасаясь, что дочка заболтает его до утра. В общем, на молодёжь было приятно посмотреть, азартные, увлечённые идеей, с горящими глазами, чего ещё надо родителю. Лишних денег на свои сумасбродные идеи, Лина не просила, её финансировал Геон. В лиге от Акмолы на огромной поляне, строилось большое здание, а рядом с ним уличная сцена. В самое ближайшее время она планировала, провести там первый молодёжный фестиваль, а заодно и ярмарку. Торговые ряды уже активно строились, а приглашения разосланы заранее. Да и протекторат оживал буквально на глазах, торговцы развили бурную деятельность, поддерживаемые комитетом нравов. Многие бароны стали рассчитываться наличными со своими рабочими, получая за это щадящее налогообложение, а это стимулировало торговлю. Большинство принимало реформы с одобрением и можно было начинать радоваться жизни, как вдруг нагрянул Высший. Что теперь будет со всеми новшествами, да и возможно полетят головы неугодных, а его Волтера в первую очередь. Высший может казнить любого, не взирая на его титулы. Геона он не достанет, а вот дочь нужно спасать. Гонец обогнал войско Высшего, дней на семь не меньше и за это время, можно успеть сделать многое. Волтер оторвался от тяжёлых дум и отдал приказ Бучу:

– Срочно ко мне Лину и сотника, а сам подумай, кого мы сможем привлечь на свою сторону. Я решил принять бой, лучше погибну с мечом в руке, чем с позором на костре.

– Почему ты решил, что это неизбежно? – Спросил сыскарь и сам же ответил – А, понимаю. Да уж, с дорогой смерти он явно погорячился.

– Пять сотен отрубленных голов и насаженных на кол, тянутся вдоль тракта на целую лигу. Мимо точно не проедешь. Уверен, что даже император знает о ней. Так, что шансов уцелеть у меня нет, да и обрыдело жить в постоянном страхе. Вот так, друг мой Буч, а теперь ступай и сделай, что сможешь.

Через шесть дней, в ста метрах от стен Акмолы, крупной рысью проскакал отряд, состоящий из четырёх с лишним сотен бойцов. Со стен города на них смотрел весь комитет нравов и два пожилых человека. Лина с подругами замахали платками, азартно приветствуя воинов. Но когда, ехавший впереди отряда белоголовый мужчина поднял руку, отвечая на приветствие, они издали такой вопль-крик радости, что стража испугавшись, начала закрывать городские ворота. Перед тем, как створки сомкнулись окончательно, из ворот вырвался одинокий всадник. Он уверенно пустил коня галопом и стал догонять отряд смертников. Сильно прижав руки к груди, Лина горестно прошептала:

– Ох, Андо, почему же ты меня не послушался. Ведь назад вернутся немногие, а может и вообще никто. Вся надежда, только на Вечного.

Она впервые, всерьёз подумала о брате, как о Боге и герое из его рассказов.

Буч тоже, только мысленно, прощался со своими сыновьями, Дором и Поргом, которые вместе с герцогской сотней и пятьюдесятью добровольцами, ещё вчера выдвинулись к переправе. Всегда мужественно идя по жизни, сейчас герцог Волтер дрогнул и ухватившись за рукав друга, медленно сполз на камни. Так и не увидев сына, он терял его во второй раз. Как он хотел прижать к груди своего любимца, но злодейка судьба, словно насмехаясь над ним, делала всё, чтобы этого не произошло. Ведь это он, герцог Волтер хотел пойти навстречу смерти защищая детей, а получилось наоборот.

У переправы, отряд Грэя встречали воины герцога и девять коленопреклоненных монахов, во главе с Берком. Жестом велев им подняться, Вечный громко крикнул:

– С этого мгновения, я принимаю командование всем отрядом. Мои приказы, нужно выполнять быстро, чётко и безоговорочно. Чуть позже назначу сотников, а уже они разделят вас на десятки. С этим всё понятно?

Рёв шести сотен глоток, возвестил о признании его единовластным лидером и командиром. Грэй удовлетворённо покивал головой и поднял руку, призывая к тишине.

– Сейчас ко мне подойдут все святые отцы, Пилар, Курт, Ворт, Дык, Гойя и Вугх. Остальные рассёдлывают лошадей и начинают разбивать лагерь.

Все выше перечисленные, расселись вокруг Грэя и перед тем, как начать совет, он благодарно кивнул Йяре, присоединившейся к ним самостоятельно.

– Твоя сотня Пилар, является самой подготовленной к бою на мечах и в строю, поэтому вам придётся держать центр обороны. С правого фланга расположится Курт с зуорами и добровольцами, а с левого Вугх с гвардейцами принцессы и селянами. Горцы будут действовать по отработанной уже схеме, находясь во фланговых сотнях. Сотня Ворта вооружена арбалетами и будет помогать сдерживать центр. Завтра с утра, начнём репети…, тренироваться и нужно отработать слаженность действий до автома…, тьфу ты чёрт, до идеального взаимопонимания. Как говорил один великий военачальник; тяжело в учении, легко в бою. Если что не понятно, спрашивайте сразу, не стесняйтесь.

Каждому сотнику, была в деталях расписана картина боя и исчерпав свои вопросы, они облегчённо выдохнули.

– Мы тоже хотим принять участие в битве, но ты, до сих пор не назвал наше место в строю.

Берк говорил ровным голосом, но было заметно, что сам он очень напряжён. Монах откровенно опасался недоверия со стороны Грэя и в тайне, сильно комплексовал по этому поводу.

– Дружище Берк и вы, уважаемые святые отцы. – Грэй наклонил голову, приветствуя монахов – Я преклоняюсь перед вашим мужеством. Однако, у меня язык не поворачивается, чтобы просить вас участвовать в сражении. Вы первые побеги, настоящей гуманной церкви для народа, а не для власти. Ваша задача спасать и лечить души людей, а не отправлять их на небеса. Но при этом, вы являетесь выходцами из того же народа и как любой свободный человек, можете сами решать, что делать в данной ситуации. Приказывать вам, я не могу.

– Мудрёно сказал, но как всегда правильно. – Взволнованно заговорил Берк – Мы пришли биться за своё будущее и с этого пути не свернём. Если не станет вас, то и все наши усилия пойдут прахом. Поэтому, я с братьями встану в центре и поверь мне, мы не подведём вас.

– Спасибо святые отцы. До завтрашнего утра определитесь, где вы займёте позиции.