Отголоски тишины - Энн Малком

— Откуда ты это знаешь?

Его глаза прожигали меня.

— Потому что Булл ни на кого не променял бы ее, невзирая на весь ее саркастичный юмор. Потому что я знаю, что бы сделал я на его месте, если бы это была ты. Я бы перерыл всю страну, если потребовалось бы, но нашел бы тебя.

Я моргнула, глядя на него, и по моей щеке скатилась слеза. Он снял ее поцелуем.

Я перевела взгляд на повязку, закрывающую половину его плеча. Он был без футболки.

— Тебе больно? — тихо спросила я, проведя ладонью по краю повязки.

Килл едва позволил «доку» зашить его. Он был одержим идеей «проинформировать мужчин» о том, что произошло. Подчинился, только когда Стег потребовал, чтобы его зашили. Без анестезии, легко держа меня за руку и даже не поморщившись. Думаю, я вздрагивала чаще его. Каждый раз, когда игла проходила сквозь его плоть, казалось, будто она пронзала меня.

Едва «док» перерезал нить, как Киллиан вскочил и направился к «церкви», где исчезло большинство мрачных мужчин.

Зейн некоторое время оставался со мной. Я крепко прижалась к его боку, прежде чем он поцеловал меня в голову.

— Надо искать твою маму, — пробормотал он.

Я кивнула, глядя на Килла. Сосредоточилась на нем. Потому что это означало, что мой разум не будут наполнять ужасные мысли.

Килл быстро поцеловал меня, когда я последовала за ним к двери.

— Скоро вернусь, Веснушка, — пообещал он.

Меня туда не пустят. Ну, конечно. Я почувствовала прилив гнева. Это была моя мама. Я заслуживала знать, что происходит. Но я бы не помогла ей, устроив сейчас истерику.

В этот момент ко мне подошла Эви, старушка Стега.

— Я присмотрю за твоей девушкой, Киллиан, иди. — Она кивнула на дверь.

Килл еще раз взглянул на меня и быстро кивнул.

Эви развернула меня к себе, направляя нас к бару в углу. Я мало с ней общалась. Она меня немного напугала. Она походила на королеву байкеров. Хотя Гвен была замужем за президентом, было ясно, что здесь заправляла Эви. Не в плохом смысле, просто она была главой этой разношерстной семьи. Она казалась суровой, но в каком-то смысле красивой. С длинными каштановыми волосами с мелированием и ярким макияжем. Несмотря на то, что ей было под пятьдесят, выглядела она потрясающе.

— Понимаю, что скажу глупость, учитывая, что твоя мама пропала, но постарайся не волноваться слишком сильно, дорогая.

Она потянулась через стойку за бутылкой и двумя рюмками, затем повернулась ко мне.

— Булл сделает все возможное в человеческих и нечеловеческих силах, чтобы вернуть ее. Клуб тоже, — пообещала она, наполняя рюмки.

— Я знаю, — уверенно ответила я.

Она удивленно подняла бровь: жест, похожий на одобрение.

Она протянула мне рюмку с прозрачной жидкостью.

— Ты испытала шок, дорогая, очень сильный. Тебе нужно чем-то успокоить нервы. — Она кивнула на рюмку.

Я посмотрела на нее.

— Мне всего шестнадцать, — заметила я.

— Разве я похожа на полицейского? Я не подбиваю тебя выпить всю бутылку. Просто небольшую порцию для снятия стресса.

Я уставилась на жидкость. Затем взяла протянутую рюмку и выпила ее залпом, со стуком опустив на стойку. От горечи и обжигающего вкуса горло загорелось, и я была уверена, что сморщила гримасу.

Эви потрясенно посмотрела на меня.

— Вот, черт, — заявила она. — Ты идеально подходишь Киллиану.

Я издала странный смешок-рыдание, мое тело не понимало, что делать. Эви налила еще рюмку.

— Эви! — крикнул голос с акцентом.

Гвен бросилась ко мне, отталкивая рюмку за пределы моей досягаемости и обнимая меня за плечи.

— Ты даешь ей алкоголь? Ей шестнадцать! — отругала она.

Эви взглянула на нее.

— Мы уже это установили. Посмотри на нее. — Она кивком указала на мое окровавленное платье и, скорее всего, заплаканное лицо. — Она заслуживает рюмочку. Или пять. Она наверняка справится с этим.

Она подмигнула мне.

Гвен посмотрела на меня, и черты ее лица смягчились. Она притянула меня в свои ароматные объятия.

— Мне очень жаль, милая, — пробормотала она мне в волосы. — С твоей мамой все будет в порядке. Кейд позаботится об этом. Булл тоже.

Она отпустила меня, и мои глаза слегка наполнились слезами от ласкового и сочувственного голоса Гвен. Я почти предпочла более грубую заботу Эви. Это было легче пережить.

Гвен, казалось, поняла это.

— Так, давай переоденем тебя в чистую одежду. Я храню кое-что из вещей в комнате Кейда. — Она взяла меня за руку.

Итак, меня отвели наверх, дали другую одежду, и я смыла с себя кровь. Новая одежда и чистая кожа никак не могли помочь с клубком змей, свернувшихся в моем животе.

Весь остаток дня я смотрела на дверь «церкви», которая в основном оставалась закрытой, и откуда мужчины целеустремленно входили и выходили. Большинство кивали Киллу, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Затем суровые, яростные глаза смягчались при виде меня. Некоторые просто смотрели. Некоторые сжимали мою руку. Лаки наклонился и поцеловал меня в голову, повторяя те же слова, что и все остальные. Что они найдут маму. Но проходили часы и ничего. Я просто смотрела в пространство, думая обо всем и ни о чем одновременно, пытаясь вспомнить последние слова, что сказала маме. Мы спорили о свитере. О свитере.

Киллиан все время сидел рядом со мной, прижимая меня к здоровому плечу, время от времени что-то шепча, касаясь губами моей головы. Я мало что ему говорила, но цеплялась за него, как за спасательный плот. Гвен тоже постоянно была неподалеку. Белла, ее маленькая дочь, бегала возле нее время от времени. Я наблюдала за ней, завидуя детской невинности. Была ли я такой? Да, была. До того дня, как потеряла Стива и Аву. Тогда я не понимала, какое это сокровище.

Казалось, Белла что-то почувствовала во мне, потому что молча забралась ко мне на колени и стала смотреть телевизор, на который я тупо пялилась несколько мгновений назад. Я прижимала к себе ее крохотное тельце, вдыхая детский аромат. Килл гладил ее головку, и мы молча смотрели, пока она не уснула у меня на руках, и Гвен осторожно забрала ее.

— Дорогая, постарайся поспать, — сказала Гвен, когда наступила ночь, и я уже не надеялась увидеть сегодня маму. Я не могла допустить мысли, что солнце зайдет, а