Пыль у дороги - Алёна Рю

смог бы уйти живым, если бы не тот эльф, некоторые основания к тому были. Ланкас только отстраивался, постоянно случались какие-то беспорядки. И поскольку город возрождали по указу короля, дело считалось важным. Все понимали, конечно, что это ссылка. Бессрочная. Так что мы перебрались на юг, и уже здесь я получил бумагу о своем понижении с лейта до капитана. Надо сказать, Элисон держалась более чем достойно, ибо времена настали трудные. Но я не отчаялся и стал собирать отряд. Принял Луаргтона и Арето, а потом нашел и Грэя.

– И кто был самым лучшим? – полюбопытствовала Эри.

– Как Охотник? – переспросил Корд. – Грэй. Но мне ближе всего был Арето.

– А Тирк?

– Тирк так до конца и не знал, чего хочет. К тому же он вспыльчив, что для Охотника плохое качество.

– По-моему, вы отвлекаетесь, – вставила Ульрика.

– Да.

Корд отправил нарезанное мясо в котел и, помыв в ведре руки, продолжил:

– Однажды в «Орлиный глаз» пришла Рика. Она сообщила, что готова продать сведения о некоем шпионе, и я их купил.

– А твой сероглазый мальчик еще тогда завопил, что это мой долг, и платить тут не за что.

– Ничего, с возрастом Грэй стал умнее, – Корд улыбнулся. – Так вот, этими сведениями оказался эльф, живший в этой самой избушке. Не знаю, как его нашли Красные Лисы и не спугнули...

– Мы знаем эти леса лучше, чем ты думаешь, – не без гордости заявила Ульрика.

– В общем, эльфа мы взяли. Его звали Дарнулионг, и он оказался Синим Волком. И ты не поверишь, девочка, но тем самым, который тогда в меня не выстрелил. Теперь понимаешь?

– Но... Но как же Элисон? Ваши ученики?

– Я посвятил в план только Арето, потому что в нем был больше всего уверен. Тирк мог засомневаться, а Грэй был слишком предан делу.

– Потому что вы его так учили, – вставила Эри.

– Нет, потому что ему понравилась власть. Так вот, задачей Арето было напоить одного из стражников, который охранял нашего пленника, а потом я бы помог тому бежать. Все уже было готово, лошади оседланы и привязаны неподалеку. Но в таких делах ничего нельзя предусмотреть заранее. Грэй зачем-то решил наведаться в тюрьму, видимо, у него возникли какие-то вопросы и он хотел отличиться передо мной, а вышло совсем наоборот. Он увидел привязанных лошадей, заподозрил что-то, а когда вошел внутрь, обнаружил пьяного стражника. Похоже, окатил его ледяной водой и предупредил о возможной опасности. Не думаю, что тот что-то понял, потому что когда мы пришли, он был не в состоянии сражаться.

Грэй поднял на ноги и городскую стражу, он действовал быстро, как его учили, он только не знал, что врагом его в тот вечер окажусь я. Объяснять что-то было уже поздно, я пытался, но без результата. Началась такая потасовка, что не расскажешь. Пока я брал удар на себя, Арето вывел Дарнулионга из камеры и усадил на лошадь. До сих пор помню растерянного Тирка и взгляд, полный бессилия и злости. Поколебавшись, он все же встал на сторону долга. Я не видел, где в это время был Арето, и, увы, нашел его уже мертвым. Все, что оставалось, это вскочить на коня и бежать.

– И ты так и не попрощался с Элисон, – скорее сказала, чем спросила Эри.

– А что бы это изменило?

– Ты правда убил отца Нашты?

– Правда.

Эри выдохнула и опустила глаза.

– Ну а пару лет спустя мне пришло в голову еще раз наведаться сюда, – продолжила рассказ уже Ульрика. – Не думала, что беглый Охотник будет прятаться вот так на виду, но как видишь... Между людьми, бельчонок, возникают не только любовь и дружба. Иногда это просто тяга. Которой, конечно, можно противиться, но стоит ли...

– Я поняла, – Эри кивнула, продолжая смотреть в пол.

– Вот и хорошо, – заключил Корд. – Скоро будем обедать.

Глава двадцать седьмая – Лезвие над порогом

Ульрике казалось, что она в каком-то страшном сне, где все повторяется дважды. Вот они снова стоят с Эри у «Орлиного глаза», и девчонка сейчас скроется за дверью. Возможно, это ее второй шанс.

Бельчонок заговорила первой:

– Знаешь, несмотря ни на что, я была рада снова тебя увидеть.

Ульрика едва удержалась, чтобы не вставить едкое словцо. Девчонка так хорохорилась. Избаловал ее Корд, слишком.

– Ты уверена, что тебе туда нужно, Эри?

– Куда? – не поняла та.

– Поехали со мной, – предложила Ульрика. Вот так просто, что давно хотелось сказать.

– К Красным Лисам? – бельчонок побледнела.

– А ты чего-то боишься? Ладно, можем и не к ним. Хочешь, просто уедем? Хоть в Аргон, хоть куда душа позовет.

– И мы будем втроем с Кордом? – обрадовалась Эри. – Ты бросаешь Джерри?

– При чем тут Корд, – Ульрика растерянно улыбнулась. – Вдвоем, бельчонок. Я предлагаю уехать вдвоем.

– Нет, – она шагнула назад. – Я не хочу быть далеко от него, да и у меня тут друзья. А ты все-таки не любишь ни того, ни другого?

– О, медведь лысый, – разбойница закатила глаза. – Опять она про любовь. Ладно, бельчонок, второй раз спрашивать не буду. Не забывай, чему училась.

– Не забуду, – Эри кивнула.

Ульрика глянула на покачивающуюся на ветру вывеску.

– Будь осторожна. И прощай, – она запрыгнула на свою лошадь.

– До свидания, – Эри помахала рукой.

Почему-то казалось, что они прощаются не навсегда, что будет еще встреча. Не скоро, но однажды.

В нос ударил запах свежего хлеба, и она улыбнулась. Жизнь в гостинице уже кипела, на первом этаже, в большой зале, прибывало народу. Постояльцы спускались к обеду, любители вкусной еды и свежего хлеба заходили с улицы.

Эри прошла между столов, поздоровавшись с помощницами, и остановилась у стойки. Еще со спины она узнала вспыхнувшие от утреннего солнца кудри.

– Привет, – не удержалась она. Нашта резко обернулась.

– Ба, кто вернулся! Слушай, прекрати так исчезать, – она понизила голос. – Ты меня опять напугала.

– Извини.

Но Нашта уже смотрела поверх ее плеча.

– Проклятье, – процедила она. – Он здесь. Стой, не оборачивайся и платок поправь.

– Тирк?

– Да, и не воображай, что я ревную. Он