Любовь on-line, или «Дорогая, я хочу восьмого ребенка!» - Александра Александрова

Всего доброго. Тим.

P.S. Чтобы письмо не пропадало, набирай в «Ворде», а потом вставляй копированием. Или просто прикрепляй файл».

К письму он прикрепил фотографию двухмесячной давности, когда в один из выходных, невзирая на запрет, наложенный тещей, ему удалось пообщаться с маленьким сыном.

Письмо от Светы не заставило себя долго ждать.

«Привет Тим!

Рада была получить твое письмо внепланово, раньше завтрашнего утра и не ждала! Проблема антисемитизма нам точно не грозит.

Вообще, чувствую в себе желание больше о корнях узнавать, была в Германии у памятника жертвам Холокоста, фильм с одноименным названием недавно посмотрели… Есть все же во мне какой-то голос крови, если можно его отыскать в оторванной ветке…

Про чужих мальчиков – это не совсем верно сказано. Они мне родные – это моя семья. И брала их не как чужих, а как своих. Могла бы родить, но не было близкого человека. А они были уже (на тот момент я работала в детском доме и там их увидела). Им нужна была мама, а мне – дети.

Напишу еще о себе: с мужем мы долго расставались – тяжело. То да, то нет. То сходились, то расходились. Я много чего терпела, думая сохранить семью. Мы познакомились с ним, когда мне было всего четырнадцать лет, прожили вместе около десяти лет. Все было в нашем браке – и хорошее и плохое. Разные времена переживали, но потом он жестоко предал. Предал так, как не предают и злейших врагов. Черт с ним с имуществом. Он забрал мою дочь – ей шесть лет тогда было. Сказал ей, что я ушла от них навсегда, бросила дочь и видеть ее не хочу. А на самом деле он со свекровью выгнал меня на улицу, потому что нашел другую женщину. И он физически был сильнее – дверь не отпирал, домашний телефон они отключали.

Я обращалась и в милицию и во все инстанции – мне говорили, что ребенок с отцом, ребенок всем обеспечен, его жизни ничего не угрожает. А я была бедной студенткой без своего угла, без дохода… Суд длился около года, и я ничего не могла сделать – умоляла бывшего мужа позволить видеть дочку, но он шантажировал: вернись ко мне в качестве любовницы, и тогда, может быть… В итоге, через год – дочь уже была настроена свекровью против меня и не хотела меня видеть. И до сих пор мы видимся реже, чем мне хотелось бы, чтобы я не делала. Я ради нее всего добилась – сама. Ращу других детей. Работаю. У меня все есть. Но ничего не помогает – моя дочь считает, что это я ее бросила и про вероломство мужа и коварство свекрови слушать ничего не хочет. Сейчас дочке тринадцать… Иногда мне от этой ситуации выть хочется, но все реже и реже. Мне радоваться надо – моя дочь жива и здорова, живет на свете, растет и учится любить жизнь. Я долго искала смысл жизни: ведь живем же мы для чего-то кроме детей?

После развода я долго училась любить себя и уважать: если не я, то кто? Было сложно, но я сначала училась просто не ненавидеть себя… А потом простила… И стало легче. Со временем я смогла перестать писать грустные рассказы о том периоде жизни. Сейчас пишу совсем другое – поменялись и стиль, и тон. Я теперь другой человек… многие даже не представляют, как тяжело проходить через предательство. Я бывшего мужа переросла сто раз: он по-прежнему с матерью живет в небольшой квартирке в спальном районе. Ездит на метро. Работает за зарплату… Иногда его даже жаль… Но жалость тоже чувство – я же пытаюсь не чувствовать ничего. Злость и сожаление тоже убивают и разрушают нас изнутри.

Я точно знаю, что с дочерью все наладится еще. Она вырастет и начнет задавать вопросы – это у нее только пока отрицание. Начнет сравнивать, анализировать. Она растет и развивается, она пишет! Мы встречаемся иногда, ходим в кафе. Она задает вопросы. Прислала мне несколько своих повестей – я не помню, был ли у меня такой слог в ее возрасте. Лучше меня, наверное, пишет! Моя кровь должна в ней победить! Это если о грустном…

Потом я уже замуж не выходила.

Вот это в твоем письме: «…чтобы можно было заниматься только литературным творчеством и друг другом, путешествовать и самосовершенствоваться вместе, постигать гармонию природы, не отвлекаясь на материальное.

Конечно, желательно, чтобы был достаток по определению, а лучше – независимая от работы рента» (чтобы можно было заниматься только литературным творчеством), – наверное, это самая четкая формулировка моей главной цели.

Я так и строю свою жизнь… Но одна я не могу писать – не пишется. Нужно обсуждать написанное. Нужен первый читатель. Нужен человек, с которым можно обменяться идеями, текстами… Я всегда завидовала творческим альянсам…

Загадывала недавно, какие я ищу отношения. До этого я долгое время вообще ни с кем отношений не искала, – пыталась быть самодостаточной, – и мамой и папой, и везде успевать. И гордилась этим… Но потом поняла, что я не хочу гордиться… Нечем. Я не хочу быть сильной женщиной, «которая плачет у окна». И поэтому мне нужен еще более сильный по характеру мужчина, по сравнению с которым я бы была слабой. Ну и важно, очень важно, когда можно поговорить. Когда есть диалог…

Ни один мужчина в моей жизни не мог связно составить десяток предложений… получается – нам нечего было друг другу сказать. Вот мы с тобой, Тим, еще не знакомы. Но складывается иллюзия, что мы уже близки. Это делают слова. Когда я пишу – я всегда искренна, в этом – залог читабельности, искренности текста. В этом его магия.

В твоем письме я вижу, что твоя боль еще не улеглась. Но на это нужно время и только время. И… простить прошлые обиды. Ты прощаешь, и боль уходит из твоего сердца. И, наверное, сложно жить, ожидая нового предательства или новой боли… Поэтому, наверное, я всегда наступаю на одни и те же грабли…:) Но я верю каждому новому человеку: если ждать удара в спину – это не жизнь.

Наверное, я защищаюсь от новой боли тем, что у меня свой мир. Его сложно разрушить человеку извне… я не завишу от кого-либо и тем спасаюсь. Но! Так тоже не верно! А как верно, я и сама не знаю. Верю, что жизнь дана нам не для того, чтобы заставлять нас страдать. И что, если верить в себя и свои силы – все будет так, как и должно быть. В моей работе у меня несколько направлений, в том числе и создание материальной базы, чтобы была рента… Я это осознала – мы не должны работать как ломовые лошади. На творчество необходимо время.

По поводу моих литературных образов. Идеи для рассказов я брала из разных эпизодов – не все они связаны со мной. Иногда общаюсь с кем-то – и думаю, как можно было бы здорово это записать. Даже иногда осуждаю себя за это – человек мне что-то рассказывает, а я думаю о рассказах каких-то! Записываю различные мысли, ситуации, эпизоды на клочках бумаги и радостная от этого!

Мне кажется, я уже тебя загрузила информацией для размышления. Поэтому мне тоже страшно, что ты не берешь мой телефон. Если попросишь – я дам. У тебя двое детей? И ты не видишься с ними??? Это больно… Твоя фраза «Прав был дедушка Крылов: «Когда в друзьях согласья нет, на лад их дело не пойдет!»» – Это правило применимо ко всему в жизни! А еще говорят, что любящие – это не те, кто смотрят друг на друга, а те, кто смотрят в одном направлении – из этой же серии изречение.