Горький вкус времени - Айрис Джоансен

* * *

– Кто это? – спросил Мишель.

Катрин бросила еще две розы в корзину, прежде чем взглянуть на гребень холма, куда показывал Мишель.

Там стоял Франсуа и не сводил с нее пристального взгляда.

– Франсуа Эчеле, один из парижских гостей.

– Я знаю. Он был в доме в тот день, когда ты покалечилась, но тебе-то он кто?

– Я же тебе сказала.

– Он рассердился на месье Филиппа, – сказал Мишель. – По-моему, он готов был его убить за то, что тот причинил тебе боль.

– Ты ошибаешься, я ему безразлична. – И тем не менее этот человек был моим мужем, потрясение вспомнила Катрин. Если не в глазах бога, то в глазах Французской республики. Воспоминания о том дне потускнели в ее памяти и стали похожи на сон, как все то, что случилось перед тем, как она впервые выглянула из окна экипажа и увидела Ваза-ро. Вазаро теперь был единственной реальностью.

– Он ждет тебя, – сказал Мишель. – По-моему, он будет стоять там, пока ты не подойдешь. Катрин улыбнулась.

– Что ж, мы ведь не хотим, чтобы он пустил на этом холме корни. Весьма неудобно будет работать вокруг него, если в один прекрасный день нам вздумается засеять это место. – Она направилась вдоль ряда кустарника. – Я скоро вернусь.

Мальчик не ответил, а когда она оглянулась, то увидела, что Мишель по-прежнему задумчиво смотрит на Франсуа.

– Жюльетта сказала мне, что вы здесь. Не ожидал увидеть вас в таком хорошем состоянии, – сказал Франсуа, когда Катрин поднялась на гребень холма. Он медленно обвел взглядом ее всю – от толстой косы до деревянных башмаков на ногах. – Я думал, вы все еще…

– Лежу бледная и больная в постели? – закончила Катрин. – Я уже совсем поправилась.

Франсуа медленно кивнул.

– Вижу. – Его взгляд метнулся к лицу Катрин. – Вы по-прежнему видите сны?

– Я забыла, что вы знаете об этой глупости. Сожалею, что была в то время для всех такой обузой. – Она помедлила. – Я рада, что по крайней мере вам хорошо заплатили за ваши хлопоты ради меня.

– Очень хорошо заплатили, – бесстрастно согласился Франсуа. – Но вы не ответили. Вы по-прежнему видите сны?

– Иногда, но этого следовало ожидать. Последний я видела больше недели назад. – Катрин стало не по себе от его пристального взгляда, и она поспешно продолжала:

– Жюльетта говорит, вы завтра вечером отплываете в Испанию.

Франсуа кивнул.

– Мы отплываем в полночь.

– Стало быть, вы захотите пораньше выехать из Вазаро. Я велю подать ужин в пять часов.

Франсуа неожиданно улыбнулся.

– Сначала труженица в поле, а сейчас любезная хозяйка поместья? Мне интересно, какие еще стороны характера я в вас обнаружу.

– Мне самой это небезразлично. Однако мне пора. – Катрин повернулась и направилась к полю, уже на ходу проговорив:

– Вам понравится вино из Вазаро. Оно легко пьется, но восхитительно кусается.

– Интересное описание. – Голос Франсуа прозвучал глухо, и это заставило Катрин обернуться. Его лицо было бесстрастно, когда он произнес:

– Я горю желанием попробовать его.

Катрин пронизала дрожь наподобие той, что приносит внезапный жаркий ветер на поля, мокрые от дождя. Девушка ощутила, как сжались мышцы ее живота, а грудь ее неожиданно стала… какой-то другой. Страх? Нет, не похоже. Что же это?

Катрин отвела глаза от Франсуа и ускорила шаг, потом сбежала с холма на поле, к Мишелю. Девушка стала лихорадочно собирать цветы и бросать их в корзину.

– Ты потеряла ритм, – заметил Мишель, не сводя глаз с холма. – Он все еще смотрит на тебя.

– Почему он тебя интересует?

– Он уже ушел. – Мишель снова принялся собирать цветы.

– Почему? – упорствовала Катрин.

– По-моему, он из тех, кто понимает цветы.

Катрин засмеялась.

– Он вовсе не мягкий человек.

– Здесь нужна не мягкость, а… – Мишель помолчал, стараясь облечь свою мысль в слова. – Знание. Чувство.

– А у него это есть?

– По-моему, да. – Мишель нахмурился. – Я знал, что ты поймешь цветы, но он не похож на тебя.

Нет, у нас нет ничего общего, подумала Катрин. Однако Франсуа, по-видимому, обладал способностью как-то заставить Катрин чувствовать себя крайне неспокойно. Прекрасно, что он завтра уезжает. Состояние безмятежности, в котором она пребывала последнее время, исключая эпизод с Филиппом, далось ей дорогой ценой, и девушка не желала подвергать опасности свой покой.

Вечером в салоне Катрин встретилась взглядом с Франсуа. Увидев ее, он встал и вежливо поклонился, не спуская с нее глаз.

И Катрин неожиданно остро ощутила свои обнаженные плечи, сияющие в предвечернем солнечном свете, грудь, выступающую из атласного корсажа.

– Прошу вас, садитесь. – Она поспешно опустилась в кресло и посмотрела на Жан-Марка. Он был одет по-дорожному – в сапоги и темный костюм, и Катрин запоздало сообразила, что и Франсуа одет так же. – Ужин подадут через четверть часа. Надеюсь, это вас устраивает?

– Абсолютно. Вина, Катрин? – Жан-Марк подошел к шкафчику и разлил вино в бокалы. – Вы в превосходном здравии? – Он не то спросил, не то убедился, что она здорова.

– В превосходном, – негромким эхом откликнулся Франсуа, снова садясь. Тепло его улыбки протянулось к Катрин и обняло ее.

Катрин оторвала взгляд от Франсуа.

– Вина? Да, пожалуйста. А где Жюльетта?

– Еще не спускалась к ужину. – Жан-Марк подал бокал Катрин, пересек салон и вручил другой бокал Франсуа. – Со вчерашнего вечера я ее не видел.

– Мы разговаривали с ней сегодня утром, перед моим уходом в поле. Она вся в рисунках и снова позабыла о времени. – Катрин пригубила вино. – Если она не спустится через несколько минут, я ее поищу.

– Торопиться некуда. – Жан-Марк уселся, вытянув ноги в сапогах. – Жюльетта редко приходит вовремя. Пейте вино.

Катрин метнула на Жан-Марка любопытный взгляд.

– Вы уже это выяснили?

– Я узнал многое о Жюльетте. – Жан-Марк бросил ленивый взгляд на Франсуа. – Вы не пьете.

Катрин улыбнулась.

– Это вино из Вазаро, о котором я вам говорила. Помните?

– Помню. – Франсуа поднес бокал к губам и сделал большой глоток.

– Вам нравится? – спросила Катрин. – Это хорошая марка.

Франсуа кивнул, встретившись взглядом с Катрин.

– На мой взгляд, оно больше кусачее, чем легкое, но иногда это то, что необходимо мужчине.