Признание в любви - Патриция Хэган

Джеси шла к отцу, приподняв пальцами юбку, чтобы она не запылилась.

— Ну что ж ты молчишь, папа? Тебе не нравится? Хочешь, переоденусь в одно из старых платьев?

Джеси часто поддразнивала отца, стараясь вызвать у него на лице улыбку, но это редко ей удавалось. Такой уж это был угрюмый человек. «Какое несчастье случилось с ним в прошлом? — часто думала она. — Почему его ничто не радует?»

— Ты очень похожа на свою тетку Айрис, — вдруг выпалил Джадд. — В день свадьбы она выглядела именно так.

Джеси знала, что мать и ее сестра Айрис вышли замуж в один и тот же день. Знала она и то, что ни отец, ни мать так и не смогли пережить смерть Айрис. Они очень редко поминали ее имя, и Джеси стало не по себе оттого, что отец заговорил о ней сейчас. Она поспешно переменила тему:

— Вот не думала, что у меня когда-нибудь будет такое платье. Какой Майкл молодец, что купил нам всем новые наряды, правда?

Джадд фыркнул и опять взялся за свою палочку.

— Он знал, что иначе тебе было бы не в чем явиться на его роскошный бал. Я разве могу покупать тебе такие вещи? Погоди, девочка, это только начало. Когда ты выйдешь за него замуж, у тебя будет все, что твоей душе захочется.

— А может, и вы с мамой будете жить с нами? Места у них достаточно.

Говоря это, Джеси ни минуты не сомневалась, что такого никогда не случится.

Джадд стал покачиваться на скамейке.

— Я буду жить в этом доме, пока не умру, и хочу, чтобы меня похоронили под этим деревом. Мне только нужно знать, что о тебе будет кому позаботиться, когда меня не станет.

— Конечно, будет. Но не думай о смерти, папа. Ты проживешь еще долго-долго. Еще покачаешь внуков под этим самым деревом. Вот увидишь.

Она подошла к отцу и поцеловала его лысеющую голову.

Джадд весь напрягся. Ему почему-то всегда делалось неловко, когда Джеси прикасалась к нему. Он тут же вспоминал Айрис и то, как он ее любил.

Джеси отошла, почувствовав, что он, как всегда, словно оттолкнул ее. Отец никогда в жизни не обнимал и не целовал дочь, а если она брала его за руку, когда они шли рядом, он отдергивал руку. Иногда Джеси приходило в голову, что, может быть, он винит ее в том, что ему приходится жить с нелюбимой женой. Может быть, перед самым ее рождением он хотел уйти от Виолетты, но, став отцом, почувствовал себя обязанным остаться с ней? Почему у нее нет ни братьев, ни сестер?

— Майкл сегодня сделает тебе предложение, — сказал Джадд. — Он мне сам говорил. Вроде как просил у меня разрешения — все честь по чести. Тебе здорово повезло, дочка.

— А что, если я ему откажу? — вдруг осмелев, спросила Джеси. — Что, если я скажу ему, что еще не готова выйти замуж? Что, прежде чем связать с ним судьбу, мне хочется получше узнать жизнь?

Джеси не стала говорить отцу, как много она думала в последнее время о намерении Мелонги отправиться на запад к своим соплеменникам. Если он осуществит свою мечту, как ей хотелось бы сопровождать его! Просто в гости поехать! Сама мысль оказаться по ту сторону гор волновала ее.

— Что это еще за шуточки? — Отец погрозил ей ножом. — Если ты вздумаешь отказать Майклу, я выпорю тебя ремнем, на котором точу бритву. Будь я проклят, если не выпорю.

Угроза отца не испугала Джеси. Может быть, что-то в ней не по душе ему, но за всю жизнь он ни разу ее и пальцем не тронул.

— И вот еще что, — сердито продолжал Джадд. — Миссис Блейк просила меня, чтобы я с тобой поговорил насчет этого индейца. Она считает, что тебе не подобает водить с ним дружбу, и я с ней вполне согласен. Другое дело, когда ты была маленькая, но теперь ты выросла.

— Мне интересно с Мелонгой. Он учит меня лечить людей. Я хочу узнать от него про лекарственные травы.

— Ты ужасно похожа на свою тетку, — сказал Джадд, смягчившись при воспоминании об Айрис. — Ее отец был доктором, а она ходила за ним, как тень. Старалась научиться всему, что он знал. А когда он умер, сама начала лечить больных. Они называли ее «лекарка». Видно, ты и этим в нее пошла. Но если миссис Блейк не нравится твоя дружба с индейцем, тебе придется послушаться. Да вряд ли и Майклу это очень нравится. Пора тебе научиться вести себя как девушке на выданье.

— Неужели оттого, что я выхожу замуж, я должна забыть все свои мечты?

— Какие еще мечты? Мечтать теперь ты должна только о том, чтобы стать женой Майкла и рожать, ему детей. Что за чушь ты несешь?

— Ты видишь вон ту гору, на горизонте?

Джадд проследил за ее взглядом.

— Иногда я думаю, что в мире еще так много не известного мне. Столько дорог, по которым я никогда не ходила. Столько рек, которые я не видела. Цветов, которые я не нюхала. В общем, если я сейчас выйду замуж, я уж так никогда…

Джадд ударил себя по лбу и уставился на нее, как на полоумную:

— Ты спятила что ли? Один из самых богатых людей в Джорджии хочет на тебе жениться, а ты плетешь что-то про реки и цветы!

Но Джеси его слова нисколько не обескуражили.

— Папа, неужели тебе никогда ничего такого не приходило в голову? Ты никогда не думал, какая у тебя была бы жизнь, если бы ты не женился на маме и не поселился здесь?

По лицу Джадда скользнула тень.

— Послушай, дочка. Я бывал за этими горами и оставил там частичку себя. На ее месте образовалась пустота, которая все время болит. Я очень жалею, что уезжал туда. Надо было сидеть дома. Было бы лучше и мне, и другим. — Его голос словно треснул. — И не говори, что тебе хочется повторить ту же глупость, что совершил я.

Виолетта слышала их разговор, стоя у окна спальни. Слова Джадда глубоко ранили ее: хотя они об этом никогда не говорили, она знала, что он винит себя в гибели Айрис и остальных. Он, наверное, думает, что, не отправься он в Техас и не вернись оттуда с рассказами о молочных реках в кисельных берегах, Люк не стронулся бы с места. Никто бы никуда не поехал и не произошло бы той ужасной резни. Но знала она и то, что тогда Джадд обязательно бросил бы ее, и тут уже начинались ее собственные кошмары: только обманом она держала его возле себя все эти годы. Виолетта так его любила, так надеялась, что он в конце концов тоже ее полюбит. Но этого не случилось, и она уже начинала сожалеть о том, что сразу не открыла ему правду.

Она хотела любить Джеси, но при каждом взгляде на нее вспоминала Айрис и заново испытывала угрызения совести. При этом старалась быть Джеси хорошей матерью. А теперь девочка выходит замуж и поселится в господском доме. Виолетта радовалась за нее, но и за себя тоже: наконец-то Джадд будет целиком принадлежать ей. Может быть, если рядом не будет Джеси, которая все время напоминает ему об Айрис, она еще сумеет добиться его любви.

Раздался стук копыт. Виолетта, а также Джадд и Джеси поглядели на дорогу, идущую вдоль реки. Для карсты вроде еще рановато.