Безымянная Колючка - Айя Субботина

— Я правда не знаю, - продолжает канючить Рора. - Мне больно, Йоэль.

— Терпение – благодетель, - говорю тоном настоятеля при храме. – Они тебя отпустили? Почему?

— Я сбежала, - гордо, будто забыв о боли, заявляет Рора.

Не блещущая умом Рора сбежала от убийцы? Не верю.

— Они думали, что я бестолковая, потому что все время плакала и просила меня отпустить. – Рора, окончательно осоловевшая после лекарств, криво усмехается. - Да я их просто вокруг пальца обвела!

Ясно, что пока она в таком состоянии, нет смысла расспрашивать дальше. Наверняка большая часть того, что она скажет, будет бредом ее одурманенного сознания.

— Загляну к тебе завтра, - обещаю я, поправляя ей подушку.

Между прочим, я все-таки искренне рада, что она нашлась. Вот кто не даст мне умереть от тоски, когда Ашес отправится отвоевывать трон.

Но как бы там ни было, я выяснила главное: Рору украли случайно, потому что она была одета в то самое платье. И похитители, скорее всего, действовали просто по наводке, потому что, зная меня в лицо, они бы ни за что не спутали нас с Ророй. Хотя бы потому, что мое платье было на два размера ей мало. Честно говоря, понятия не имею, как она вообще в него влезла, но наверняка алкоголь и ревность были тому не последними помощниками.

Значит, если я выясню, кто подари платье, то, как минимум, найду сообщника похитителей. А уж они наверняка заодно с подосланным убийцей.

И желательно провернуть все это до того, как я лишусь поддержки своего милого кронпринца. Потому что его отъезд не только ляжет тяжкой печатью мне на сердце, но и заметно усложнит мое существование в стенах Аринг-хола.

Но как выяснить, от кого пришел сверток? На оберточной бумаге, которую я давно изучила вдоль и поперек, не значилось вообще ничего, кроме имени получателя. Единственное, на что я обратила внимание еще тогда - там не был указан номер спального корпуса и комнаты, хотя это одно из правил местной корреспонденции. С другой стороны, пару раз, когда я забирала важные посылки Рэна, на них тоже не был указан фактический «адрес», а только его имя.

Кстати, о письмах Рэна.

Еле отсидев на удивление скучные сегодня занятия, возвращаюсь в комнату и достаю из тумбы свиток-доверенность, выписанную Рэном на мое имя как раз для того, чтобы я могла получать его корреспонденцию и другие важные посылки, которые отправлены с пометкой «лично в руки». Другие, менее важные посылки - как, например, мое платье - разносили почтовые служители, а также студенты, отрабатывающие очередное дисциплинарное взыскание. Не удивительно, что последние частенько относятся к своим обязанностям спустя рукава и путаница в таких случаях - почти привычное здесь дело.

Я внимательно разглядываю даты в строке в самом низу, рядом с размашистой «благородной» подписью Рэна. Чтобы избежать разных спекуляций, согласно местным правилам, такие важные документы выписываются только на очень короткий срок - максимум, десять дней. Срок действия этой истек три дня назад - перед Балом Рэн получал много разных личных заказов, так что мне приходилось бегать на почту почти каждый день.

— Вот же дьявол, - шиплю себе под нос, разглядывая проклятые циферки и ругая себя за то, что эта великолепная идея не пришла мне в голову раньше.

Имея на руках пропуск Рэна, я могу пойти на почту, придумать сказочку про важное потерянное письмо, которое почему-то до сих пор не дошло, и пока бы работники сбивались с ног, пытаясь найти то, чего нет, могла бы заглянуть в почтовую книгу. Как минимум там должен значится отправитель или человек, который доставил посылку от его имени. В семьях Старшей крови этими обязанностями занимается посыльный, но даже в таком случае он должен предоставить имя и адрес отправителя. Это делается с целью безопасности, потому что - вы ведь помните, да? - семьи Старшей крови не гнушаются никаких методов, чтобы избавиться от конкурента. Ну или хотя бы на какое-то время вывести его из игры.

Однажды, когда мы еще не были так печально бедны, моему отцу по почте прислали книгу, заколдованную таким образом, что наложенное на нее заклинание срабатывало только когда на ее страницы падал лунный свет. Когда спустя пару дней все «совпало», отец почти месяц мучился страшными желудочными коликами. А кто же отправил посылку, спросите вы? Наш сосед, с которым они как раз недавно распивали мировую. И это все, что нужно знать об отпрысках Старшей крови.

Кстати, отец мой был человеком вежливым и в благодарность за «подарок» отправил в ответ проказу, спрятанную в слюну милого щенка. Как я потом слышала, единственная дочь нашего соседа покрылась абсолютно печальными уродливыми и зловонными язвами. Вряд ли после этого ее папаша мог бы рассчитывать устроить для бедняжки выгодный брак. После того случая матушка строго-настрого запретила Тэоне прикасаться к чему бы то ни было, что попадало в наш дом извне. К слову, меня этот запрет обошел стороной.

Я достаю лупу и разглядываю цифры, прикидывая, что со всем этим можно сделать.

Единицу вполне можно подправить так, что она сойдет за четверку, шесть я без труда превращу в ноль. А вот что делать с четверкой, которая должна выглядеть как семерка?

Взошедшие, ну зачем вы так со мной? Будь я хотя бы на капельку одарена таумом, хватило бы элементарного заклинания, чтобы подправить нужные числа. Конечно, риск попасться тоже есть (здесь с этим строго), но на моей памяти ни один мой пропуск не проверяли на отпечаток таума. В любом случае, это был бы меньший риск, чем то, что я собираюсь сделать.

Вооружившись пером и чернилами, сделав ярче светильник, берусь за свое «злодейство». С первыми цифрами не возникает вообще никаких проблем - у Рэна такой ужасно кривой почерк, что после моего исправления цифры выглядят лучше, чем были. Настолько лучше, что приходится слегка подпортить им бока, чтобы привести к нужному виду. Прежде чем браться за проклятую четверку, пару минут брожу по комнате, собираясь с духом. Это моя единственная доверенность - предыдущие Рэн всегда сжигал прямо у меня на глазах. Странно, что не потребовал вернуть эту. Наверное, был слишком занят угрызениями совести. Ну или розовый кисель влюбленности окончательно утопил его и без того не слишком сообразительный мозг.

Но у меня будет только одна попытка сделать так, как надо.