Признание в любви - Патриция Хэган

— У меня никогда не было такого праздника, — сказала Джеси, которой не хотелось признаваться, что в семье вообще никогда не праздновали ее день рождения. Виолетта говорила, что все дни похожи один на другой.

— Тебе понравился торт? Я пригласил к нам одного из лучших кондитеров Атланты.

— Все было замечательно, Майкл. Как в сказке.

— Это и есть сказка, — пылко сказал он. — А ты — моя сказочная принцесса. Но я собираюсь сделать тебя королевой. Джеси, ты просто не представляешь себе, как я тебя люблю. Но я тебе это еще докажу.

И он прильнул к ней в поцелуе.

Поцелуй, как всегда, доставил Джеси удовольствие, но все равно она ощущала какую-то странную пустоту в груди. Где же тот голос, о котором говорил Мелонга? Почему она его не слышит? Майкл такой добрый, такой хороший человек — любая женщина была бы счастлива иметь такого мужа. Почему же ее собственное сердце молчит?

Джеси ощутила, что дыхание Майкла учащается, почувствовала, как его язык раздвинул ее губы и слился с ее собственным. Ей стало страшно — вдруг он сейчас потеряет контроль над собой? Она оттолкнула его:

— Пойдем к гостям, неприлично надолго от них уходить.

— Сейчас, только отдам тебе вот это, — сказал Майкл, вытаскивая из кармана завернутое в атлас ожерелье. И стал не спеша разворачивать его, следя глазами за Джеси.

Увидев переливающиеся в лунном свете аметисты, Джеси ахнула от восторга:

— О, Майкл! Я никогда не видела такой красоты. Это самый замечательный подарок в мире.

Он приложил ожерелье к ее лицу и нежно сказал:

— Нет, самый замечательный подарок — это ты. Я был прав. Аметисты бледнеют рядом с твоими глазами.

Он надел ожерелье ей на шею и рассказал, как придумал его рисунок и специально заказал лиловые камни в Бразилии.

Джеси была исполнена восхищения и благодарности, но все же не удержалась и сказала:

— Но это же, наверное, ужасно дорого стоило.

— Мне надо было подарить тебе что-то такое, что не шло бы в сравнение с прежними моими подарками. По-моему, первый подарок я сделал, когда тебе исполнилось шесть лет. Я вырезал для тебя рогатку, и ты из нее подбила мне глаз.

— За то, что ты дернул за хвост мою собачку. — Джеси улыбнулась.

— На следующий год я подарил тебе лягушку.

— Лягушка мне понравилась, но не так, как черепаха, которую ты мне подарил года через два-три. Ты привязал ей на шею бантик, и бедная черепашка чуть не задохнулась, пытаясь втянуть голову под панцирь. Я едва успела снять с нее этот бант.

Они рассмеялись, потом замолчали, вспоминая детство, которое провели вместе. Наконец их взгляды встретились. Джеси потрогала ожерелье у себя на шее и прошептала:

— Спасибо. Это будет мне память на всю жизнь.

Майкл опять обнял ее.

— Надеюсь, что это так, но память не просто о дне рождения, а о том вечере, когда я попросил тебя стать моей женой.

Джеси молчала. Она ожидала предложения, но у нее не было сил ответить. И что ему сказать? Да, она выйдет за него замуж и проживет с ним до могилы, но не уверена, что любит его, потому что старый индеец велел ей слушать голос духа, а она его не слышит — так что ли? Майкл будет в ужасе, он решит, что она сошла с ума. Джеси вдруг и самой показалось, что у нее с головой не все в порядке: ей полагалось быть вне себя от счастья, а она думает о глупой легенде.

— Боже, как я тебя люблю, — сказал Майкл сдавленным от волнения голосом. — Джеси, я хочу провести рядом с тобой всю жизнь. Все, что у меня есть, принадлежит и тебе. Я буду выполнять все твои желания. У нас будут красивые дети, такие же красивые, как ты. Я хочу каждую ночь засыпать в твоих объятиях и, просыпаясь, видеть тебя рядом. Я уже много лет не могу думать ни о чем другом.

Схватив ее за плечи, он отступил назад и впился в нее взглядом.

— Ты ведь выйдешь за меня, Джеси? Скажи «да», и мы объявим гостям о пашей помолвке. Господи, мне хочется кричать о ней на весь мир!

Джеси закрыла глаза и покачнулась: как он ее любит! Просто обожает! В этом она не сомневалась. И она тоже должна любить его. Она ни разу в жизни и не помыслила о другом мужчине. Майкл был ее прошлым, настоящим и, разумеется, будущим. «Сердце, ну почему ты мне ничего не говоришь? — мысленно с отчаянием воскликнула она. — Ну скажи же, скажи!»

Майкл тихонько встряхнул ее:

— Зачем ты меня дразнишь? Скажи «да»! — В его голосе звучало беспокойство: а вдруг она ему откажет?

Джеси открыла глаза. Перед ней было такое родное, такое любящее лицо.

— Майкл, я… — начала она, сама не зная, что собирается ему сказать, но понимая, что должна ответить любовью на любовь. Но тут раздался крик — кто-то звал Джеси. Они отскочили друг от друга, и очарование минуты разлетелось вдребезги.

Майкл опять прижал Джеси к себе, словно пытаясь защитить ее от неведомой беды. Он узнал голос Зака Ньютона. Когда же Зак выскочил из темного тоннеля и лунный свет упал на его искаженное лицо, Майкл понял, что случилось что-то страшное.

— Мне сказали, что вы здесь, — проговорил Зак, с трудом переводя дух. — Пошли, мисс Джеси, скорее! Ваш папа упал в кузне. Я ушел ужинать, а когда вернулся, нашел его на земле. Я побежал в дом за вашей мамой, и там же был доктор Фоли — они пошли в кузню. Ваша мама велела мне найти вас.

Джеси вырвалась из объятий Майкла, схватила протянутую руку Зака и бросилась к кузне вместе с ним. Но Майкл догнал их, сам взял ее за руку, и они побежали все трое.

Услышав о происшедшем, гости заволновались. Элайза подбежала к Джеси.

— Хочешь, я пойду с тобой, милочка? — спросила она. — Господи, хоть бы все обошлось!

Изо всех сил стараясь не отстать от Зака, Джеси ничего не смогла ей ответить, а Майкл бросил через плечо:

— Скажи, чтобы освободили гостиную и приготовили диван. Мы принесем его сюда.

Кузня стояла позади сараев и конюшни — чтобы искры от горна вдруг не вызвали пожара. Приближаясь к ней, Джеси услышала истерические рыдания матери.

В дверях стояли несколько мужчин, которые последовали за Виолеттой и доктором Фоли. Они расступились, освобождая дорогу Джеси и Майклу.

Джеси увидела, что ее мать и доктор стоят на коленях возле пылающего горна. Ей были видны только ноги отца в поношенных башмаках.

— Затушите горн, — резко скомандовал Майкл Заку. — Здесь невыносимо жарко. Неудивительно, что он потерял сознание.

Услышав слова Майкла, доктор Фоли обернулся. Его взгляд говорил, что Джадд не просто упал в обморок: дело обстоит гораздо серьезнее. Но тут он заметил, что Джадд приходит в сознание, и быстро спросил его:

— Где у тебя болит, Джадд?

Лицо Джадда скривилось от боли.