Правила нежных предательств - Инга Максимовская

Я подняла голову к расписному натяжному потолку, задрала руки и заржала как Джокер. Федя затих, явно испугавшись звуков несущихся из кукольного домика. Я б сама в колготки наложила, услышь такое. А вот с помощниками у меня как раз напряг. Довериться могу только Янке, но с ее любовью к шампанскому она может завалить операцию в самый ответственный момент. А больше мне некому довериться. Придется самой.

- Ладно. Сейчас впущу,- рявкнула я в открытое окно и пошла к двери.

Комод, сука, никак не хотел сдвигаться. – Иди к заднему входу, там открыто,- пропыхтела я, и со всей силы поддала ногой по противному деревянному «гробу», взвыла от боли в отбитом мизинце и пошла в кладовку за топором. Вот если честно, несчастный комод был вообще ни причем. Но мне хотелось рвать, метать и громить.

- Фень, ты где? – голос противного предателя меня немного отрезвил. – Федька появился в поле видимости с видом побитого песика, и вдруг вжался в стену, а в глазах его заплескался ужас. –Детка, не надо. Я все осознал. И даже за снифтер не сержусь. Можешь мне не покупать. Тебя же посадят.

- Ничего, на зоне любят адвокатов. Подожди, а за что? – удивилась я. Вид струсившего благоверного меня развеселил. Я только сейчас поняла, как выгляжу с огромным колуном в руках. Как персонаж фильма ужасов, наверное. Иначе с чего бы Федька так завонял неприятно. – За то, что я хочу комод покрошить? Федь, у нас в стране за это не сажают. Так ты меня хотел снифтер заставить покупать? – наконец дошли до меня слова обнаглевшего мужика. Я замахнулась топором, и со всей силы всадила его в верх ящика из цельного дерева. Потом нацепила на губы улыбочку, и повернулась к отмершему бывшему мужу.

- Ты меня простила, дорогая? – тупо спросил он.

- Ну конечно, котеночек,- лелейным голоском ответила. настолько сладеньким, что меня аж саму затошнила. Зато Федюнчик расслабился. Это хорошо.

Сейчас я вдруг очень резко и остро осознала, кто станет моим помощником. Вот только где его найти теперь этого проклятого Макса Буйнова? Не переться же самой в лесную чащу, это же не по мадмазельски. Да и он, скорее всего уже уехал. Хотя, он наверное не станет помогать той, кто помог его жене в бракоразводном процессе. Если только... А ведь я могу его обмануть. Скажу, что могу вернуть все «взад». Он не дурак конечно, но в вопросах судебных -  щенок. Может и поведется. Все мужики же недалекие неандертальцы. Ладно, об этом я подумаю завтра. А сейчас...

- Эй, ты чего задумал? –выставила я вперед руку с топором, который выхватила из щели в дереве. Федька лез ко мне целоваться, и я испугалась, что долго не смогу притворяться, что у нас все снова хорошо. – Федь, дай мне время.

- Хорошо, детка. Все что скажешь,- радостно сказал коварный изменщик. – Идем завтракать. Я заказал круассанов нам из французской кондитерской.

То есть он даже не сомневался, что я его прощу? Вот гондон, прости господи. Ну держись, козел.

- Да, Феденька. А потом твоя курочка сгоняет в офис. Надо готовиться к процессу,- пропела я, пытаюсь не задохнуться ядом. – А ты к доктору, что ли сходи. Лицо у тебя, ну чисто подушка. Да еще и синее.

Определенно, нужно найти Буйнова. Он мне нужен. Очень нужен.

Фекла Быковских.

-И чего, прям втащил этому похотливому павиану? – блестя глазами, спросила Янка, отхлебывая шампанское прямо из бутылочного горлышка.- Прям по самодовольной морде. Оооо, почему я этого не видела. Я б словила оргазм, клянусь. И что, Федька в пыли валялся, у твоих ног? А этот, ну который тебя увез вчера, он как вообще? Руки большие у него?

-Вот такенный фингал, - развала я руки в стороны, с сожалением поглядывая на стоящий на моей половине стола стакан с томатным соком. Вопрос подруг про руки варвара я сделала вид, что не услышала. Хотя да, руки у него судя по тому, что я вчера чувствовала, сидя на нем верхом, у него как совковые лопаты, не меньше. - Федьке в процесс завтра, а у него рожа цвета ноябрьской лазури. Красавец,- выпалила я, пытаясь прогнать крамольные мысли о Буйнове. Пить мне сегодня точно нельзя. Я собираюсь наведаться в гости к этому нестерпимому гризли. А вот немного оттянуться не помешало бы. Ни на какую работу, естественно я не пошла. Просто сбежала от тупицы бывшего мужа, в попытке оттянуть его незавидную судьбу. Да и топор меня странно притягивал, даже круассаны не помогли.

-Так, это надо спрыснуть, - оживилась не в меру активная Янина, хватая со спинки стула сумочку, и при этом не расставаясь с запотевшим флаконом пенного игристого. - Едем в караоке. “Императрицу” сбацаем, хлебнем «Маргариты». Терапия, понимаешь? Лечит лучше всяких антидепрессантов. 

-Ага, ты опять по “синей сливе” снимешь каких нибудь орков с дубинками в штанах и сольешься, - буркнула я, хотя идея подруги мне понравилась. А что, я почти свободная дама, обеспеченная. Но если честно, я просто подумала, что наше с Яркой блеяние в микрофон на виду у подогретой публики, поможет мне выкинуть из головы мысли о варваре, и том, на чем я сидела, когда имела счастье оседлать этого, пахнущего мускусом и мужиком, жеребца. Борька никогда не благоухал так притягательной и в то же время раздражающе дразняще. Хотя, я считала мужа всегда очень красивым мужчиной – сейчас он мне казался слабаком и чмом болотными.

- Клянусь, буду паинькой- чиркнула по фарфоровому зубу гелевым ногтем, Янка, - Только одну песню Шнура спою и все. Самую присамую нематерную.

И я, конечно, ей поверила. Как и всегда.

Караоке – бар был забит под завязку, и судя по мордам отдыхающих, открывались они не по-детски. Янка тут же ввинтилась в толпу, в которой почти всех знала и начала быть “паинькой», целуясь взасос с какими то сладенькими мальчиками и вполне себе солидными дядечками, при этом не забывая запивать поцелуи шампусиком, которое те же дядечки презентовала ей щедрою рукой.

-  Феня, щас споем, - проорала эта чокнутая, ухватив меня за руку и потащила