Сгорая дотла - Эмма Скотт

– Алекс, подожди… – Лайла поднялась вместе со мной.

– Он вернулся к Джорджии, а я вернусь к Дрю, и жизнь наконец-то вернется в нормальное русло, какой она была до проклятого ограбления. Как я и хотела, – поспешно выпалила я.

– Алекс…

– Все было понарошку, – продолжала я. – Что бы ни было между мной и Кори, это было понарошку. Мы вышли за рамки времени. Это была не жизнь, а интерлюдия. Но теперь все кончено. Пора заканчивать играть в игрушки и возвращаться к работе. Я должна продолжить жизнь с того места, где остановилась, и оставить все позади.

– Не делай этого, Алекс… – Лайла покачала головой.

– Спасибо, что выслушала меня, – я крепко обняла Лайлу. – Увидимся завтра вечером. На вечеринке по случаю помолвки.

Кажется, Лайла еще что-то говорила, когда я спешила к двери, но я уже не слышала. Я слишком сильно старалась сдержать слезы.

«Я не плачу. Я никогда не плачу, и если начну сейчас, то, возможно, никогда не остановлюсь».

Глава 39

Кори

Было почти десять часов вечера, четверг, когда я приехал в квартиру Джорджии. Она позвала меня, по-видимому, чтобы присмотреть за Кэлли, пока ее самой не будет дома. Опять. Но я сказал Вику, у которого мне снова пришлось оставаться, что решил сказать Джорджии о том, что отказываюсь от борьбы. Я перееду на Аляску, перееду туда с ней, если она захочет этого, и мы втроем будем работать.

Вик рьяно и с большим количеством ругательств на испанском пытался отговорить меня.

– Ты даже не пытаешься побороться за Алекс? – настаивал он. – Ты позволишь ей выйти замуж за другого? И вернешься к Джорджии? Зачем?

– Ради Кэлли. Зачем еще?

Спорить с этим было бессмысленно. Вику пришлось меня отпустить. Теперь, у подножия бетонной лестницы, ведущей к дому Джорджии, я хотел бы, чтобы мой друг отговорил меня. Я вцепился в железные перила с облупившейся краской, не в силах сделать больше ни шага.

«Ты будешь с Кэлли. Каждый день. Попытайся все наладить, и у вас, возможно, будет какое-то подобие настоящей семьи».

Я попытался представить себе жизнь на Аляске. В моем сознании всплыла картина: деревенский дом на фоне заснеженного леса, мороз, пробирающий до костей, и ночи длиною в месяцы. И Алекс… Алекс за сотни миль оттуда, и казалось, что все тепло и весь огонь мира рядом с ней, а со мной лишь холод и пустота.

Может, Вик прав и я даже не пытался бороться? Но что, черт возьми, мне оставалось делать? Схватить Алекс, встряхнуть ее и потребовать, чтобы она любила меня? Моя гордость не позволила бы мне этого, а сердце бы не выдержало, если бы ответ был отрицательным.

Я проглотил ком в горле и поднялся по лестнице с ощущением, будто к моим ногам прикованы свинцовые гири.

Джорджия открыла дверь, ее глаза были красными, а голос хриплым.

– Привет.

– Ты в порядке? – встревоженный, я вошел внутрь. – Как Кэлли? Где?..

– Она в порядке. Я в порядке, – Джорджия раздраженно развела руками. – У нас все в порядке. Она спит, так что давай потише, пожалуйста. Я не хочу, чтобы она проснулась, – она вздрогнула от этой мысли. – Хочешь чего-нибудь выпить? Чай? Или, может быть, пива?

– Пиво, спасибо, – я сел на диван, настороженно наблюдая за ней.

Я подумал о том, что Джорджия обычно не была такой заботливой, если только ей чего-то не хотелось. Я вздохнул. Она могла бы не притворяться. Она бы получила все, что хотела.

Она вернулась из кухни с двумя банками пива «Хайнекен» и села в кресло напротив дивана. Она не стала пить свое пиво, а поставила его на стол слегка дрожащими руками. Ее взгляд метнулся к настенным часам.

– Ты не уходишь? – спросил я.

– Еще нет. Я хочу… сначала поговорить.

– Да, я тоже, – я сделал большой глоток пива и поставил банку на стол. – Я должен тебе кое-что сказать.

– Хорошо, – ее взгляд снова метнулся к часам.

Как только я заговорю, назад уже ничего не вернешь. Пути назад нет. Не в Лос-Анджелес, не к Алекс… Я сделал медленный вдох-выдох.

– Я хотел сказать тебе, что я отказался от проверки. Я не буду сопротивляться переезду на Аляску. На самом деле я… перееду с тобой. Я жен… – слово застряло у меня в горле. – Я женюсь на тебе, если ты этого хочешь. Я хочу все наладить. Ради Кэлли. Что бы ни случилось, я хочу, чтобы я мог сказать, что сделал все, что мог, чтобы у нас все было хорошо.

Джорджия уставилась на меня, будто видела впервые.

– Я понимаю, ты, наверное, шокирована таким поворотом событий после того, как я провел тебя через слушание… В любом случае я должен придумать что-нибудь для отца. Возможно, потребуется немного времени, чтобы устроить его, но потом я приеду, и мы сможем начать все сначала. Хорошо?

Джорджия смотрела на меня еще целых десять секунд, а затем разрыдалась. Она закрыла лицо руками, ее длинные светлые волосы рассыпались по плечам.

– Что? Эй, все в порядке, – я нахмурился, сбитый с толку.

Джорджия подняла заплаканное лицо.

– Что со мной не так? – начала она напряженным и высоким голосом. – Что со мной не так, что я не могу полюбить тебя? Ты хороший человек. Снова и снова вселенная дает мне шансы быть такой же хорошей, как ты, полюбить тебя. И вот сейчас. Ты все бросил, чтобы поступить правильно, но вместо радости или облегчения я ничего не чувствую.

– Я не понимаю…

– Что случилось с той девушкой, Алекс? У вас не сложилось? Поэтому ты здесь, обещаешь жениться на мне? – она хрипло рассмеялась, а затем понизила голос, полный слез. – Ты так сильно хочешь семью, что готов на все, чтобы ее завести. Даже если это будет стоить тебе несчастной жизни со мной.

– Джорджия, я просто пытаюсь…

– Поступить правильно, да, я знаю. Вот что ты пытаешь сделать. Ты что-то строишь и чинишь, и ты пытаешься починить наши отношения, но нас нельзя отремонтировать, Кори. Нам уже ничем не помочь.

Она села рядом со мной и взяла мое лицо в свои руки, слезы текли по ее щекам. Я ожидал,