Любовь без репетиции - Тина Ребер

Утренняя травля продолжала меня донимать.

– Серьезно, Триш, неужели так плохо, что люди знают о нашей помолвке?

Она помедлила.

– Ну… Это его личное дело, но оно стало всеобщим достоянием. – Триш придвинулась ближе. – Он правда залез на стол, когда делал предложение?

Я глупо улыбнулась и кивнула.

Триш ухмыльнулась во весь рот.

– Можно взглянуть на кольцо? – Она потянулась к моей руке. – Вау, какое классное! Вот, значит, как выглядят полмиллиона. Как здорово, что оно от Уильяма Голдберга ^[1]. У него потрясные кольца. А если еще триллионы в придачу – вообще обожаю. – Триш тихо посмеивалась, изучая кольцо. – Овчинка точно стоила выделки! Ни одного изъяна…

Я ничего не понимала – ошалела, когда она проболталась о стоимости кольца. В ушах зазвенело, и я встряхнула головой, чтобы не грохнуться в обморок.

– Гмм… О чем это ты? Какая овчинка?

– О том, что пришлось умыкнуть Райана для встречи с ювелирами, – смущенно пояснила Триш. – Я потратила на это часы. Без обид, Тарин, но я испытала облегчение, когда ты не попала на церемонию вручения «Оскара». Я чуть не свихнулась, пытаясь устроить эту встречу без твоего ведома.

Я мысленно вернулась в последние дни февраля, когда меня сбила машина и я упустила первую возможность явиться на церемонию с Райаном. Бесконечно признательная, я посмотрела на свою руку:

– Послушай, я от всей души благодарю тебя за труды. Честное слово, я оценила. – Тут до меня дошло еще кое-что. – Погоди… если ты помогала ему с кольцом, то почему так бесится Марла? Она же наверняка знала…

У Триш был виноватый вид.

– Она знала, что он купил кольцо, но Марла же известная сука, она пыталась от… Знаешь, все это не важно.

Но я уже догадалась и закончила фразу:

– Она пыталась отговорить? Я вредна для его карьеры.

– С чего ты взяла? – опешила Триш.

Странно, что она спрашивала. В конце концов, ее начальница подтверждала эти слова решительно всем – разве что не произносила вслух.

– А что фанатки? Разорвут его, коли больше не одинок?

Триш негромко рассмеялась на этот мой явно дурацкий вопрос:

– Фанатки не тронут его, пока он не начнет штамповать дерьмо вместо фильмов. Но я сама не поверила, когда она велела ему помалкивать насчет этого у Джимми Коллинза. Плохо, очень плохо, – пробормотала она, качая головой.

Я глазела на нее, не понимая ее реакции, особенно с учетом того, что она из кожи вон лезла, лишь бы ведьма осталась довольна.

Триш поджала губы, но тут же улыбнулась, глядя на короткое черное платье:

– Давай возьмем это для твоей Мэри? Ей очень пойдет. Платья, которые мы отобрали для тебя, сейчас в примерочной. Там все прикинешь. А раз вы теперь официально помолвлены, надо подобрать тебе наряды для появлений на публике. Первый закон моды: всегда знай дизайнера. Это первое, о чем тебя спросят.

Я едва обратила внимание на платье в ее руках.

– Триш, скажи… Что ему делать?

– Ничего. Все запишут на счет…

– Да я не о платьях. Сегодняшнее интервью. Ты вроде думаешь, что ему нужно изменить сценарий. Райан думал, что она велит ему признаться в том, что мы помолвлены. А что бы ты посоветовала?

Триш отшатнулась:

– Тарин, я не могу! К тому же, если она узнает, что я давала тебе какие-то советы, прибьет меня на месте. Нет, это невозможно.

Я пошла за ней, огибая круглую стойку и думая, как подкатиться иначе. Ее мнение заботило меня пуще всего остального.

– Ладно. А если я найму тебя моей представительницей, тогда посоветуешь?

Она развернулась и в шоке уставилась на меня:

– Ты не понимаешь. У меня нет клиентов – они у Марлы. Я живу в конуре, которую еле оплачиваю, езжу на развалюхе, а ссуду на обучение, наверное, не возмещу до самой смерти от старости.

– Да полно, Триш, – не унималась я. – Никто не узнает, клянусь. Только между нами.

Триш глубоко вздохнула и со стоном оглянулась по сторонам:

– Ох, черт. Даю тебе слово, что, если она пронюхает и вышвырнет меня на улицу, я заявлюсь к вам с Райаном и буду жить с вами. В общем… История уже выплыла наружу, – продолжила она. – Доказательством служат снимки. Все эти девицы, его фанатки, бредят самой идеей романа с ним. А увидеть его стоящим на столе, да еще и преклоняющим колено, чтобы сделать тебе предложение, – это же офигеть как романтично. Он должен сказать правду.

Я согласно кивнула.

– Но это его дело, – поспешила добавить Триш. – Обнародовать вашу личную жизнь или нет – это его выбор… И твой.

– Таааар! – позвала из примерочной Мэри.

– Блин! – с выражением ужаса на лице сокрушенно воскликнула Триш. – Если Марла узнает, что я хоть слово вякнула…

– Я ничего не скажу, клянусь, но хочу, чтобы Райан услышал перед эфиром и другое мнение. Он верит всему, что говорит ему Марла.

Взгляд Триш метнулся к двери, в которую вошли еще несколько покупателей.

– Она уже позвонила продюсеру Джимми Коллинза.

Я представила, как Райан стоит перед камерами и выдает куцые, неубедительные ответы.

– Если я выдерну его одного, ты скажешь ему? Ты можешь круто изменить его карьеру.

Триш остолбенела и все мотала головой:

– Тарин, нет! Я не могу!

– Он же будет выглядеть идиотом, – пролепетала я.

– Тарин, ты уже что-нибудь примерила? – спросила Эллен, мать Райана.

Я сделала неопределенный жест. Надо наконец хоть взглянуть на отложенные платья. Эллен взяла в руки одно из них – темно-синее, но я была настолько погружена в мысли, что восхитилась исключительно для вида.

– Идем, – Эллен потянула меня за локоть и махнула рукой модельерше. – Сосредоточься, у нас мало времени.

* * *

Я постаралась выбросить из головы унизительные речи Марлы и насладиться оставшимся днем, но ненависть к ней мгновенно вспыхнула снова, едва я увидела ее входящей вслед за Райаном в костюмерную перед началом «Шоу Джимми Коллинза». И вопреки показному демаршу Райана я знала, что в глубине души он чувствует себя одиноким и несчастным.

Я бодрилась за двоих. В конце концов меня взволновала эта закулисная жизнь, и очень помогало присутствие отца Райана и Пита, которые всеми силами старались подбодрить его. Они болтали о финале Кубка Стэнли и шутили, что устроятся со своими обеденными тарелками перед первым попавшимся в этом ресторане телевизором. Слава богу, брат Райана на сей раз удерживался от своих саркастических выпадов. Райану хватало забот, и не стоило его донимать.