Отрада каменного сердца - Мария Высоцкая

Мужчина подался вперед, и ее тело мгновенно напряглось.

– Не подходите, слышите, я буду кричать. Вы не имеете права меня трогать!

– Спокойней, истеричка. Кажется, ты меня с кем-то перепутала, – мужчина подтянул ее к себе. – Пока я не нашел твоего мужа, ты будешь здесь работать, это не жест любезности, дорогуша, а вынужденная мера. Хотя я могу запереть тебя в доме, где-нибудь в лесу, под круглосуточной охраной, как тебе такой вариант? – он говорил тихо, с расстановкой, чтобы до нее дошел смысл его слов, несмотря на страх. – Не слышу ответа? – крепче стиснул запястье, оставляя на нем красные пятна.

– Я не хочу в лес, – Отрада замотала головой, полностью забывая дышать.

– Вот и отлично, – разжал пальцы, выпуская ее руку из захвата, – когда все закончится, ты сможешь уйти.

* * *

Алёна не помнила, как добралась до дома, лишь в какой-то момент оказалась у Алискиного подъезда. Стояла у скамейки, обнимала предплечья, все еще стараясь понять, во что ее впутал Влад. Все это казалось ей каким-то беспробудным кошмаром, хотелось проснуться, вдохнуть полной грудью, но она не могла. Ее загнали в угол и не позволяют выбраться. Стоят, наблюдают, как за подопытной крысой, наслаждаясь своей вседозволенностью.

Проходящий мимо мальчик со смешком лопнул надувной шар, и Алёна вздрогнула, отмерла. Ошметки синей резины разлетелись в воздухе. В ушах все еще стоял громкий звук хлопка.

Отрада не моргая смотрела на прибившиеся ветром к земле куски синего воздушного шарика, отчетливо понимая, что это не шар лопнул. Это ее жизнь, вот так же, в одно мгновение, ее жизнь разлетелась на тысячи мелких кусков, теряя свою привычную форму.

Оглядев двор поникшим взглядом, Алёна поднялась в квартиру, долго что-то кашеварила. Готовка ее всегда успокаивала. Неверное, сейчас было самое время замутить торт, килограмма на три, и чтобы шоколада побольше.

Замесила тесто, пока орудовала блендером, долго смотрела в одну точку, закончив, вылила смесь в глубокий силиконовый противень и засунула все это в духовку. Пока выпекался бисквит, занялась кремом, растапливала шоколадные плитки на водяной бане, то и дело вытирая слезы. Она готовила и рыдала, рыдала и готовила. Не видела для себя выхода, ни одного.

А что, если сбежать? Уехать к маме? Может быть, это спасет? Но с этими мыслями пришли и другие: вдруг она таким образом подставит под удар и мамочку? Лучше не рисковать.

Краснова приехала после восьми, не одна. Сначала, когда Алиска зашла в квартиру, параллельно с кем-то разговаривая и описывая, в какой комнате этот кто-то будет жить, Отрада насторожилась, а когда выглянула в прихожую, замерла с глупой улыбкой умиления на лице.

Алиса поджала губы и громко выдохнула.

– Знакомьтесь, это Алёна, а это Элвис, – слегка встряхнула мирно сидящего на руках енота.

– Откуда? – Алёнка ахнула и подалась вперед.

– Тише, он вроде как кусачий. Но меня не трогал.

– Ты где его взяла?

– Сегодня выезжали на труп, а там это чудо. Хозяйку сожитель грохнул, а этого, – тронула влажный носик, – не знали, куда деть. В общем, я взяла на передержку. Нужно будет прозвонить приюты.

– Ужас, бедный. Совсем один остался, – Отрада осторожно коснулась плотной шерстки и сразу отдернула пальцы.

– Ты там кондитером заделалась? – Алиска заглянула на кухню, замечая кучу плошек, да и запах выпечки говорил сам за себя.

– Тортик. Чай будешь?

– Буду. Но сначала в душ.

– Почему Элвис?

– У него так на ошейнике написано. Кстати, ты не в курсе, что едят еноты?

– Нет. Но могу погуглить.

– Давай. Я его пока в комнату отнесу.

Алёна проводила Краснову взглядом и взяла со стола айфон, забивая в поисковик: «Чем кормить домашнего енота?».

Когда Алиска вернулась с намотанным на голову полотенцем, Алёна поставила на стол торт и две кружки для чая.

– Смотри, кормят их два-три раза в день. Сколько ему лет, интересно?

– Это важно?

– Ну говорится, что их нельзя вскармливать коровьим молоком.

– Думаю, нам это уже не грозит, – Краснова разрезала торт, раскладывая кусочки по тарелочкам.

– На самом деле их много чем кормят: мясом, рыбой, фруктами, жучками и червячками тоже.

– Фу.

– Я, кстати, видела в зоомагазинах сушеных насекомых.

– Отправь мне скрин. Завтра поеду закуплюсь кормежкой.

– А сегодня можно дать ему индейки, кстати, еще есть тыква, я на суп купила.

– Думаю, мы с тобой проживем и без тыквенного супа.

– Будет сложно, но мы справимся, – Отрада звонко рассмеялась, а на пороге кухни появилось шебутливо-пушистое создание.

 – Ты, кстати, завтра дома? Не думаю, что его можно оставлять одного, иначе вернемся мы не в свою квартиру точно.

– У меня завтра первый рабочий день.

– Значит, племянник все-таки оказался секси-начальником.

– Азариным он оказался.

– Это тот, которому Владик бабок должен?

– Он самый.

– А вот теперь поподробнее.

– В общем, мне сделали заманчивое предложение. Либо я на него работаю, либо меня увезут в лес.

– Так и сказал?

– Почти.

– Интересно, а он не думал, что такие выпады уголовно наказуемы?

– Алис, ты серьезно думаешь, что для него есть такое понятие, как уголовное наказание? Влад ему больше ста миллионов должен. Что-то мне не верится, что у законопослушных граждан могут быть такие деньги.

– Ну да. Согласна. Но и идти у него на поводу тоже нельзя.

– А что делать?

– Не знаю, но нужно подумать.

* * *

Уже ночью Алёна проснулась от надоедливой вибрации телефона, лежащего на тумбочки у дивана. Она еле разлепила глаза, пытаясь нащупать мобильный. Сжав его в ладони, свайпнула по экрану, щурясь от яркого света дисплея, и поднесла динамик к уху.

– Да.

– Алёна…

Голос, которым было произнесено ее имя, заставил Алёну тут же проснуться.

– Влад? Где ты? Что происходит? – Отрада подалась вперед, садясь на постель.

– Я не могу тебе сказать. Ничего не могу сказать. С тобой все хорошо? Они обещали мне, что с тобой все будет хорошо.

– Нормально, Влад…

Отрада еще несколько раз выкрикнула имя мужа, но в телефонной трубке раздавались лишь гудки.