Скандальная помолвка - Ширл Хенке

– Не волнуйся, друг мой, они с Джейсоном поладят, – сказал маркиз вслух.

– Я очень на это надеюсь, – вздохнул виконт. – Возможно, он найдет к ней подход. Мне это никак не удается. Мои младшие девочки такие послушные, но, как ты сам знаешь, Рейчел совсем другая.

– Тем лучше. Джейсон обожает преодолевать трудности. Каргрейв пристально смотрел на старого друга поверх бокала фирмы «Уотерфорд». К счастью, и он сам, и Харли произвели на свет красивых отпрысков, гораздо лучше, чем можно было ожидать, учитывая их наружность. Каргрейв был высоким мужчиной с большим крючковатым аристократическим носом и глубоко посаженными глазами. Харли, небольшого роста, сутуловатый, хрупкого телосложения, с глазами навыкате, выглядел гораздо старше своих лет, хотя был моложе маркиза лет на десять. Зато Джейсон и Рейчел взяли у них все самое лучшее – оба высокие, стройные, сильные, длинноногие и очень красивые. У них будут очаровательные дети!

Каргрейв поднял бокал и произнес:

– За будущее поколение Боумонтов и Фэрчайлдов!

– За будущее поколение! – эхом отозвался Каргрейв и посмотрел на бронзовые часы, стоявшие на резной мраморной каминной полке. «И куда подевался этот несносный мальчишка?» – подумал он.

В ту же секунду тяжелая дверь с грохотом распахнулась и в комнату ворвался «несносный мальчишка». Никто не заметил Рейчел, которая успела проскользнуть в комнату до того, как дверь с силой захлопнулась. Она укрылась в тени пальмы, стоявшей в большом цветочном горшке на полу библиотеки, чтобы наблюдать за предстоящим «сражением».

Кто-то из присутствующих должен был принять бой, поэтому маркиз встал со своего места и оказался лицом к лицу с внуком.

– Сударь! Джентльмену не подобает так врываться в комнату, – спокойно сказал он.

Джейсон вплотную приблизился к маркизу и гневно воскликнул:

– Дед! Мы оба отлично знаем, что я не чертов джентльмен. Я американец!

– Теперь уже нет, – парировал Каргрейв. – С Божьей помощью и благодаря его высочеству ты теперь шестой граф Фальконридж, а титул предполагает обязательства.

– Как, например, обязательство жениться?

– Вот именно, мой мальчик, вот именно. А теперь вспомни о приличиях, я собираюсь представить тебя своему старо-му другу и нашему соседу Хью Фэрчайдду, виконту Харли.

Джейсон едва кивнул в сторону виконта, стоящего поодаль. Рейчел, наблюдавшая за происходящим из своего укрытия, невольно отметила разительный контраст между двумя Боумонтами и своим отцом, тихим и мягким человеком. В то время как Хью Фэрчайлда едва можно было различить на фоне темных деревянных панелей, которыми были отделаны стены библиотеки, Джейсон и старый маркиз, грозно глядевшие друг на друга, казалось, заполнили собой все пространство.

Несмотря на различие в возрасте, их сходство было очевидным. Дед и внук впились друг в друга взглядом. Они походили на волков, которые замерли на мгновение перед тем, как наброситься друг на друга и начать сражение за добычу. О приступах ярости, случавшихся у старого маркиза, ходили легенды. В гневе он был страшен. Но Джейсон Боумонт в гневе совсем не выглядел испуганным, он был так же страшен, как и его дед.

Рейчел не ожидала, что эта сцена произведет на нее такое сильное впечатление. Она высоко ценила такие черты характера, как смелость и мужество, поэтому, не задумываясь, прогнала от себя немало бесхарактерных кавалеров, которые сбежали, «поджав хвосты». В отличие от Боумонтов ее отец, которого Рейчел очень любила, никогда не мог постоять за себя в конфликтных ситуациях. Он тоже бьш упрям, но шел к своей цели тихо и упорно, выжидая за спиной оппонента и избегая открытой конфронтации.

Джейсон Боумонт, часто резкий и импульсивный, был мужчиной до кончиков ногтей. С их первой встречи Рейчел запомнила его стремительную походку, широкий пружинистый шаг, уверенные манеры. Он был из тех, кто никогда и ни перед кем не признает поражения.

– Я дал слово, что стану следующим маркизом Каргрей-вом, ради того, чтобы освободить свою команду с тюремного корабля, и сдержал его. Но я не давал обещания стать мужем Рейчел Фэрчайлд, – резким тоном заявил Джейсон.

– Ты считаешь, что с девушкой что-то не так? – спросил Каргрейв, сдержав гнев. И лишь довольный взгляд выдавал его уверенность в своей правоте. Он ждал ответа, скрестив руки на груди, и изучающе смотрел на внука.

Рейчел замерла, ожидая ответа графа. Она совершенно не хотела замуж за Джейсона Боумонта, но, как ни странно, ей было далеко не безразлично, что он думает о ней. Она вцепилась руками в обитую парчой ручку кресла и подалась вперед, вся обратившись в слух.

– Вы считаете, что ее дикий нрав – это нормально? Лесная рысь по сравнению с ней милый котенок! Или, может быть, вы находите привлекательными ее манеры, которые больше подходят пьяному матросу?

В этот момент из темного угла библиотеки донесся слабый возглас негодования. Даже если Джейсон и слышал что-то, он не показал виду.

– К тому же леди, – сказал он с иронией в голосе и сделал паузу, – леди против этой помолвки, так же как и я.

– Неудивительно, что она не согласна, сударь! Вы ведете себя просто возмутительно в присутствии ее отца. Рейчел – первенец в семействе Харли.

– Сочувствую, сэр! – бросил Джейсон, обращаясь к Фэрчайлду.

– Я понимаю, что моя дочь иногда бывает… ну, временами с ней трудно ладить, но… – начал было виконт.

– Трудно ладить?! – перебил его Джейсон. – С таким же успехом можно сказать, что в январе в Северной Атлантике наблюдается легкое волнение! – воскликнул он.

После такого ответа Фэрчайлд сразу сник и умолк, а Боумонт снова переключился на своего деда.

– Если я когда-нибудь надумаю жениться, то сделаю это тогда, когда сочту нужным, и женюсь на женщине по своему выбору, – решительно заявил он.

Маркиз выпятил нижнюю губу и наклонился вперед:

– Я так не думаю.

– Вы так не думаете? – эхом отозвался молодой Боумонт и скривил рот в некоем подобии улыбки. – И что же вы сделаете? Заберете титул обратно?

– Нет, ни за что, неблагодарный щенок! Недаром же я потратил столько усилий, чтобы освободить тебя из плена, скрыв тот факт, что именно ты был капитаном американского капера[1],– ответил маркиз. – Не говоря уже о том, сколько ниточек мне пришлось потянуть в Адмиралтействе, чтобы сделать из тебя героя морского флота ее величества, – сухо добавил он.

Каргрейв вернулся к креслу, с которого поднялся, когда разгневанный Джейсон ворвался в библиотеку, и сел, опираясь на подлокотники и сложив вместе узловатые пальцы. Казалось, он ушел в себя, обдумывал следующий ход в своей шахматной партии.