Отныне и вовек - Даниэла Стил

— Джесси, ты куда?

Она пролетела к двери мимо возвращавшейся с ленча Зины:

— Считайте, что я еще не вернулась из Нью-Йорка. Яотправляюсь домой. Мне не звоните. — Она рывком открыла дверь машины инырнула внутрь.

— Ты заболела? — успела крикнуть Зина, но Джессикатолько помотала головой, включив зажигание и выжав педаль газа, она была ужедалеко.

Сраженная Зина вошла в бутик, Катсуко не могла сообщить ейничего определенного. Джесси была расстроена, но Кэт не знала причины. Этоимело какое-то отношение к визиту полицейского сегодняшним утром. Девушки быливстревожены, но она запретила звонить ей домой, а днем в магазине было полноработы, и у них не оставалось времени на разговоры. Катсуко прикинула, что этокак-то было связано с Яном.

Зина пребывала в полном неведении.

Добравшись домой, Джессика одной рукой схватила телефон, адругой — записную книжку. На столе осталась полупустая чашка кофе. Ян толькосел за завтрак, когда его схватили, и какие-то детали подсказали ей, что именноХоугтон взял на себя эту миссию. Интересно, видели ли соседи? Стопка страницновой книги лежала рядом с кофейной чашкой. Никакой записки или послания.Должно быть, он был потрясен до глубины души. Очевидно, обвинение показалосьабсурдным и ему.

Ведь арестовали не того человека. Через несколько часовкошмар закончится, и он будет дома. К Джессике вернулась способность рассуждатьздраво. Теперь ей нужен был только защитник. Она просто не позволит себепаниковать. Записная книжка выдала требуемое имя и номер телефона. Джессиповезло, он был свободен и не на ленче, как она опасалась. Он был тем самымчеловеком, которого уважали и она, и Ян, адвокат с хорошей репутацией, старшийкомпаньон в своей фирме. Филип Уолд.

— Но, Джессика, я не занимаюсь уголовными делами.

— Какая разница?

— Боюсь, большая. Вам нужен хороший защитник поуголовным делам.

— Но он не делал этого. Нам нужен кто-то, чтобыразобраться во всей путанице и вытащить его оттуда.

— Ты говорила с ним?

— Нет, мне не разрешили. Послушай, Филип, нупожалуйста. Зайди к ним и переговори. Побеседуй с Яном. Все это — полныйабсурд.

На другом конце провода молчали.

— Что ж, это в моих силах. Но я не могу взять дело. Этобыло бы нечестно по отношению к вам обоим.

— Какое дело? Его всего лишь не правильно опознали.

— А ты знаешь, на чем строится обвинение?

— Что-то связанное с моей машиной.

— Они установили номер?

— Да.

— Ну, тогда они могли спутать цифры или буквы.

Она не произнесла ни слова, но трудно было спутать буквы вслове «Джесси» и выйти не на то имя. Это единственное, что беспокоило ее.Зацепка за машину.

— Вот что я тебе скажу: я поеду и встречусь с ним,разузнаю, в чем дело, и также дам тебе несколько адресов адвокатов по уголовнымделам. Потом я им позвоню и сообщу все, что смогу узнать. Объясню, что это япосоветовал тебе обратиться к ним.

Джесси глубоко вздохнула:

— Спасибо, Филип. Это мне поможет.

Он продиктовал ей имена и пообещал заскочить, как тольковстретится с Яном. А она, отпив глоток остывшего кофе мужа, принялась звонитьдрузьям Филипа — специалистам по уголовным делам. Звонки были неутешительными.

Первого не было в городе, второй выступал в суде всюследующую неделю и не мог взяться за новое дело, третий был слишком занят,чтобы разговаривать с ней, четвертого не было на месте, пятый же соизволилуделить ей какое-то время. Джесси не понравился его голос.

— У него уже есть судимости?

— Нет. Конечно, нет. Только нарушения правил парковки.

— Наркотики? Были какие-нибудь проблемы с наркотиками?

— Никаких.

— Он пьет?

— Нет. Только вино по праздникам. — Господи, онуже уверен, что Ян виновен. Это чувствуется.

— Знал он эту женщину раньше.., мм… Был он до этого сней знаком?

— Я ничего не знаю о женщине и считаю, что все этоошибка.

— Почему вы так думаете? — Ублюдок. Джесси ужененавидела его.

— Я знаю моего мужа.

— Она опознала его?

— Я не в курсе. Мистер Уолд все вам передаст, когдавернется после встречи с Яном.

В тюрьме… О Господи… Ян был в тюрьме, а этот чертовадвокатишка задавал ей дурацкие вопросы о том, знал ли он женщину, котораяобвиняла его в изнасиловании, или нет.