Секрет для соловья - Виктория Холт

– Идите наверх, – приказал наш похититель. Я обернулась к нему.

– Послушайте, – начала я громко и внятно. – Где мы? Я хочу знать. Мы – сестры милосердия, англичанки. Вы дали нам понять, что везете нас на пристань. Однако мы очутились здесь. Я требую объяснений. Пока я их не услышу, я не двинусь с места.

Вместо ответа он взял меня за руку и поволок по лестнице. Я чувствовала, как сзади тяжело дышит Генриетта.

– Анна… – слабым голосом прошептала она.

– Мы попробуем убежать, – тихо сказала я подруге.

– Но как?..

На верхней ступеньке появился человек. Наш похититель что-то сказал ему, и тот отступил в сторону, чтобы дать нам дорогу. Они немного поговорили, причем чувствовалось, что оба волнуются. Затем человек, с которым мы приехали, грубо втолкнул нас в какой-то коридор.

Мы очутились в небольшой темной комнате. Шторы на окнах были спущены, вдоль стен стояли диваны. Как только мы переступили порог, дверь за нами закрылась.

Я подбежала и попыталась ее открыть. Но это мне не удалось – она была заперта на замок.

– Бесполезно, – сказала Генриетта. – Мы в плену.

Мы посмотрели друг на друга, причем каждая старалась сделать вид, что напугана гораздо меньше, чем это было на самом деле.

– Что это может означать? – наконец спросила Генриетта.

Я пожала плечами.

– Мы вели себя очень глупо. И как мы могли потеряться? Если бы не эти проклятые сережки…

– Я думала, что остальные неподалеку.

Моя подруга что-то напряженно обдумывала. Наконец она произнесла:

– Я слышала о подобных вещах. Такое уже случалось с женщинами здесь – их похищали, а потом превращали в рабынь… или увозили в гаремы.

– Боже мой!

– А что? У султанов это обычное дело, не так ли? У них в гаремах масса женщин. Они захватывают их во время войн как добычу и превращают в своих рабынь.

– Но ведь они наши союзники! Не забывайте, что мы сражаемся в их войне.

– Неужели вы думаете, что это их остановит? Тот человек явно следил за нами. Может быть, это вообще было специально подстроено – сначала нас окружили мальчишки, а потом появился он и якобы нас спас… Спас, чтобы привезти сюда! Как вы думаете, это дворец султана?

– Это явно не Топкапы.

– Ах, Анна, я только надеюсь, что они нас не разлучат! Вы знаете, я уже давно мечтала, чтобы произошло что-нибудь захватывающее. Все эти долгие, трудные дни, когда вокруг был только запах крови и смерти, когда мы не видели ничего, кроме ужасов войны, я молилась о том, чтобы случилось что-нибудь, что вырвало бы меня из этого госпиталя. Вот оно и случилось… Интересно, а каково жить в гареме?

– Мне кажется, вы заблуждаетесь относительно их намерений. Посмотрите на нас – вряд ли мы можем быть объектом вожделений. А наша форма?.. Взгляните на мои волосы. Здесь нет никакой возможности отмыть их как следует. Мы обе бледны и выглядим изможденными. Словом, я не думаю, что для султанского сералямы были бы завидным приобретением.

– Но на нас можно посмотреть и другими глазами. Мы ведь иностранки, а это придает нам особую привлекательность. А когда они выкупают нас в ослином молоке и украсят драгоценностями, мы вообще станем очаровательными.

Генриетта засмеялась, но я почувствовала в ее смехе истерические нотки.

– Хватит, Генриетта, – строго сказала я. – Для того чтобы выбраться отсюда, нам понадобится весь наш здравый смысл. Надо осмотреться.

Она схватила мою руку.

– Нам надо держаться вместе. Пока вы здесь, я не боюсь… во всяком случае, боюсь не так сильно, как если бы оказалась тут одна.

– Что бы ни случилось, мы постараемся не разлучаться.

– Интересно, что о нас подумают в госпитале?

– Что мы нарушили приказ и отстали от группы.

– Это группа отстала от нас! Как вы думаете, кого-нибудь пошлют на поиски?

– Конечно, нет. Люди в госпитале нужны для гораздо более серьезных дел.

– Анна, Анна, что с нами будет?

– Посмотрим. Надо быть наготове и воспользоваться любой возможностью, чтобы выбраться из этого ужасного места.

– Но как? И даже если нам это удастся, мы даже не знаем, где находимся.

– Мы сможем найти дорогу на пристань, а больше нам ничего и не нужно. Там везде можно достать лодку. Тс-с, тише! Кажется, кто-то идет…

Дверь открылась. На пороге стоял наш темноволосый похититель.

– Пошли, – скомандовал он.

– Куда вы нас ведете? – спросила я.

Ответа не последовало.

Мы с Генриеттой посмотрели друг на друга. Именно о такой возможности мы и говорили, и вот она представилась. Надо быть начеку. Незнакомец, крепко держа нас за руки, повел по лестнице. Там он ненадолго отпустил Генриетту, да и то только потому, что ему надо было постучать в дверь. Из-за двери послышался чей-то голос, она распахнулась, и незнакомец втолкнул нас внутрь.

Шторы были опущены. В комнате царил полумрак. Мне удалось рассмотреть стол, на котором стояла изысканно украшенная лампа, дававшая слабый свет. На диване полулежал мужчина в тюрбане. Его облик показался мне смутно знакомым.

«Не может быть, – подумала я, – и тем не менее…» Стоило ему заговорить, как я поняла, что не ошиблась.

– Парочка соловьев, – произнес знакомый голос.

– Доктор Адер! – заикаясь, пробормотала Генриетта.

– Я так и знал – ничего хорошего от женщин ждать нельзя. Зря их сюда прислали.

– Но что все это значит? – строго спросила я.

Страх, испытанный нами в течение последнего часа, прошел. Теперь я задыхалась от негодования.

– Нас привезли сюда насильно, помимо нашей воли. Нас уверили, что мы едем на пристань…

Я взглянула на Генриетту. Ее настроение тоже изменилось – в глазах читался восторг, оттого что наше приключение принимает не такой, как казалось, трагический оборот.

– Все очень просто, – начал доктор Адер. – Две глупые женщины позволили себе немного побродить по базару и поглазеть по сторонам. Их чуть не ограбили, но в последний момент незнакомец спас их и привез сюда. Благодарите судьбу, что на вас была надета форма! Косынки, которые вы носите, оказались вашим талисманом. Ускюдарский госпиталь!.. Его здесь знает каждый. Вот почему вас привезли сюда.

– К вам? – спросила я.

– У меня есть друзья в этом городе. Все знают, что я работаю в Госпитале. И когда парочка беспечных соловьев вылетает из гнезда, а потом ее обнаруживают в грязных кварталах Стамбула, соловушек хватают и доставляют ко мне.

– Просто невероятно! – воскликнула я.