Небеса всё знают - Лина Мур

– А десерт? Я сделала ягодный смузи? – Ловлю умоляющий взгляд Зои и отрицательно качаю головой.

– Нет, спасибо. Завтра, возможно.

Стараюсь идти медленно, не позволяя себе ни грамма эмоций, рвущихся наружу. Вхожу к себе в спальню и замечаю движение в ванной комнате. И что делать дальше? Пойти и спросить напрямую? Или же хлопнуть дверью и показать ей, что она меня обидела? Не знаю…

– Привет.

Замираю, решаясь поднять голову и встретиться с Джесс, стоящей на осветлённом участке смежной комнаты.

– Как погуляла? Кино понравилось? – Едко спрашиваю её.

– Я не была в кино, Флинт. Сидела на берегу, пока не стемнело, потом приехала домой, – её признание, тихое и сдавленное, вызывает во мне желание подойти, спросить, обнять, хотя бы дотронуться. Чёртовы чувства, ведь я это делаю. Сокращаю расстояние и останавливаюсь, так и не решаясь на большее.

– Я не понимаю, Джесс. Ничего не понимаю, и мне плохо. Вчера ты сказала, что я твой, а сегодня уверила, что ничего нет. Почему? За что ты так со мной? – Шепчу я, вглядываясь в её безумно дорогие глаза.

– Я не уверяла. Ты не дал мне возможности сказать, потому что ушёл.

– Ты прыгнула. Перепугала меня до идиотизма, Джесс. Да я такого страха натерпелся, что всю жизнь помнить буду. И…

– Остановись, – она прикладывает ладонь к моим губам, заставляя замолчать. – Флинт, мы не можем чувствовать друг к другу большее, чем просто секс. Но да, я чувствую. Всегда чувствовала, и поэтому во мне жила необъятная злость на тебя. Да, знаю, что это неправильно, за это можно судить, но я не хотела тебя пугать. Честно, не хотела.

Она снимает свою руку с моих губ, а я стою в очередном ступоре, словно от удара по голове. Придурок. Столько надумал, из-за страха убежал и потерял время, вместо того чтобы разобраться. Но я всего лишь человек, которому тоже страшно услышать отказ от необходимой ему женщины.

– То есть, – прочищаю горло, – ты влюблена в меня?

– Возможно, да, потому что думаю о тебе постоянно. Но я не имею права привязываться к тебе, Флинт, как и ты. Твоя жизнь не здесь, она…

– Теперь ты замолчи, я буду решать, где моё место. А оно рядом с тобой, мне плевать на всё. Поехали со мной? Поехали в Нью-Йорк, Джесс. Только ты и я, у нас всё получится, – обхватываю её лицо руками, умоляя дать шанс нам. Хотя бы шанс.

– Я… боже, я же не могу, Флинт. Правда, это мой дом, но и ты здесь не можешь. Я не знаю, мне так… мне так страшно, – в её глазах появляются слёзы, которые я подхватываю губами.

– Чего ты боишься, конфетка? Я не брошу тебя, обещаю. Никогда. Не брошу, – уверяя её, ловлю солёные капли, покрывая её лицо поцелуями.

– Я знаю. Я верю тебе и… подумаю. Хорошо? Обдумаю это, это максимум, что я могу дать, – шепчет она, но заглушаю слова поцелуем. Чёрт, как я изголодался по ней, по этой нежности и страсти, бурлящей в крови. По её объятиям и своему счастью. Тихому. Безмолвному счастью, где даже секс отходит на задний план. Только бы вот так. Целовать её и умирать от горечи, с каждой минутой, наполняющей сердце. И нет причин, я не хочу их видеть. Не с ней.

– Ты сегодня останешься со мной? Я запру дверь, и ты тоже? – Спрашивает она.

– Да, потому что спать больше не могу без тебя. Я устал быть один. Конечно, всё что угодно, конфетка. Всё что угодно, я буду рядом, – заверяю её и слышу облегчённый вздох.

– Только пообещай мне не делать так больше. Не прыгай, не подводи меня к черте. Если тебя не будет, то и меня тоже.

– Не говори так, пожалуйста. Не надо, Флинт, умоляю тебя не надо, – она плачет навзрыд, сжимая руками мою шею, а я на секунду удивляюсь, прижимая её сотрясающееся в рыданиях хрупкое тело.

– Хорошо, но не пугай меня, – поглаживаю её по спине.

– У тебя всё будет хорошо, да? Ты же сможешь… ты, господи, – её шёпот не особо мне понятен, наверное, она так же измотана, как и я.

Подхватываю Джесс на руки и несу к постели. Отбрасывая одеяло, нахожу её губы, и мы падаем. Сжимаю её в руках и перекатываюсь на спину, отрываясь от Джесс.

– Запри двери, Флинт. Не хочу, чтобы был новый скандал. Он лишний, – тихо просит она.

– Жди меня, – отпускаю её и поднимаюсь, как слышу шёпот:

– Всегда.

Странно, что из-за своей глупости, порой мы делаем выводы раньше, чем следует. Помимо глупости, существует страх быть отвергнутым и потерять себя в очередном омуте из боли. Но боль такая бывает только с одной. Никогда она не повторяется, как и чувства. И у меня получилось найти в жизни ту единственную, которая разрывает с той силой, с которой ласкает. Это самое лучшее послевкусие, после страха потери – обрести спокойствие. Оно ещё вкуснее и ценнее, чем раньше.