Боясь тебя - Б. Б. Рейд

— Что ты останешься.

Я почувствовала его руки по обе стороны своего лица.

— Зачем ты это делаешь?

— Открой свои глаза.

— Скажи мне почему…

— Нет, пока ты не посмотришь на меня.

Нет. Ни за что. Мои колени ослабели от прикосновения его рук.

— Пожалуйста, — прошептал он мне в губы, прежде чем соединиться с моими в нежном поцелуе. Его руки обхватили меня за талию и притянули ближе. То, как он обращался со мной, заставило меня почувствовать себя хрупкой, как будто я сломаюсь в любой момент. Я бы, наверное, так и сделала.

Я наконец открыла глаза, когда он в последний раз чмокнул меня в губы и прижался лбом к моему. Когда я посмотрела ему в глаза, они уже не были грозными. Они таили надежду.

— Я тебя люблю.

Я покачала головой, заставив наши лбы потереться друг о друга. Он схватил меня крепче, словно чувствуя, что мне нужно убежать.

— Думаю, что полюбил тебя в тот день в аптеке. Ты была такой красивой… и такой испуганной. Впервые с тех пор, как я встретил тебя, я не хотел, чтобы ты боялась меня.

— Мог бы меня одурачить.

— Моим самым большим сожалением в жизни было то, что я заставил тебя плакать, и если мне придется потратить остаток времени на то, чтобы у тебя никогда не было еще одного плохого дня, то я умру счастливым человеком.

— Я думала, что ты ни о чем не сожалеешь.

— Только о том, что не могу изменить.

— А что насчет Митча? А Лили? Придется ли мне потратить остаток своих сил, убеждая тебя, что я не ее призрак?

— Я хочу показать тебе кое-что. — Он убрал руки с моей талии и стянул рубашку через голову. Я одарила его сумасшедшим взглядом. На улице было градусов десять, а может, и холоднее, а он стоял передо мной без футболки.

— Киран, что ты делаешь? Вряд ли сейчас время думать о сексе.

— Нет, но это будет позже.

— Не слишком ли самоуверенно?

— Надеюсь. — Я смягчилась от его слов и взгляда его глаз. — Помнишь, я говорил тебе, что исповедую свои грехи единственным известным мне способом? Вот почему я сделал татуировку.

— Не могу поверить, что вижу это впервые. Это прекрасно, — наконец сказала я, с трепетом глядя на его спину.

Даже после того, как мы занимались сексом, я поняла, что никогда не видела его спины. Кто-то из нас всегда сбегал.

Я провела пальцами по его спине, где была татуировка. Темные лепестки резко контрастировали с его кожей. Некоторые были по-разному сломаны, а некоторые выглядели залеченными. На залеченных лепестках виднелись капли влаги, коснувшиеся именно сломанных частей. Капли дождя были ярко-голубыми с оттенком зеленого, напомнившими цвет моих глаз. Один особенный лепесток выделялся среди остальных. Кончик лепестка свободно свисал, как и другие, а над ним зависла капля дождя. То, как она подала, было необычным… почти как падающая звезда.

— Это для нее?

— Нет… Это было зря.

— Ты действительно в это веришь?

— Да.

— Тогда почему лилия? Из любого цветка или глупой татуировки, которую мальчики-подростки склонны делать, ты выбрал то, что явно что-то значит? Что все это значит? Сломанные лепестки? Капли дождя?

Он засмеялся и покачал головой:

— Это была идея Кинана. Я сказал ему сделать лилию. Он…

— Он считал, что ты исцеляешься.

— Что? — Голова Кирана резко повернулась.

— Для этого и нужны капли дождя. Они — целебный бальзам. Большинство лепестков починены, но некоторые все еще сильно сломаны.

Между нами воцарилась тишина, я продолжала восхищаться его спиной, а он продолжал смотреть на стену впереди. Его спина была напряжена и напряглась еще больше, когда я продолжала прикасаться к нему.

— Это прекрасно, Киран. Как думаешь, это может быть правдой?

— Что может быть правдой?

— Возможно, просто может быть, ты сможешь исцелиться?

— Ну, тогда мне придется признать, что со мной что-то не так. — Дразнящая нотка в его голосе невольно заставила меня улыбнуться.

— Хорошо, что я знаю, что ты шутишь, а то могу заволноваться.

Он внезапно повернулся лицом ко мне и обхватил меня за талию, приближая к себе.

— Почему ты борешься за это?

— Почему ты вообще с этим борешься?

— Потому что я убивал людей, Лэйк. Я убивал и готов убить без особой провокации. Ты действительно веришь, что кто-то вроде меня может когда-нибудь стать хорошим? Я никогда не смогу быть парнем, мужем или даже отцом.

Я проигнорировала боль в своем сердце из-за его неприятия будущего.

— Знаешь, ты не так обречен, как думаешь.

— Я не смогу искупить свою вину.

— Тогда почему ты не нажал на курок и почему ты хотел защитить меня?

— Потому что если бы мне пришлось кого-то защищать, то это была бы ты.

— Ты хочешь сказать, что я иду по умолчанию?

— Я говорю, что ты важна. Как бы сильно я этого не хотел бы.

— Ты действительно знаешь, как заставить девушку почувствовать себя особенной, — пошутила я.

— Я не из тех, кто любит солнце и розы. Вероятно, я никогда не смогу уложить тебя на клумбу из роз и заняться с тобой любовью.

Я обвила руками его шею.

— Может быть, я не хочу роз. — Я прикусила его нижнюю губу, что мгновенно привело к поцелую, грозившему поглотить нас обоих. — Может быть, я предпочитаю твои шипы.

— Однажды ты захочешь.

Не борись с этим, детка.

— Однажды — это не сегодня, — возразила я.

— Готова ли ты воспользоваться этим шансом?

Да.

— Может быть.

— Я не стою этого.

— Для парня, который источает сексуальную привлекательность, у тебя нулевая самооценка.

— Мне бы очень хотелось, чтобы проблема заключалась в недостатке самооценки. Тогда все было бы намного проще.

— Насколько проще?

— Это сделало бы все возможным.

— Почему ты так ее ненавидел? — Что бы я ни чувствовала, я все равно боялась, что однажды он проснется и поймет, что никогда не поверит, что я не Лили.

Он уткнулся лицом мне в шею и вздохнул.

— Потому что она сделала то, на что у меня не было сил. Она не позволила им забрать ее душу. Вот что делало ее сильной… Вот что делало сильной тебя.

Он думал, что я сильная?

— В больнице ты сказала, что я тебя сломал, но это неправда. Я не могу сломать тебя, детка. Я никогда не мог. Когда она умерла, я думал, что умер вместе с ней, а когда я увидел тебя в первый раз, я подумал, что она послала тебя как напоминание обо всем зле, которое я совершил. Но в тот день, когда