Неукротимый: возрождение - Аврора Белль

Ну и кто сейчас контролирует ситуацию, а?

Моя победа, однако, была недолгой.

Его рот приоткрылся в стоне. Я скользнула языком внутрь, и его губы сомкнулись вокруг него, слегка посасывая, постанывая в мой открытый рот, и я, черт возьми, умерла, отвечая на его нуждающиеся звуки и сильнее насаживаясь на его твердую длину. Ему это нравилось. Я это знаю, потому что он зарычал, и когда его бедра врезались в меня, я увидела звезды, тяжело дыша, как сучка в течке.

Твитч засосал чуть сильнее, потянувшись одной рукой вверх, чтобы намотать мои волосы на запястье, и когда он дернул мою голову в сторону, я задохнулась от смеси удовольствия и боли, пульсирующей в моих венах. Он воспользовался этим, погрузившись в меня, засасывая меня глубже в свой рот. Достаточно глубоко, чтобы наши губы наконец встретились в медленном, чувственном поцелуе. И губы этого мужчины были такими, какими я их помнила.

Свистящий, потрескивающий, взрывающийся фейерверк всех цветов радуги.

ТРОТИЛ. Опасный и непредсказуемый, и он держал фитиль слишком близко к моему сердцу.

Проклятая атомная бомба, грибовидное облако которой сорвало бы мою плоть с костей, оставив меня голой, открытой и истекающей кровью.

И такого рода взрывы я ощущала повсюду, в своем разуме, в своем сердце и в своей сердцевине, все одновременно, все в равной степени затронуто.

И если бы я сейчас умерла, то умерла бы счастливой.

Мне хотелось протянуть руку и провести руками по его волосам, но я изо всех сил пыталась освободиться. Его руки не оставляли никаких шансов. Мое дыхание участилось, пока я извивалась рядом с ним.

— Пожалуйста.

Но Твитч дернул меня за волосы, достаточно сильно, чтобы появилось жжение.

— Нет.

Втайне любя пульсирующее покалывание в коже головы, мой голос стал взволнованным.

— Я хочу прикоснуться к тебе.

— Нет, — был его хриплый ответ, когда он завладел моими губами в глубоком, карающем поцелуе, и я обмякла в его объятиях, выдыхая в него.

Я попыталась в последний раз, мой голос был мягким и умоляющим. Я проговорила сквозь наш поцелуй:

— Пожалуйста, детка. Пожалуйста.

Он низко зарычал, прежде чем его руки ослабли вокруг меня.

— Никогда не мог сказать тебе «нет». — Его глаза были полуприкрытыми и остекленевшими, когда он произнес: — Не тогда, когда ты так мило просишь.

Да!

Мои руки, наконец, освободились, и я обхватила одной его широкие плечи, а другой его затылок, и когда его рот столкнулся с моим, я издала низкий горловой звук. Мои ногти впились в его кожу головы, и он зашипел мне в рот. Мои глаза сверкнули, прежде чем я улыбнулась ему в губы. Не могла удержаться. Слегка задыхаясь, я ухватилась за самую длинную прядь его волос и сильно потянула.

Он вздрогнул, и я выпрямилась, возвышаясь над ним, кончик моего носа нежно коснулся его. Я едва смогла сохранить серьезное выражение лица, когда пробормотала:

— Проявленная благодарность. А теперь поблагодари меня, милый.

Я была так потеряна в ощущениях от него, что не заметила, как это произошло,

Удар.

Мои глаза расширились, а тело дернулось от удивления, и я толкнула его в плечи.

— Ай.

— Ты хотела благодарности? Вот моя благодарность для твоей задницы. — Он мягко провел рукой по пульсирующему отпечатку ладони на моей попке, и когда мое лицо скривилось от раздражения, его глаза заискрились смехом, и он почти прошептал: —Спасибо, детка.

О, Господи.

Если раньше я думала, что люблю этого мужчину, то теперь я, черт возьми, боготворила его.

Глаза Твитча осмотрели пустынный пляж, и он понизил голос.

— Хочешь потрахаться здесь или поедем домой?

Оу. У меня есть выбор?

Хорошо.

Мой взгляд смягчился, когда я положила руки ему на плечи, слегка царапая ногтями его дорогой пиджак.

— Домой, потому что у меня в заднице песок.

Когда все его тело затряслось от беззвучного смеха, я тепло улыбнулась ему сверху вниз, а когда наши взгляды встретились, мое сердце дико забилось.

В этом не было смысла.

Как можно скучать по тому, кого обнимаешь?

Это было нелепо.

Без предупреждения я наклонилась и прижалась губами к его губам. Запустив руку мне под юбку, он провел руками вверх по задней части моих бедер, прежде чем положить их на полный изгиб моей задницы, и когда я вздохнула ему в рот, он слегка шлепнул меня по заднице и низко зарычал.

— Поехали.

В ту секунду, когда мы вошли в темный, тихий дом, высокий мужчина за моей спиной потянулся ко мне, притягивая к себе спереди, и моя рука поднялась сзади, чтобы нежно погладить его волосы. Он приложил губы к раковине моего уха и тихо заговорил.

— Мне нужно, чтобы ты помолчала ради меня.

Мой желудок скрутило в предвкушении. Я кивнула, и когда он прижался ртом к моей шее, я приложила все усилия, чтобы заглушить низкий стон, который хотел вырваться.

Запустив руку в его волосы, я сделала короткий выдох, когда одна его рука крепко обхватила мою талию, а другая потянулась под подол юбки, чтобы коснуться моего холмика. Я прикусила губу, чтобы остановить вздох, подступающий к моему горлу. Он тщательно растирал меня, пока у меня не задрожали ноги, и как раз в тот момент, когда я подумала, что провалю свою миссию, он убрал пальцы, нежно обхватив меня.

Его прошептанное «хорошая девочка» было единственной наградой, в которой я нуждалась.

Не похоже, что у меня был выбор. Наш сын был дальше по коридору, в противоположном конце дома, как и Молли, и я не хотела, чтобы кто-нибудь из них услышал или, что еще хуже, пришел проверять.

Он провел меня в мою комнату и тихо закрыл за нами дверь. В тот момент, когда мы остались одни в залитом лунным светом пространстве, он переключился. Тихим, но твердым голосом он скомандовал:

— Раздень меня.

О, да!

Я медленно повернулась и обнаружила, что нахожусь ближе, чем ожидала. Не теряя времени, я приступила к работе, проводя руками по его груди к плечам, затем снимая с него сшитый на заказ пиджак, прежде чем аккуратно положить его на свой комод. Следующим был шелковый галстук. Я ослабила его, оставив накинутым на его плечи. Мои ловкие пальцы расстегивали пуговицы на его рубашке, одну за другой, медленно, пока не обнажилась его сильная грудь, расписанная чернилами. Он поднял запястье, и я занялась сначала одной запонкой, а затем переходя к другой, прежде чем они присоединились