Прошу прощения... и тортик - Марина Дианова

- Я оставлю тебя не на долго, - я склонился еще раз за поцелуем, - но к тому моменту, как тебе надо будет выходить в школу – я тебя встречу.

- Ты куда? – все же спросила она, оправляя свою одежду.

- А я, милая, переодеваться.

Аленка вспыхнула моментально, а я засмеялся.

Радовало, что было ранее утро и не было никого из знакомых, а то бы я реально сгорел со стыда. Какой конфуз.

Дома я взлетел по лестнице и стал перебирать свои вещи в которых я мог бы пойти к своей девочке на последний звонок.

Мое утро началось неприемлемо рано. Аленка написала, что жутко переживает перед сегодняшним днем, крутится в постели и больше не может уснуть, а я, как самый настоящий рыцарь, заварив чай в термосе, отправился спасать свою принцессу.

Ее отец спал, поэтому мой негромкий стук услышала только она. Вышла в одной пижаме, нет, не в сексуальном кружеве, а в простых шортиках и маячке с каким-то розовым зверем.

Целовала так, что ноги подкашивались, а мой чай пила с таким видом, будто я нес его из Букингемского дворца и нет ничего вкуснее.

Потом мы лежали в ее девчачьей комнате, на стенах висели плакаты с известными певцами и какими-то малоизвестными бойз-бендами, но самое главное в другом. В фотографии на рабочем столе в рамочке – я! И так стало хорошо, что я сам утянул свою девочку на диван. Мы лежали и разговаривали. Она делилась со мной своими страхами, что не поступит в универ, что отец разозлится когда узнает, что она отказывается идти на экономиста, что мама ей бы безумно гордилась…

А потом начались сборы. До последнего звонка было еще больше пары часов, но Алена решила продемонстрировать мне свой наряд. Продемонстрировала. До сих пор стою и оттираюсь. Ей богу, подросток.

Через двадцать минут я уже стоял около дома Аленки и терпеливо ждал, когда она выйдет.

Едва она увидела меня, бросилась на шею целуя. Ее отец шедший следом удрученно покачал головой.

Вообще мне казалось, что он не особо рад нашим отношениям и смотрит на все происходящее с долей здравого скептицизма, и только тот факт, что он давно относится к дочери как к взрослой, не дает ему права делать Аленке замечание.

Пожав руку будущему тестю – откуда только такие мысли? – мы направились в школу.

Школьный двор был заполнен. Присмотревшись к образам Аленкиных одноклассниц я понял, что ее платье самое приличное из всего имеющегося ассортимента, но взгляды парней направленные на мои ноги, в смысле на ноги моей девочки были очень и очень говорящими.

Пока я мысленно убивал взглядом каждого, кто походил к моей Аленке, я не заметил главного противника: Олег подошел из-за спины, обнимая:

- Привет выпускницам, - гаркнул он. Девчонки одноклассницы сразу заинтересовались новым лицом подходя ближе, как стайка рыбок. Моя Аленка, кончено, обрадовалась, - Особенно учитывая огромный букет цветов в руках моего противника, - но глядя на меня высвободилась из объятий.

- Ой, Олежа, - улыбнулась она. – Это мне?

- Конечно, такой девушке как ты хочется дарить цветы каждый день, а сегодня такой праздник, - улыбнулся он.

Мой будущий тесть был рад Олегу куда больше чем мне, скажу больше, он толкнул меня плечом протискиваясь к своему приятелю и с удовольствием пожимая ему руку.

Зато Аленка, моя Аленка, оставила Олега на растерзание отцу и подружкам, а сама спрятала свое лицо у меня на груди. Так мы и стояли до тех пор, пока директор не объявил о начале праздника.

Первоклашки читающие стихи, благодарности от учителей, танец выпускников… - все это, безусловно, было очень трогательно, но я ни капли не жалел, что бросил школу. Вот ради этих моментов нужно было еще два года мучатся за школьной партой?

А дальше начались объятия, поздравления, крокодильи слезы, заверения в вечной дружбе и распитие коньячка из одной фляжки. Не могу сказать, что я одобрял данный поступок, но спорить не стал. Хочет Аленка веселья – пусть веселится. А дальше вся честная компания разбежалась по классам, откуда стартанут кататься на прогулочных корабликах. Романтика, чтоб ее, а я пошел на работу. Мне итак придется отрабатывать пропущенный часы, но скажу честно, оно того стоило.