Ночь греха - Джулия Росс

Энн никогда еще не видела настоящих аристократов. Герцог и герцогиня Блэкдаун не бывали в молитвенном доме и не выходили на Кобб, чтобы почувствовать на лице легкий бриз. Хотя ее отец и был джентльменом с весьма респектабельным домом в Хоторн-Аксбери, семейство Сент-Джорджей не общалось с деревенскими семьями, носящими фамилию Марш.

Но все же именно лорд Джонатан Деворан Сент-Джордж стоял в этой комнате и спокойно пил вторую чашку чая. Он родился в одной из тех семей, которые правят Англией, а значит, и самим миром. Земельные наделы Уилдсхея, его фамильного дома, раскинулись на двадцать тысяч акров с лишним в графстве Дорсет, не считая бесчисленных акров в других графствах. Энн довольно часто проходила по дорогам, которые ограничивали земли Блэкдаунов, расположенные за обочинами, вдоль которых росли живые изгороди, ела в трактирах, которыми владел герцог, покупала сыр, сделанный на фермах, сдаваемых в аренду его светлостью.

И при этом герцог и герцогиня были так же далеки от ее семьи и друзей, как король. Она никак не думала, что их миры когда-нибудь пересекутся.

– Что же теперь будет, милорд? – спросила наконец Энн. – Вы поедете за мистером Трентом, чтобы вернуть эту окаменелость?

Он повернулся и посмотрел на нее.

– Со временем. – Потом он улыбнулся, и тени исчезли. – Надеюсь, он не болтлив?

– Артур? Конечно, нет!

– Тогда я прошу вас написать ему письмо и попросить никому об этой окаменелости не говорить и хранить в надежном месте, пока вы сами за ней не пришлете. Я прослежу, чтобы письмо доставили адресату. А тем временем мне придется позаботиться о вашей безопасности.

К горлу опять подкатила тошнота, и Энн пожалела, что съела лепешку.

– Значит, с этим еще не кончено?

– К счастью, я не сомневаюсь в вашей храбрости, мисс Марш. И хотя я предпочел бы вас утешить, тем не менее храбрость в следующие несколько дней вам очень понадобится.

– Вы считаете, что тот, второй, человек может вернуться?

– Пока мы не дадим моему сопернику оснований думать иначе, он будет считать, что окаменелость у вас. Он уже показал, что наймет убийцу, чтобы заполучить ее. Этот человек – или его дружки – вернется.

Тетя Сейли отодвинула свою чашку. Губы у нее дрожали.

– Дом моего брата в Хоторн-Аксбери, – сказала она. – Дом отца Энн. Мы все можем уехать туда.

– Боюсь, что этим делу не поможешь, миссис Сейли. – Лорд Джонатан был необычайно доброжелателен и терпелив. – Вы только поведете преследователя за собой и поставите в опасное положение семью вашего брата. С другой стороны, если завтра утром увидят, что мисс Марш уезжает со мной, вы можете оставаться в полной безопасности.

– Милорд, моя племянница ни в коем случае не может уехать с человеком, которого она не знает, – сказала тетя Сейли.

– Придется, – ответил он. – В противном случае она подвергнет опасности нескольких невинных людей, как и саму себя: вас, Эдит, даже ваших соседей. Обещаю, что с ней ничего не случится.

Тетя Сейли упрямо вцепилась в руку Энн.

– Простите, милорд, это не подлежит обсуждению. Это нарушило бы все правила скромности. Я, во всяком случае, должна оставаться с ней. Если ей грозит опасность, мы с Эдит разделим ее.

– А если вы ее любите, вы должны отдать ее в мои руки, – сказал Джек. – Что же касается приличий, то все будет обставлено так, будто мы отправились на прогулку, как если бы я был старым другом вашей семьи. Ничего более приличного и быть не может.

Тетя Сейли смерила его взглядом.

– Да, милорд, но соседи… Он весело улыбнулся.

– Вы еще не видели меня одетым, как подобает сыну моего отца, сударыня, держащим вожжи модного фаэтона. Обещаю произвести на ваших соседей самое благоприятное впечатление.

– Ваш замысел состоит в том, чтобы увлечь преследователей за собой? – Энн сидела, решительно выпрямившись.

– Да, – сказал лорд Джонатан, – но они нас не настигнут.

– Даже и не думайте об этом! – воскликнула тетя Сейли. – Ах, Энн, должен же быть какой-то иной способ.

Джек опустился на стул напротив Энн и подался вперед.

– Вы сомневаетесь, что я могу защитить вас? – тихо спросил он.

– Дело не в этом. – Энн закрыла глаза, стараясь выразить то, что чувствовала. – Я уверена, что вы прекрасно владеете оружием, милорд, и готова поверить вашим заверениям. По правде говоря, в своей комнате мне на мгновение показалось, что вы – архангел Михаил, готовый обнажить свой неистовый меч, чтобы защитить нас.

– Боже мой! – Джек откинулся назад и рассмеялся.

Этот смех мог бы стать тем аргументом, которого так недоставало Энн, если бы только страх ее имел лишь физическую природу. Чтобы защитить свою семью, она готова умчаться на безголовой лошади с самим дьяволом. Но дело не в этом!

Да, обычно с незнакомыми людьми она смущается, бывает косноязычна до нелепости. Пожалуй, из всех, кого она знает – если не считать ближайших членов семьи, – только при Артуре Тренте ей. удается чувствовать себя естественно и свободно.

Теперь она совершенно уверена, что если она будет рядом с этим человеком, сыном герцога, этим путешественником, никакой самый отчаянный негодяй не посмеет к ним приблизиться. За себя она не боится. Но какое-то странное опасение лежит глубоко под спудом страха.

Она потрясла головой, пытаясь отогнать свои смутные сомнения.

– У вас есть какой-либо план, лорд Джонатан? – спросила она. – Почему будет лучше, если я уеду с вами?

– В данный момент мой соперник не знает, что я здесь. Я пришел под покровом ночи, и его слуга не видел меня в вашей спальне. Это наше первое преимущество.

– Но если вы появитесь открыто у наших дверей завтра утром и увезете меня с собой в экипаже, разве они не убедятся, что окаменелость у нас?

– Не совсем так. Они, скорее, поймут, что у миссис Сейли ее нет, и заподозрят, что она о ней ничего не знает. В противном случае, рассудят они, я должен был бы войти в дом, чтобы расспросить ее и Эдит. Это оградит этот дом от новых вторжений, хотя все же было бы разумно, миссис Сейли, чтобы вы навестили вашего брата через несколько дней, просто чтобы успокоить вашу племянницу.

– Что значит наша безопасность, милорд, – сказала тетя Сейли, – если Энн в опасности?

Энн повернулась к тетке и попыталась улыбнуться:

– Вы должны навестить батюшку, чтобы сообщить ему, где я нахожусь, тетя, но боюсь, что лань – это я. Охотники гонятся только за мной.

– В настоящий момент – да, – сказал лорд Джонатан. – Но как только я покажусь публично, они уже не будут так уверены, кого именно им нужно преследовать, особенно когда я увезу вас в карете.

– Мне это не нравится, – сказала тетя Сейли. – Я совершенно не понимаю, куда катится мир!