Шелковые нити - Патриция Райан

Наконец лорд Гилберт заговорил:

– Двадцать шесть лет назад мой младший брат Чарльз погиб, возглавляя войско короля Стефана, осаждавшее Уоллингфорд. Он оставил вдову, Констанс, наследницу замка Килторп, что около Ридинга. Она была… – Он остановился на берегу ручья, глядя на бурлящий поток. – Она была очаровательна. Остроумная, с золотистыми волосами и нежными зелеными глазами… Я всегда был привязан к ней, возможно, даже слишком, и догадывался, что она разделяет мои чувства. Но она была женой моего брата, а я был женатым мужчиной.

Хью выгнул бровь, бросив взгляд на Джоанну, и сделал глоток из кубка.

– Замок Килторп играл ключевую роль в обороне короля Стефена, – продолжил барон. – И не успел Чарльз упокоиться в могиле, как король выбрал для Констанс другого мужа, Бриана фиц Гарольда, одного из своих лучших военачальников. Он послал меня к Констанс, чтобы договориться о помолвке, хотя ей все равно пришлось бы подчиниться. Моя жена осталась дома. – Он вздохнул. – Констанс горевала по Чарльзу, я утешал ее. В общем… даже не знаю, как это произошло. Может, из-за вина, а может… – Он покачал головой. – Не знаю. Но что случилось, то случилось.

– Она обнаружила, что беременна? – спросил Хью.

– Да. Констанс была моей невесткой, обещанной королем одному из его самых преданных вассалов. Бедняжка была в ужасе, когда поняла, что беременна. Не было никакой возможности выдать ребенка за дитя ее мужа, поскольку Чарльз уехал из дома за несколько месяцев до своей гибели. Я сгорал от стыда и был вне себя от тревоги за нее – за нас обоих.

– И что вы сделали? – спросила Джоанна.

– Я сказал королю и лорду Бриану, что Констанс согласилась на помолвку – что соответствовало истине, – но она слишком скорбит о Чарльзе, чтобы выйти замуж прямо сейчас. Лорд Бриан может поселиться в Килторпе и командовать войсками оттуда, но приличия требуют, чтобы она жила где-нибудь в другом месте, пока они не поженятся.

– Ловко, – пробормотал Хью.

– Констанс уединилась в монастыре. Там она родила нашего сына – тайно, разумеется. Я договорился с настоятелем монастыря Святой Троицы, что ребенок будет воспитываться в его стенах. Констанс глубоко страдала, расставаясь с ним – это был ее первенец, – но другого выхода просто не было. Она вернулась в Килторп и вышла замуж за лорда Бриана. Спустя год она умерла при родах вместе с новорожденными близнецами.

Лорд Гилберт замолчал, уставившись в пустот) своими ярко-голубыми глазами, необычайно похожими на глаза Грэма, а Джоанна удивилась, как это она раньше не заметила этого сходства. Были и другие схожие черты: аристократический нос четко вылепленные скулы, рост, осанка.

– Я старался забыть, что когда-то зачал незаконного сына. Каждое напоминание о нем возвращало ощущение стыда и горя. Но когда брат Саймон – это настоятель обители Святой Троицы…

– Я знаю его, – сказала Джоанна. Они с Грэмом посетили брата Саймона перед его отъездом из Лондона.

– Когда он сказал мне, что Грэм намерен стать священнослужителем, я почувствовал, что должен вмешаться. Мои младший брат погубил свою жизнь, согласившись на церковную карьеру, которая ему совсем не подходила. По моему мнению, слишком много молодых людей принимают священные обеты, в сущности, не понимая, на что они обрекают себя и от чего отказываются. Думая о Грэме, я пришел к выводу, что он вырос в среде, более защищенной от внешнего мира, чем это полезно для здоровья. Неудивительно, что он захотел связать себя с церковью, ведь он больше ничего не видел.

– Вот почему вы отправили его в Бовэ на службу к лорду Ги, – вставила Джоанна.

– Да. Лорд Ги – один из моих самых старых и близких друзей. Я знал, что могу доверить ему мальчика, и попросил его понаблюдать, нет ли у Грэма каких-либо наклонностей к воинскому делу. Думаю, остальное вам известно.

– Почему вы рассказываете все это нам? – спросила Джоанна.

– Двадцать третьего июня я получил письмо от лорда Ги, где говорилось, что он послал Грэма в Лондон с важным поручением. Оно потребовало больше времени, чем предполагалось, и он поселился в доме женщины, чье имя мне было хорошо знакомо. У Джоанны Чапмен. Лорд Ги умолял меня найти Грэма и рассказать ему, что я его отец, но это казалось чистым безумием – нарушить молчание по прошествии стольких лет, правда, когда буквально на следующий вечер я увидел вас во время празднования Иванова дня, миледи, я подумал, что это, возможно, знак свыше.

– Мне показалось, – сказала Джоанна, – что вы посмотрели на меня с любопытством.

– Признаться, я испытывал соблазн связаться с Грэмом, учитывая все похвалы, которыми удостоил его лорд Ги, и тот факт, что Николас, не оправдал моих надежд. Для мужчины важно сознавать, что он произвел на свет сына, достойного продолжить его род. И все же я сомневался. Но несколько дней назад, когда я вернулся домой с охоты, жена встретила меня на пороге с письмом от лорда Ги в руках.

Хью вздрогнул и поднес кубок к губам. Лорд Ги покачал головой.

– Самое странное, что ее рассердила не столько моя неверность, сколько тот факт, что я бросил собственного сына. Она заявила, что есть только один способ искупить мою вину – это последовать совету лорда Ги и увидеться с Грэмом. Должен сказать, она была очень настойчива, отстаивая свою точку зрения. Разумеется, она права. Мне следовало с самого начала объявить мальчика своим, а не сбывать его с рук, как я это сделал. Я принял решение отправиться к вам и встретиться с Грэмом, когда пришло второе письмо от лорда Ги, где говорилось, что Грэм закончил свою миссию и покидает Лондон пятнадцатого июля.

– Это правда, милорд, – сказала Джоанна. – Три недели назад сержант Фокс вернулся в Нормандию.

– Значит, я должен ехать в Нормандию. Пора исправить ошибку, которую я совершил по отношению к Грэму. Иначе я не смогу ни примириться со своей совестью, ни, – он смущенно улыбнулся, – спать со своей женой. Она отказывается иметь со мной дело, пока я не встречусь с ним и не признаю своим сыном.

Джоанна улыбнулась:

– Это очень важно для него, милорд. Барон вздохнул.

– Жаль, – сказал он, – что я не образумился чуть раньше. Тогда я не пропустил бы его свадьбу.

Хью замер, не донеся кубок до рта.

– Ах да! Вы же ничего не знаете, – улыбнулся барон. – Неделю назад Грэм женился в Париже на какой-то девушке по имени Филиппа. Насколько я понял, она воспитанница лорда Ги или что-то в этом роде.

Кровь зашумела в ушах у Джоанны.

– Вы уверены? – спросил Хью.

– Лорд Ги написал об этом в своем письме, – сказал лорд Гилберт. – Все было оговорено заранее, и он назначил свадьбу на второе августа, как только получил известие, что Грэм возвращается.

– Иисусе, – прошептала Джоанна. Барон продолжил, не замечая ее состояния:

– Молодые собираются жить в Англии. Лорд Ги дает ему поместье в Оксфордшире – пятнадцать наделов по сто акров. Совсем неплохо. Очевидно, в качестве награды за его таинственную миссию.