Двойняшки для Деда Мороза - Ирина Давыдова

Сбежав от изверга в ванную, я прикрыла дверь на щеколду. Еще чего не хватало, чтобы он начал ко мне приставать. Мало ли что у этого бешенного в голове? Нет‐нет, мне моя честь дороже. Пусть пьет чай, а я тут переконтуюсь.

― Тук‐тук, Матильда, ― услышала я приглушенный голос и продолжила сидеть на полке.

А вообще, что, у меня в квартире Матильды живут?

― Открывай, горе луковой, мне в уборную надо.

― Тебе надо, ты и иди. А я при чем?

― Ты там находишься.

Я закатила глаза, и спрыгнув-таки решила открыть двери. Ну в конце концов, не писаться же ему.

Отодвинув щеколду, едва ли не снесена была вместе с дверью. Полярник, ой, как же его зовут, Господи! Виктор, точно! Он тут же схватил меня за руку, и с силой прижал к стене.

― Бонжур, месье.

― Думала спрятаться от меня?

― Ты не описаешься?

Он приблизился к моим губам, выбивая из меня дух.

― Я уже десять раз пожалел о том, что взял тебя на работу. Знаешь почему?

― Потому что я слишком привлекательна?

― Да, черт возьми. И меня это жутко раздражает.

― Можете уволить меня?

― У тебя это нервное? ― уточнил он, а я, похлопав ресницами, сглотнула.

― Это вы о чем?

― То на вы, то на ты меня называешь.

― Так хочу. Отпустите меня?

― А что мне за это будет? ― и он приблизился еще больше.

Я от волнения облизнула губы, и поняла, что от близости мужчины у меня сбилось дыхание. И чего еще ему от меня надо?

― А чего надо?

― Можешь кофточку снять, а я поглазею.

― Могу по колокольчикам двинуть, а я поглазею.

Он тут же изменился в лице, перестал скалится, и отпустил меня.

― Теперь ясно почему отец твоих детей не появляется в их жизни. Ему просто страшно к тебе подходить. Ты же ненормальная.

А вот это удар ниже пояса. И нет, я не про ненормальную.

― Выход знаешь где.

Оттолкнула его, и вышла из ванной.

Пусть катится к черту, а я буду отдыхать. И работу свою в задницу себе пусть засунет.

Закрыв на замок дверь в гостиную, я убедилась, что малыши спят, и тихонько присела в кресло у большого окна. Ладонью подперла подбородок и только сейчас поняла, что смотрю на елку. Замечательно.

Фыркнула и отвернулась. Меня что теперь на каждом углу будет преследовать этот… Тортик.

Нет, ну я согласна, елка очень красивая. Огромная, пышная, выбрана с любовью. Только с какой вдруг? Тоже мне, герой. Будет тыкать мне отцом моих детей. Его это вообще не касается!

Откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. В голове промелькнула картина прошлых лет. Конечно, в памяти до сих пор свежи слова про идиотку, но все равно я благодарна Хусейну за то, что он был в моей жизни. Зато теперь у меня есть два чудесных сорванца, которые ни минуты не дают скучать. А главное, благодаря им у меня нет времени на грусть и самобичевание. Иначе бы я точно впала в депрессию. Хотя, с чего вдруг? Я радуюсь, что Хуссейн сбежал так вовремя. Дуракам не место в моей жизни.

Вздрогнула и резко распахнула глаза.

Что случилось? День уже? А что стукнуло?

― Мамулечка, прости меня. это я случайно разбила елочную игрушку, ― виновато произнесла Варя, скривившись.

Я улыбнулась и расставила руки приглашая ее обниматься.

Малышка тут же подбежала ко мне, и залезла на колени. Мы обнялись, и я получила сладкий поцелуй в щеку от любимой девочки.

― Ты лучшая мама на свете.

― Ты думала, что я стану тебя ругать из‐за какой‐то бездушной игрушки?

― А в садике Катерина Ивановна ругала Алешку за то, что он случайно разбил игрушку, ― поведала она мне почти шепотом.