Полет в стратосферу. Часть 3 - Гульнара Марселевна Ахметзянова

– Знаете, мне приятно, но все же, я не могу воспринимать это как комплимент. – Посмеялась я. Галина тоже посмеялась.

– Я рада, что у вас поднялось настроение, пусть и на короткое время. – Она еще раз посмотрела на капельницу, убедилась, что раствор капает, иголка, как положено, в вене. – Капельницу подключила, я вернусь через 20 минут. Отдохните немного.

– Спасибо. – Галина вышла из палаты, а я осталась лежать, наблюдая, как раствор капля за каплей попадает в мой организм.

Глава 5

На следующий день после завтрака и утренних процедур, ко мне зашел Игорь Дмитриевич вместе с коллегой – нейрохирургом Андреем Николаевичем, а за ними в палату зашел генерал.

– Доброе утро, Анна. – Поздоровался от всех Игорь Дмитриевич, остальные кивнули головой.

– Доброе утро. – Я оглядела всех присутствующих, лица у них были серьезными.

– Анна, как вы себя чувствуете? – Задал вопрос генерал.

– Гораздо лучше, спасибо. К головной боли уже привыкла, а раны на теле я практически и не чувствую.

– Рад слышать, что вы идете на поправку так быстро. – Улыбнулся он.

– Нам необходимо поговорить с вами. – Включился в разговор Андрей Николаевич.

– Что-то с Алексеем? – Спросила я.

– Ночью его состояние ухудшилось, давление начало падать. Мы обнаружили новый очаг внутреннего кровотечения. – Начал рассказ Андрей Николаевич.

– Но спешу вас успокоить. – Добавил мой лечащий врач. – Мы стабилизировали его состояние. Ему была проведена экстренная операция, кровоточащий сосуд мы прижгли. Сейчас мы продолжаем лечение с кровоостанавливающими препаратами. – Я сидела и молчала. Сложно было даже просто представить, что я могу его потерять.

– Анна. – Виктор Александрович присел рядом с моей кроватью и взял меня за руку. Когда я взглянула на него, он продолжил. – Я сегодня созвонился с нашими учеными, они уже долетели и начали работать над препаратом. Я убедительно попросил их не затягивать с первым этапом испытаний. Они будут работать круглосуточно, сменяя друг друга.

– Спасибо вам. – Шепотом произнесла я.

– Я вчера обещал вам, что мы сегодня обсудим вопрос посещения Алексея. – Сказал Игорь Дмитриевич. – Исходя из того, что ваше состояние стабильно, я принял решение, что вы можете сегодня его увидеть.

– Да, Анна! А я помогу вам попасть к нему в палату. – Улыбнулся генерал.

Мой врач вышел из палаты и проследовал к сестринскому посту, там он что-то сказал медсестре, и они оба куда-то ушли. Спустя несколько минут они вошли, ведя перед собой кресло-каталку. Медсестра остановила кресло-каталку, вплотную придвинув ее к кровати. Я откинула одеяло и убрала его в сторону, попутно поправив халат на себе. Медсестра спустила бортик кровати:

– Анна, медленно придвиньтесь к краю кровати и осторожно опустите ноги, но пока не вставайте. – Я начала двигаться, и в этот момент Виктор Александрович подошел ко мне, отодвинув медсестру.

– Позвольте-ка мне пройти. – Он подошел ко мне. – Анна, надеюсь, вы не будете против. – И легким движением взял меня на руки. Сделав пару шагов и повернувшись к креслу, он осторожно усадил меня на мягкое сидение. Оба врача и медсестра в это время просто молча за всем наблюдали. – Вот так будет лучше. – Улыбнулся он.

– Спасибо. – Поблагодарила я.

– Думаю, теперь мы можем пройти в соседнюю палату. – Кивнул Игорь Дмитриевич.

Генерал обошел кресло-каталку и взялся за ручки. Мы вышли из палаты, и я почувствовала свежий воздух в коридоре отделения. Очевидно, что где-то было открыто окно. Медсестра ушла в сторону поста, а мы свернули налево. Проехав пару метров, генерал остановил кресло-каталку, а Игорь Дмитриевич, пройдя вперед, открыл для нас дверь. Мы зашли в палату, и я увидела его.

Алексей лежал неподвижно, можно было бы подумать, что он просто спит, если бы не трубки, торчащие из него, и приборы, издающие ритмичное пищание в такт сердцебиению. На панели приборов фиксировались основные жизненные показатели Алексея. Меня подвезли ближе к нему, вплотную к кровати. Я смотрела на него, боясь моргнуть. Он был такой бледный, что практически сливался с белизной подушки и одеяла. От южного бронзового загара не осталось и следа.

– Господа, давайте оставим Анну ненадолго одну. – Предложил Андрей Николаевич.

– Анна, с вами все в порядке? – Спросил Игорь Дмитриевич.

– Да, я в порядке. Не переживайте.

– Хорошо, мы выйдем ненадолго. – Я кивнула головой, и они вышли из палаты.

Я осторожно взяла Алексея за руку, чтобы случайно не задеть провода и трубку от капельницы. Я сидела и гладила его по руке, хотя мне очень хотелось взобраться на его кровать и лечь рядом, обнять, чувствовать тепло его тела, слышать биение сердца. Я смахнула подступившие слезы и глубоко вздохнула.

– Здравствуй любимый! Это я, твоя Анна. Мне разрешили сегодня увидеть тебя. – Я старалась говорить вполголоса. – Я так по тебе скучаю. – Ответом мне были лишь сигналы датчиков. – Дорогой мой, я очень люблю тебя и жду твоего возвращения ко мне. Я верю, что ты поправишься и мы будем жить долгой счастливой жизнью… Знаешь, вчера приходили мои родители, и я им рассказала о нас. Вначале они удивились моему рассказу, но в целом реакция была спокойной. Они сказали, что с радостью будут называть тебя своим сыном, и уже с нетерпением ждут того дня, когда смогут с тобой познакомиться. Какие они у меня все-таки замечательные! Ты их тоже полюбишь, я в это верю… – Я замолчала, вытирая слезы. – Любимый мой, ты просто знай, что я здесь, рядом. Меня положили в соседнюю палату. Мое сердце всегда будет рядом с тобой. Поправляйся, ладно!? Я рядом, и терпеливо буду тебя ждать. – Я поцеловала его руку и дотронулась его рукой о свою щеку. – Вернись ко мне. – Когда зашли в палату я аккуратно положила его руку вдоль тела и быстро смахнула слезы.

– Как вы, Анна? – Генерал подошел ко мне справа и присел на корточки.

– Держусь, всеми силами. – Он сочувственно посмотрел на меня, а затем обнял, выражая поддержку. Я обняла его в ответ. – Спасибо вам, вы столько всего для нас делаете! Я в неоплатном долгу перед вами.

– Анечка, не думайте пожалуйста об этом. Алексей для меня как родной сын, и вас я теперь считаю дочкой, я и дальше продолжу делать все для вас. – Он отстранился и внимательно посмотрел в мои глаза. – Мы справимся! Я верю в это! И ты и Алексей выздоровеете. Если потребуется,