Любовники - Джастин Валенти

И тут она вдруг вспомнила тот прекрасный день, когда они с Полом пригласили к себе чету Маркхэмов и после обеда отправились покататься на их новом «порше»…

***

– Женщинам лучше сесть на заднее сиденье, – сказал Пол.

– Это почему же? – возмутилась Джанет. – Значит, бренди и сигары для вас, а для нас только запах?

– Дело вовсе не в этом, моя дорогая, – нежно произнес Том, поцеловав жену в кончик носа. – В этой колымаге сзади просто нет места для ног. Там умещаются только собаки, дети, гномы и такие изящные женщины, как вы.

– Том прав, – поддержала его Николь. – К сожалению, наше место с собаками, детьми и гномами. Ничего страшного, свернемся калачиком и будем выглядывать в окно.

– Да, но только, чур, прохожих не целовать! – пошутил Том.

***

Какой тогда был замечательный день! И вот теперь Тома уже нет. Николь неожиданно расплакалась, вспомнив, каким он был чутким другом, внимательным и заботливым человеком, всегда делавшим добро окружающим.

– С вами все в порядке? – прозвучал рядом с ней чей-то голос.

Николь подняла голову и увидела перед собой бездомную женщину с большой сумкой.

– Да, ничего страшного. – Она вытерла нос и смущенно захлопала глазами. – Умер мой старый друг и очень хороший человек.

Женщина понимающе вздохнула:

– Твой мужчина?

– Нет, не мой, но все равно очень печально…

– Значит, надо благодарить Бога, что не твой, – глубокомысленно произнесла нищенка, швыряя голубям хлебные крошки.

Николь вытерла глаза и вспомнила последние слова Джанет: «Мы с Томом взяли от жизни все, что могли, а я всегда старалась угождать ему и не обделять своим вниманием. Мы прожили долгую жизнь, и мне хорошо от того, что я никогда и ничем не обидела его». Эти слова внезапно настолько поразили Николь, что она мгновенно вскочила на ноги, кивнула женщине и помчалась к выходу, чтобы поймать такси. Как же она глупа! Жизнь сложна, непредсказуема и, что самое главное, неповторима. Стоит ли ей разрушать свое счастье, а вместе с тем и счастье другого человека, который ни в чем не виноват? И вообще, кто может сказать, сколько будет длиться их любовь?

Подъехав к Линкольн-центру, она достала из сумочки зеркало, поправила волосы, подкрасила губы, подвела ресницы, расплатилась с водителем и решительно вышла из машины. Пол не должен видеть следов ее переживаний и вообще не должен пока знать о смерти Тома. Чарующие звуки музыки охватили ее еще в холле. Это была музыка Пола, ее любимого человека, которого она чуть было не предала.

Майлз Фэнчел метался по сцене, размахивая руками и отдавая последние указания танцовщицам.

– Ну ладно, хватит, немного отдохните, а потом прогоним еще раз.

Пол устало опустил голову и в последний раз бросил взгляд на дверь. По проходу бежала Николь, отчаянно размахивая руками. Пол облегченно вздохнул и расплылся в улыбке. Бросив на пол бумаги, он устремился к ней и крепко обнял, прижимая ее голову к своей груди.

– Где ты была? Что случилось? Я уже собирался звонить в полицию.

– Хорошо, что не позвонил, а то они бы арестовали меня за мой неприличный вид. Откуда им знать, что это платье тебе нравится?

– Откровенно говоря, ты мне больше нравишься без платья, но сейчас не до этого.

Николь крепко прижалась к нему всем телом и подумала, что ее любовь выше всех превратностей судьбы и она должна лелеять ее до тех пор, пока есть силы, пока он отвечает ей взаимностью, и никогда не подвергать сомнению свое счастье.