Во главе конца - Лия Арден

Дверной колокольчик возвестил хозяина о моём прибытии.

– Добро пожаловать, – на правильном языке людей выкрикнула Элин откуда-то из глубины антикварной лавки.

Я не ответила, слыша, как несколько предметов глухо упали, а следом рухнули, кажется, пара пустых коробок. Элин в голос выругалась, удивляя своим словарным запасом, и я невольно улыбнулась.

– Извините, но мы закрываемся через пятнад… кириа! – радостно взвизгнула Элин, наконец заметив меня. Ни наряд, ни солнечные очки, ни даже изменённый цвет волос на чёрный не сбили её с толку.

И сколько бы я ни просила её называть меня по имени, старую привычку выбить из Элин так и не удалось. Она захныкала и перешла на какие-то невнятные недовольные бормотания, пока душила меня в объятиях.

– Этот цвет немного лучше, но мне всё равно не нравится, – выдала она, трогая мои волосы.

– Не знаю, чем тебе так не угодил рыжий, но рада, что в этот раз ты довольна, – хмыкнула я, снимая солнечные очки. Благо сегодня солнце светило ярко, и я не выглядела в них полной идиоткой.

В обычной жизни я ношу карие линзы или капаю свою кровь, второй способ самый надёжный, но более болезненный. Однако старый Аякс с особым недовольством относится к переменам в моей внешности, называя это кощунством и оскорблением образа богини Эриды. Сколько бы ему ни напоминала, что это мои глаза и волосы, он каждый раз устраивает мне раздражающе длинные лекции, поэтому, направляясь к дедушке Мейв, я не возвращаю цвет волос, но линзы снимаю. Это помогает немного усмирить его ворчание.

Изначально у меня были мысли полностью переделать облик, чтобы точно скрыться от Гипноса и Мороса, но не хватило духу резать себе лицо ради этого. И так вырезать ахакор на руке пришлось самой, и я множество раз вспомнила о Гипносе, который справился с узором в два раза быстрее и сделал процесс минимально болезненным.

Созданный ахакор идеально скрывал мой гул, и, похоже, моё двухмесячное отсутствие за пределами города лучше всего остального сбило богов со следа, а затем я поселилась в Санкт-Данаме на другом берегу реки, в районе людей. Так далеко от Переправы и дома Кая, насколько это было возможно.

Я поправила растрёпанную причёску, глядя в маленькое зеркало, и потёрла покрасневшие глаза. В последние недели плохо спала, поэтому сегодня решила уволиться, почувствовав, что вновь закапываюсь в работу, прячась от реального мира. И хуже всего, что работа постоянно напоминала обо всём, что я оставила.

– Кириа, я не видела тебя целый месяц! Я писала неделю назад, но ты не ответила, – недовольно пожаловалась Элин и потащила меня в глубь лавки.

Её светлые волосы, собранные в высокий хвост, раскачивались при каждом шаге. Прошли годы с её переезда в мир людей, но она мало изменилась. Словно ощутив мой взгляд, Элин смущённо поправила свой бежевый свитер. Он ей очень шёл, как и голубые джинсы.

Я прошла в знакомую гостиную. Ту самую, где мы общались с Аяксом в первый раз. Меня окутал запах восковых свечей в роскошных канделябрах. Я осмотрела интерьер в привычном для этой комнаты полумраке. Тёмно-красные обои, массивная мебель с большим количеством позолоченных украшений. Ничего не изменилось, кажется даже кресла и столик не сдвинулись ни на сантиметр. Аякс ненавидит перемены.

Я шумно втянула запахи и уловила аромат крепкого чая. Улыбнулась, зная, что в напитке маковое снотворное, которое на меня не подействовало в первый визит, что ввело Аякса в заблуждение. Элин засуетилась над чаем и закусками для меня. Я сбросила пальто на диван и села рядом.

– Как учёба? – спросила я, наблюдая за ней.

Не сразу, но Элин влилась в жизнь в Санкт-Данаме, а два года назад наконец поступила в тот же университет, в котором я сама училась раньше. По её рассказам, работать с Аяксом первое время было непросто, но её покладистость и жизнерадостный характер растопили лёд в сердце ворчливого старика, и теперь он заботится об Элин, как о своей внучке. Мейв хоть и приревновала сперва, но всё-таки вздохнула с облегчением, осознав, что теперь со старым Аяксом всегда рядом кто-то есть. Два года назад он сломал руку, споткнувшись о ковёр, и тяжёлых последствий удалось избежать благодаря присутствию Элин.

– Хорошо. Кажется, я выбрала идеальный набор предметов. Иво мне с этим очень помог. – Она покраснела при упоминании Иво и торопливо отвернулась. Я не удержалась от улыбки: он на многих так влияет.

Я видела, как он сменил мешковатые балахоны на дорогие костюмы. Растрёпанные причёски на убранные назад волосы. Я не стала говорить ему, что он начал напоминать Кая, но со стороны было очевидно, что сын Гипноса его вдохновляет. И, к сожалению, не только на внешний вид, но и на поведение. Иво стал более расчётливым.

– Как Рой? – спросила я о её парне.

Палагеец из Дома Зависти.

– Мы расстались. – Недовольно поморщив нос, Элин поставила передо мной чашку с чаем и ягодные тарталетки. – Он был придурком. Найду лучше.

Я тихо рассмеялась, гордясь её новообретённой уверенностью.

– Определённо найдёшь. Ты чудесная, – заверила я, грея руки о чашку.

Она поставила вторую напротив, а свою взяла в руки и отошла в сторону, не собираясь садиться. Я не успела задать возникший вопрос, как раздались шаркающие шаги. Вероятно, поэтому Элин идеальная помощница, она будто предчувствует.

– Обманщица, – недовольно поприветствовал меня Аякс.

– И тебе здравствуй, – не смутившись, улыбнулась я.

Я испытала искреннее облегчение, увидев его здоровым. Хотя Аякс определённо постарел. Его каштановые волосы окрасились сединой, и морщины стали глубже. Теперь я бы дала ему не меньше пятидесяти, возраст словно понял, что припозднился, и решил нагнать палагейца сейчас. Его шаг стал заметно медленнее, и на свою трость он опирался тяжелее.

– Хоть глаза раздора, а то позоришь свой Дом и звание архонта, – беззлобно добавил Аякс, сел на диван напротив и сделал глоток чая.

После горячего напитка его лицо немного просветлело.

– Я более не архонт, – со сдержанной улыбкой напомнила я, не уверенная, притворяется он или память его начала подводить.

– Однажды архонт – всегда архонт.

– Я была главой лишь номинально, Майрон продолжал хранить Дом, лучше зная его нужды. В мою же задачу входило не потерять голову раньше времени, – напомнила я.

Аякс не раз помогал информацией или советом, а сумев раздобыть пистолет перед кругом с Иолаем, и вовсе спас мне жизнь. Поэтому эту часть своей роли я от него никогда не скрывала.

– Ты недооцениваешь своё влияние, нагнанный тобой страх вернул стабильность в Совет, – ворча, возразил он.

Скорее его вернуло присутствие Гипноса и Мороса. Кровь Дома Гнева и моё умение внезапно слетать