Требуют наши сердца! - Сергей Александрович Аредаков

Пройдясь перед ошалевшими зуорами, она ехидно хихикнула и нагловато спросила:

– Есть желающие поговорить, пока я добрая?

– Скажи нам прелестное дитя, кто вы такие? – Курт ответил вопросом на вопрос.

– Чего, это кто тут дитя? Да мне скоро четырнадцать циклов исполнится – искренне возмутилась Оля – у нас в отряде и помладше меня есть.

Она показала десятнику зуоров язык и гордо подбоченившись, состроила серьёзное личико.

– Хорошо, хорошо, я глубоко извиняюсь, но ты так и не ответила – как смог спокойно, проговорил Курт, еле-еле сдерживая улыбку.

– Пошёл ты к Тёмному, я на тебя обиделась – злобно ругнулась Оля и отвернулась к горцам.

Воины легендарной тысячи, уже не сдерживаясь грохнули со смеху. Дык отдал приказ своим людям к готовности, как только враги начали смеяться. Увидев, что горцы схватились за копья, Оля подала вождю знак отмены тревоги и тоже весело рассмеялась.

– Ладно, на первый раз прощаю, а то Дык вас перережет и мне будет нагоняй от Грэя. Так чего ты там спрашивал? – Перестав веселиться, спросила она.

– Паренёк с седыми волосами, кто он такой? – Решил зайти с другого бока Курт.

– Это мой кровный брат. Называет он себя Грэем и ещё сегодня утром, волосы у него были чёрного цвета.

– Что же с ним случилось такого, что он поседел в одно мгновение?

– Во время разведки, мы зашли в сожженное поселение. Там это и случилось, но он ещё сам не знает, что стал седым – на глаза девочки навернулись слёзы – а мы не решаемся сказать ему об этом.

Вдруг её милое лицо, мгновенно исказилось от ненависти и добрая девочка, прямо на глазах, превратилась в озлобленного зверёныша:

– Если вы принимали в этом участие, то лучше сами убейте себя, потому что Вечный не простит никому, такого мерзкого преступления.

– Уверяю тебя, что мы даже в оцеплении стоять отказались. Монахов мы сами ненавидим, а насчёт Вечного, то он им и не такое прощал.

– Наш Вечный не простит и не только этих отправил на небеса, замаливать свои грехи. Я со счёта сбилась, сколько мы уже вырезали монахов. – Её лицо разгладилось от злобной гримасы, глазки заблестели и с очень гордым видом, Оля добавила – Лесной народ называет его, богом войны Сирталом. Горцы поклоняются ему, как Великому Олриху, а мы точно знаем, что он пришёл к нам из другого мира и является Вечным.

В этот момент, всех хорошенько качнуло силовым потоком. Заметив выпученные глаза зуоров, Оля их беззаботно успокоила:

– Не пугайтесь, это Грэй с братьями лечит старосту. Его вчера взяли в плен и ему пришлось откусить себе язык. Надеюсь, он у Силура отрастёт заново.

– Олрих, Олрих – фанатично проскандировали горцы, а затем пустились в дикий пляс, воинственно размахивая при этом, своими короткими копьями.

– Пусть попляшут, они ещё, как дети малые, радуются каждому силовому выбросу. – Оля довольно улыбнулась и добродушно предложила – Ладно, так и быть, расскажу вам всю историю целиком. Садитесь вокруг, но не перебивайте, а то обижусь.

Матёрые воины, сидели молча и внимательно слушали хрупкую на вид девочку, с отвалившимися челюстями. В её рассказ, трудно было поверить, но сопоставляя известные им факты, картина складывалась именно так, как говорила Оля. Один Курт слушал в пол уха, он усиленно искал выход из создавшейся ситуации. Отказавшись идти в бой, они встали на колени и начали читать молитву, готовясь к неминуемой смерти. Такой жест неповиновения, вызревал уже давно. С самого начала восстания их родного протектората, среди земляков Курта начались брожения крамольных мыслей. Так уж получилось, что он стал ядром этого движения. Со временем, его слово стало решающим в любом споре, или дискуссиях земляков. Они давно решили вырваться из этого душевного плена, но просто не знали, как это можно сделать. Свою родину они ненавидели так же сильно, как и всю церковную структуру. В детстве их подвергли, такому моральному и физическому прессингу, что проклинали по ночам своих родных за то, что те отдали мальчишек на растерзание монахам. Из ста детей, взятых с их родины, выжили и стали зуорами, всего двадцать. Многие покончили жизнь самоубийством, кто-то просто сошёл с ума, а некоторых уничтожили монахи, признав их не способными к полному повиновению. Почти все потеряли друзей и товарищей на пути переделки из детей в бесстрашных убийц. Отправившись в этот поход, они твёрдо решили назад не возвращаться, но им даже в голову не могло прийти, чтобы выступить против империи с оружием в руках. После вчерашнего, зверского уничтожения посёлка, они торжественно поклялись, что лучше умрут, чем будут дальше участвовать в этих злодеяниях. В победу взбунтовавшихся мужиков, они совершенно не верили и готовились принести себя в жертву Вечному, после окончания сражения. Что оно будет Курт не сомневался, все вольные поселения формировались бывшими воинами, участниками походов в дикие земли. Но их планы резко изменились, после наблюдения первого контакта бунтовщиков с гвардейцами. Около двадцати мужиков, вооружённых чем попало, выбежали из ближайшего леска и молча атаковали постовых имперцев. На глазах у всего лагеря, они вбили в землю троих воинов нёсших караул и подняв вверх руки, очень радостно загалдели. Около пятидесяти гвардейцев кинулись покарать преступников, но те не вступая в бой, беспорядочной толпой побежали назад в лес. Заревев от возмущения, гвардейцы усиленно бросились их преследовать, но до первых деревьев, добежать не смог никто из них. Все, как один упали на землю и даже шевеления раненых не было видно. Буквально сразу, из леса вышло целое войско бунтовщиков. Их разношерстные ряды с трудом держали строй, но впечатляли количеством. Не меньше тысячи человек, вышло на сражение с лучшими воинами империи. Но даже при таком количественном преимуществе, у них всё равно не было шансов на победу. Дальше произошло невероятное, отборные воины империи были уничтожены с ужасающей лёгкостью и за невероятно короткий промежуток времени. Самым ярким эпизодом битвы, был поединок седоголового юноши с шестью зуорами. Будучи сам, истинным мастером боя на мечах, Курт пришёл в восторг от этого зрелища. Получив всего два ранения, подросток изрубил лучших мечников империи. В его победе, почему-то были уверены все бунтовщики, которые даже не дёрнулись на помощь, когда седоголового ранили первым. Техника двуручного боя, была изумительна по красоте исполнения и очень эффективна по своей убийственной результативности. Услышав одобрительные высказывания своих земляков, Курт не вставая с колен и не поворачивая головы, дерзко заявил:

– Друзья, по-моему у нас появился шанс, отомстить своим ненавистным мучителям. Когда бунтарей начнут теснить, предлагаю