Из моего окна - Ариана Годой

Нет! Нет! Не думай об Аресе!

Не сейчас!

Но я неизбежно вспоминаю его голубые как море глаза, его высокомерную улыбку, его нежные губы, ласкающие мою шею.

О нет! Мозг, я тебя ненавижу!

Мой лучший друг сейчас признается мне в любви, а я думаю об этом высокомерном идиоте, греческом боге – моем соседе.

– Ракель?

Голос Йоши заставляет меня очнуться. Он растерян, и не без причины, потому что я выбрала худшее время, чтобы отключиться. Но в то же время это помогло мне прийти в себя. Йоши такой ранимый, я понимаю, что сейчас не время для таких признаний.

– Мне нужно в туалет. – Я встаю, прежде чем Йоши успевает что-то сказать.

Я вхожу в ванную и прижимаюсь спиной к двери. Разочарованно трясу головой: какая же я глупая трусиха. Еще и телефон забыла взять, чтобы спросить совета у Дани. Кто нынче ходит в туалет без телефона? Никто, только я, ворчу и тру лицо, пытаясь что-то придумать.

– Ракель? – Я слышу Йоши за дверью. – Мне пора, поговорим в другой раз.

Нет! Я быстро открываю дверь, но вижу, как Йоши выходит из моей комнаты.

– Черт! – Я бросаюсь на свою кровать и утопаю. Больше не хочу думать о том, что Йоши собирался сказать мне, хочу отдохнуть. Закрываю глаза и быстро попадаю в страну грез.

* * *

Резко просыпаюсь от лая Рокки. Он лает всерьез и громко. Он так лает, когда в доме незнакомые люди. Встаю с кровати так быстро, что у меня темнеет в глазах, и я врезаюсь в стену.

– Ай!

Я моргаю и вижу, как моя собака лает в окно. Уже ночь, ветер мягко шевелит шторы. В окне никого нет, поэтому я успокаиваюсь.

– Рокки, там никого нет.

Но он продолжает лаять. Может, на улице кошка и его собачье чутье ему это подсказывает? Рокки не останавливается, поэтому я иду к окну, чтобы успокоить его. Когда я выглядываю, я кричу так громко, что Рокки подпрыгивает.

Арес.

По лестнице.

Лезет в мое окно.

– Что ты творишь? – Это все, что я могу сказать, когда вижу его.

Он, как всегда, красив, в джинсах и фиолетовой футболке, но в такой ситуации я не могу позволить себе пускать на него слюни.

– Поднимаюсь по лестнице, попробуй как-нибудь.

– Я не настроена на твои шуточки, – говорю я серьезно.

– Мне нужно переустановить твой роутер, сигнал упал, и это единственный способ все починить.

– И ты решил залезть в мою комнату без разрешения через окно? Знаешь, как называют таких людей? Ворами.

– Я пытался связаться с тобой, но ты не отвечала на звонки.

– Это не дает тебе права влезать в мою комнату.

Арес закатывает глаза.

– Можно прекратить истерику? Я на секунду.

– Истерику? Истерику? Я покажу тебе истерику. – Я хватаю лестницу и отталкиваю ее от подоконника. Арес хватается крепче и бросает на меня убийственный взгляд.

– Если ты сделаешь так еще раз, Ракель, увидишь, что будет.

– Я тебя не боюсь.

– Тогда сделай это.

Он смотрит мне в глаза.

– Не бери меня на слабо.

– Серьезно? Ты меня скинешь?

– Это того не стоит. – Я наблюдаю, как Арес поднимается по ступенькам, пока не оказывается напротив меня, лицом к лицу. Рокки сумасшедше лает, но я слишком растеряна, чтобы что-то с этим сделать.

– Ты можешь успокоить этот мешок с блохами?

– В этом месяце у Рокки не было блох, так что повежливее.

– Конечно, у меня нет столько времени.

Я разочарованно вздыхаю.

– Рокки, тихо, сидеть. – Он слушается. – Тихо.

Я отхожу, чтобы Арес мог влезть в мою комнату. Он такой высокий, что комната кажется маленькой. Он осматривает меня с головы до ног, его глаза останавливаются на моей груди, и я вспоминаю, что я без лифчика.

– Мне нужно в туалет.

Во второй раз за вечер я пытаюсь сбежать в туалет, но забываю небольшую деталь: Арес не Йоши. Он берет меня за руку, не давая мне уйти.

– Ты ни в коем случае не оставишь меня наедине с этой собакой.

– Рокки тебе ничего не сделает.

– Я не хочу рисковать. – Он ведет меня к компьютеру и заставляет сесть на кресло, затем опускается на колени, чтобы включить мой роутер.

– Почему ты считаешь, что можешь распоряжаться моим интернетом? – Он пожимает плечами. – Я могу написать на тебя заявление за то, что ты вломился ко мне, ты же знаешь, да?

– Знаю. – Я с удивлением смотрю на него. – Но я также знаю, что ты этого не сделаешь.

– Откуда такая уверенность?

– Преследовательницы не жалуются на тех, кого преследуют, обычно наоборот.

– Это, – я показываю на окно, а потом на него, – тоже можно считать преследованием.

– Это не одно и то же.

– Почему?

– Потому что я тебе нравлюсь, – он замолкает, – но ты мне – нет.

Ай! Прямо в сердце!

Я хочу с ним поспорить и все ему высказать, но его слова как соль на рану. Он настраивает роутер, а я молчу.

Потому что я тебе нравлюсь, но ты мне – нет.

Арес сказал это так непринужденно, так честно. Если он ничего не чувствует, то почему поцеловал меня в шею на кладбище?

Не обращай внимания, Ракель, не позволяй ему задеть тебя.

Арес смотрит на меня.

– Что? Я ранил твои чувства?

– Пф-ф-ф! Умоляю! Конечно нет. – Я пытаюсь успокоить свое разбитое сердце. – Заканчивай побыстрее, я хочу спать.

Он молчит, а я наблюдаю, как он работает. Все еще сложно поверить, что он так близко. Я вижу гладкую кожу его лица без единого прыща. Иногда жизнь так несправедлива, ведь у Ареса есть все: здоровье, деньги, способности, ум и красота.

– Готово. – Он с отвращением стряхивает пыль с рук. – Ты бы убиралась хоть иногда.

Я усмехаюсь.

– О, простите меня, ваше высочество, за то, что ступили в мою недостойную комнату.

– Чистота никак не связана с богатством, лентяйка.

– А вот об этом не надо! У меня нет времени убирать. Мне нужно работать, спать, есть, следить за тобой… – Я закрываю рот от удивления. Зачем я это сказала? Зачем?

Арес насмешливо улыбается.

– Слежка отнимает много времени, да?

Я моргаю.

– Нет, нет, я не это имела в виду.

Арес ползет ко мне на коленях, и я вздрагиваю. Он смотрит мне в глаза и приближается так, что мне приходится раздвинуть ноги. Его лицо всего в нескольких сантиметрах от моего.