Плюш - Тея Лав

– Да! – выкрикивает Шон.

– Нет! – говорю я в голос с ним.

Мама поочередно смотрит на нас, затем на притихнувшую рядом со мной Вивиан. Вивиан смотрит на меня, и на ее лбу образуется маленькая хмурая складка.

– Сначала на ярмарку, затем эм…я даже не знаю, куда мы собирались, – говорит она.

Шон исполняет у плиты победный танец, и теперь я ему показываю средний палец.

Мама подходит к нам и вздохнув, накрывает мою руку своей ладонью, затем широко улыбается Вив.

– Не поддавайся их манипуляциям, дорогая. У них свои цели.

– А вот и нет, – встреваю я, поднявшись на ноги и поцеловав маму в щеку. – Я хочу показать Вивиан Торонто, а Шон со своими печеньями пытается нарушить наши планы.

Тишина длится около пары секунд, прежде чем Шон и Вивиан разражаются смехом. Мама снисходительно улыбается, глядя на меня снизу верх. Ага, я только что прозвучал, как трехлетний, который жалуется своей матери. Наверняка, это смешно слышать от восьмидесятикилограммового парня с татуировками и густой растительностью на лице. Так что я не виню ржущих надо мной Вив и Шона.

– День длинный, вы все можете успеть, – бросив предупреждающий взгляд на Шона, который тут же затыкается, говорит мама. – Только возвращайтесь как можно раньше. Адам приедет около семи. Брэйден и Шелли приедут завтра утром.

Мы послушно киваем, так как мама, несмотря на свою природную мягкость, обладает огромной властью над нами.

Ну, еще бы, четверо парней в одном доме! Плюс мой отец. Что ей еще оставалось делать, чтобы не сойти с ума? Правильно: сразу показать, кто здесь главный и снисходительности от нее не ждите.

Некоторое время мы возимся на кухне, затем расходимся по спальням, чтобы собраться. Я нахожу отца в гостиной с газетой в руках, и мы долго болтаем о моей команде. Внешне мы практически все похожи на него, от каштановых волос вплоть до размера ноги.

На пути к подвалу, то есть в спальню (но подвалом это место называть привычней), меня перехватывает мама. У нее в руках кулинарная книга, короткие темные волосы заколоты по бокам.

– Лиам, Адам сказал, что бросит надувной матрас с тобой в старой комнате Брэйдена.

– Да без проблем, – пожав плечами, говорю я.

Дом родителей довольно большой и просторный. У каждого своя спальня, есть холл и довольно просторная гостиная, обшитые светлыми деревянными панелями. На заднем дворе застекленная терраса и даже небольшой бассейн, который мы с братьями устанавливали сами.

Но как бы то ни было, дом не способен вместить в себя достаточно гостей, чтобы каждому было максимально комфортно. А в это Рождество планируется именно так. – Просто я подумала, – продолжает мама. – Быть может, Шона разместить в гостиной или с Адамамом в старой спальне Брэйдена, а его самого и Шелли в спальне Шона, ну а ты вернешься в свою старую спальню к Вивиан.

Это было бы вполне нормально, учитывая, что мне двадцать пять. Но вчера мы благоразумно разместились в разных спальнях, и я посчитал это правильным.

– Ей ведь не пятнадцать, и ее родители знают о вас, – рассуждает мама. – Все ведь уже хорошо, ведь так?

Ее карие глаза пронзают меня, в ожидании ответа. Мои родители уже в курсе, как именно начались наши отношения с Вивиан и не скажу, что они это одобрили. Да, мне пришлось долго объяснять и оправдываться. К счастью у нас крепкая семья, и мы поддерживаем друг друга в любых ситуациях. И эта стала не исключением.

– Да, все хорошо, – честно отвечаю я.

Даже познакомься я с Вив не в качестве школьного тренера, я бы все равно вряд ли числился в любимчиках ее отца. Алекс Роббинс обожает свою единственную дочь так же, как и она его, и я оказался тем мужчиной, который отчасти занял его место в ее жизни. Рано или поздно это бы случилось, но кто разберет, что творится в головах отцов?

– Ну вот и хорошо, – повторяет мама, хлопнув меня по плечу. – Сегодня проведешь время с братом, а завтра, когда приедут Брэйден и Шелли, я приготовлю вам всем отдельные спальни.

– Спасибо, мама. – Я широко ей улыбаюсь и сбегаю вниз по лестнице, чтобы переодеться.

* * *

Рождественская суета в парке Стэнли не дает мне повода злиться на Шона за то, что он изменил мои планы. Да и какой в этом смысл, ведь Вивиан довольно улыбается, раздавая печенья и какао. Мы стоим в одной из многочисленных палаток рядом с катком, поэтому отбоя от детей просто нет.

Повсюду детский крик вперемешку с рождественскими песнями. Я покупаю в соседней лавке лоллипоп и умудряюсь улучить момент, чтобы выдернуть Вивиан из толпы детей.

– Держи. – Я протягиваю ей леденец, от чего голубые глаза Вив весело вспыхивают.

– И все же вы романтик, тренер Фаррелл, – облизнув леденец, говорит она.

Я вбираю побольше воздуха грудью от вида ее скользящего языка по конфете и игриво дергаю за помпон ее зеленой эльфийской шапки. Она смеется, затем я тяну ее на себя и целую в липкие губы. Наши куртки создают барьер между нашими телами, но я чувствую исходящую от нее дрожь.

– Ну, хва-а-атит! – доносится голос Шона. – Вив, ты мне нужна.

Оторвавшись от меня, Вивиан еще раз чмокает меня в губы и сунув мне в руки леденец, исчезает. Ее зеленая шапочка и красная куртка сливается с толпой.

Вздохнув, я пихаю в рот конфету и иду к открытому катку, чтобы хоть как-то убить время.

* * *

Иногда, когда смотришь какой-нибудь фильм, даже не важно какого он жанра, и наблюдаешь за определенным моментом, то невольно задумываешься о своей жизни. Ведь нам всем хочется, чтобы с нами происходили вещи, которые происходят с героями любимых книг или фильмов. Я говорю сейчас только о положительных вещах и веду к тому, что даже такой прожженный реалист, как я прямо сейчас, стоя на ипподроме и наблюдая за тем, как волосы Вивиан колышутся от морозного ветерка, когда она умелыми движениями управляет лошадью, мечтает, чтобы это длилось вечно. Я хочу видеть это каждый день в своей жизни, я не хочу, чтобы это заканчивалось.

Никогда. Какой бы поганой жизнь не была и какими бы черными полосами она не контрастировала, это должно быть со мной. Всю мою жизнь.

Как-то валяясь на диване, мы с Вив просто целовались, догоняя упущенное время во время моих тренировок и ее учебы. Она сказала мне, что я смотрю на нее особенно. А я пошутил: ну, говорят