При вспышке молнии - Барбара Босуэлл

Уэйд мрачно оценил обстановку. Прямо на них несется обезумевший лихач. На «хвосте» висит добрая дюжина полицейских машин; видимо, они уже догоняли пикап, но тот успел резко сменить курс. Что ж, есть как минимум три выхода. Нырнуть влево и устроить кучу малу с полицейскими. Остаться на своей полосе и получить удар в лоб. Или съехать вправо, пропахав запруженную автомобилями стоянку перед баром. Вдоль шоссе не было ни одного свободного участка обочины.

Дана, Шон и Мисти орали во весь голос: пикап был совсем близко. Уэйд принял решение и резко вырулил вправо. Машина запрыгала по ухабам неасфальтированной стоянки перед унылой хибарой, над входом в которую светилось неоновое слово «Бар». Пережив несколько перевоплощений, забегаловка, некогда торговавшая гамбургерами, превратилась в конце концов в безымянное питейное заведение.

Однако клиенты у этого заведения имелись, их видавшие виды автомобили тут и там торчали на площадке. Уэйд запетлял между ними, как по лабиринту. Но когда он уже облегченно вздохнул, думая, что выбрался на свободу, с места сорвался допотопного вида «Бьюик». Его водитель посчитал ниже своего достоинства проверить, свободен ли путь, прежде чем газануть задним ходом.

Съехав с шоссе, Уэйд сильно сбавил скорость, но огромный «Бьюик» мчался на всех парах. Машины столкнулись с такой силой, что надулись подушки безопасности. Дана инстинктивно закрыла лицо руками.

Ни одна из полицейских машин не остановилась, чтобы заняться происшествием. Все они промчались мимо следом за пикапом, который по-прежнему несся сломя голову, сгоняя с шоссе встречные машины.

Некоторое время все потрясение молчали. Подушки сдулись; первым заговорил Шон.

— Господи Иисусе, Дева Мария и Иосиф, муж ее, — выдохнул он то ли молитву, то ли заклинание.

— Все целы? — Уэйд уже тянулся к Дане. — Родная моя, ты не ранена?

— Я в порядке, — дрожащим голосом отозвалась Дана. Она взглянула на руки, покрытые мелкими ссадинами У Уэйда были такие же на щеках и на носу. — О, Уэйд! — Она зарыдала.

Они порывисто обнялись.

— Черт, мы чуть не погибли! — Мисти была в ярости. — Надо же: увернулись от этого психа на шоссе и врезались в какого-то забулдыгу! А эти подонки с мигалками даже не остановились посмотреть, проскочили себе мимо!

Ругаясь, она выбралась из машины. Между двумя разбитыми автомобилями с идиотским видом стояла компания мальчишек-подростков, высыпавшая из «Бьюика».

Шон вышел вслед за своей подругой, но его помощь ей не понадобилась. Молодая вдова была страшна во гневе. В считанные секунды она довела подростков до слез.

— Мой адвокат вчинит вам такой иск, что до конца жизни будете ездить на автобусе, потому что на машину денег не соберете, — пообещала она. — И бару это тоже так не пройдет.

— Эй, Мисти, может, тебе и не придется покупать «Кукольный домик» у Эйкена, — перебил ее Шон, ухмыляясь. — Кевин разорит эту лавочку, и ты получишь ее почти даром.

В машине Дана и Уэйд никак не могли оторваться друг от друга, словно встретились после долгой разлуки.

— Дана, давай не будем больше терять времени, давай сразу поженимся. — Уэйд, точно во сне гладил ее шелковистые волосы. — Я понял сегодня одно: в любую секунду может случиться все что угодно, и я больше не хочу болтаться по жизни в одиночку, попусту растрачивая время.

— Ты хочешь, чтобы ни одно мгновение не пропало даром, да? — Дана подняла к нему глаза.

— Да. А каждое мгновение до нашей свадьбы потеряно безвозвратно. Давай распишемся в эти выходные.

— Мне это нравится. — Дана вздохнула и положила голову ему на плечо. Ее сердце постепенно начало биться ровнее, хотя руки и ноги все еще были словно ватные. — Но мама наверняка захочет устроить большое торжество, как у Мери со Стивом и у Тима с Лизой.

— На подготовку такого гулянья уйдет не один месяц. Мы не станем терять время, живя порознь, — твердо пообещал Уэйд. — Я объясню это твоим предкам и попрошу Тима меня поддержать. Мы их уговорим.

— С другой стороны, мама с папой так обрадуются, что мы женимся, что вряд ли будут возражать против скорой скромной свадьбы. Все равно у них впереди еще Сара с Мэтью.

— У них впереди вообще куча свадеб, — согласился Уэйд. — Я люблю тебя, Дана. В это время на будущей неделе ты будешь моей женой.

Дана улыбнулась сквозь слезы.

— О, Уэйд, я так люблю тебя. Нам так повезло сегодня.

Он кивнул.

— Будет о чем рассказывать внукам. Обручились и к тому же умудрились не погибнуть. Чего еще желать?

— Надеюсь, этого маньяка отловят прежде, чем он успеет совершить что-нибудь ужасное. — Дана зябко повела плечами.

Они обернулись: по другой стороне шоссе промчались полицейские машины. Пикап со своим обезумевшим водителем уже пропал из вида.

Телефонный звонок разбудил и Кевина, и Рейчел.

— Да? — рявкнул Кевин в трубку. — Черт!

У Рейчел округлились глаза. Она встревожилась, но Кевин был скорее раздражен, чем взволнован. Ну значит: Брейди жив и здоров, и Остин с Дастином тоже. Рейчел успокоилась.

— Сара, я не собираюсь звонить Кларе. Это не наша забота. Пусть Фрэнк сам… Что? — Он тяжело вздохнул. — Правда? Ну что ж, хоть одна хорошая новость. Да, я понимаю. Ладно, полицейский участок в Лейквью. Я буду.

Рейчел уже сидела на кровати.

— Фрэнка снова забрали? — Вывод напрашивался сам собой.

— А ты думала, нам удастся отдохнуть от всего этого хотя бы до утра. Ха! Оптимистка! — Чертыхаясь, Кевин вылез из-под одеяла. — Я бы наплевал, но Сара очень расстроена. Судя по всему, Фрэнк угнал пикап и устроил гонки по 70-му шоссе. Одна из машин, в которую он чуть было не врезался, принадлежала Дане Шилли. За рулем был твой кузен Уэйд. Они увернулись от Фрэнка, но затем в них влетел «Бьюик», набитый пьяными школьниками.

— Они ранены?! — закричала Рейчел.

— Сара говорит, что нет. — Кевин пошел в ванную. Рейчел последовала за ним. — По странному стечению обстоятельств с ними была и Мисти Тилден, — сказал Кевин, отворачивая краны. Он потянул Рейчел за собой в душевую кабинку.

Она была не на шутку удивлена.

— Каким образом эта особа оказалась в одной компании с Даной и Уэйдом?

— Я не спросил.

Их совместное купание было коротким и совершенно неромантическим, хотя Рейчел очень понравилась сама идея. Поскольку в аварии никто не пострадал, она позволила себе помечтать о том, какой может получиться чудесный ритуал.

Но сейчас ее возлюбленный думал только о последней безобразной выходке своего отца — это было видно невооруженным глазом. Кевин стиснул зубы, его глаза горели гневом.

— Этого я не смогу ему простить и забыть не смогу, — сказал он, когда они проезжали мост. — Мама и Колетт — его дочь — погибли по вине водителя-лихача. То, что он натворил, — прямое оскорбление их памяти.