Давай поспорим - Дженифер Крузи

– У меня.

– Поехали, – согласился Кэл, зная, что Мин наблюдает за ними.

В понедельник он весь день провел в размышлениях о том, какая стерва эта Мин. Вторник прошел не лучше. Дважды звонила Синтия, приглашала выпить. Она не теряла надежду после того вечера, когда он довез ее до дома и уехал, отказавшись с ней посидеть.

К тому же все клиенты, с которыми сейчас приходилось иметь дело, были на удивление тупыми. А друзья-партнеры смотрели на него так, словно он изверг. Однако самое ужасное заключалось в том, что он отчаянно скучал по Мин и желал ее так сильно, что чуть не заболел. В довершение всего на работу позвонила мать: хотела выяснить, не встречается ли он снова с Синтией.

– Нет, – ответил Кэл. – Я не собираюсь возобновлять наши отношения. И больше не приставай ко мне с этим.

– Кэлвин! – произнесла мать таким тоном, который в другое время заставил бы его похолодеть.

– И раз уж ты мною вечно недовольна, тебя я тоже больше видеть не хочу.

– Кэлвин! – повторила мать с какой-то новой интонацией в голосе.

– Отстань, – сказал он и повесил трубку. Тони отключил его телефон.

– Включишь, когда решишься ей позвонить. А до этого не общайся ни с кем.

– Я никогда ей больше не позвоню, – отрезал Кэл. – Она мне всю жизнь испортила. С ней покончено.

– Да не матери, дубина, – сказал Тони. – Мин.

– А эта портила мне жизнь целый месяц, и с ней тоже покончено. Черт с ними обеими.

– Очень разумно. – В этот момент Тони стал похож на Мин с ее здравомыслием.

Роджер покачал головой и пошел работать. Кэл, не слушая никого, тоже погрузился в работу.

Придя домой, он сбросил пиджак, взял бутылку «Гленливе» и вдруг замер: из-за стены послышался голос Элвиса. Снова «Она».

– Чтоб тебя!.. – Он с досадой поставил бутылку на стол.

Дверь квартиры Шанны открыла незнакомая женщина, худенькая, с темными волосами.

– Ох. – Кэл попятился. – Я думал… А где Шанна?

– Здесь. – Женщина улыбнулась. Улыбка была приятная, совсем как у Мин, на круглом лице сияли огромные глаза. Она отступила и позвала Шанну.

Появилась Шанна, держа в руках два бокала цвета рубина.

– Кэл! Это Линда, а это Кэл, мой сосед. – Шанна кивнула в сторону комнаты, откуда доносилась песня: – Музыка для первого свидания.

– А-а, – протянул он, сделав шаг назад. – Прошу прощения…

– Вы не любите Элвиса? – спросила Линда.

– Да. Рад за тебя, Шанна. Зайду попозже.

– Выпей с нами, – предложила Шанна, предупредив его взглядом: «Уходи».

– Не могу. Мне надо… – Он кивнул на свою дверь, затрудняясь сказать, чем можно там заниматься. Кроме размышлений.

– Мин у тебя? – спросила Шанна, поставив бокалы. – Может, нам попозже…

– Нет, – ответил Кэл. На его лице вновь проступила ярость. – Она не у меня.

Шанна замерла.

– Что ты сделал?

– Как ни странно, ничего. Почему ты думаешь…

– Не имеет значения, – оборвала его Шанна. – Верни ее.

– Все кончено.

– Нет, не кончено. – Она помолчала. – На этот раз ты действительно многое потерял.

– Дело не во мне.

– В тебе, – уверенно сказала Шанна. – Точно в тебе. Что произошло?

Кэл покачал головой:

– Да ничего. Ничего интересного. – Он кивнул Линде: – Рад был познакомиться.

Шанна схватила его за рубашку и дернула к себе.

– Рассказывай. Иначе я утащу тебя в твою квартиру и не отстану, пока все не узнаю.

Спустя пятнадцать минут она объявила свое мнение:

– В общем, трудно сказать, кто из вас глупее.

– Ничего себе! – разозлился Кэл.

– У вас же сумасшедшая любовь, зачем вы терзаете друг друга? Вы хоть понимаете, как вам повезло?

– Хотелось бы так думать, – ответил Кэл. – Было бы жаль, если бы все это оказалось дурным наваждением.

– Немедленно прекрати, – строго сказала Шанна. – Верни ее.

– Почему я должен…

– Прекрати!

Он сел на кушетку. Образ Мин, который он старательно гнал от себя целых два дня, вновь возник перед глазами. Кэл схватился за голову:

– Боже мой, я так хочу, чтобы она вернулась! Ты видишь, какой я дурак.

– Так позвони ей. Скажи, что ты виноват.

– Ну да, – не соглашался Кэл. – Я же пострадавшая сторона.

– Тешишь самолюбие? – фыркнула Шанна. – Позвони ей. Скажи, что хочешь поговорить завтра вечером. Возьми хорошего вина, признайся в любви. Решите вашу мнимую проблему и живите себе счастливо долгие годы.

– Почему завтра? – озадачился Кэл. – Если надо извиниться за то, чего я не делал, то я пойду прямо сейчас…

– Потому что к тому моменту ты проиграешь пари, – объяснила Шанна.

– Я не заключал его! – крикнул Кэл.

Линда, тоже сидящая на кушетке, вздрогнула и отодвинулась.

– Не кричи, – сказала Шанна. – Не имеет значения. Но вы ударили ее по больному месту.

– Как…

– Она не красавица, – продолжала Шанна, – к тому же полная. Мин знает, что всякий, кто видит вас вместе, удивляется, каким образом она удерживает тебя.

– Ничего подобного, – возразил Кэл. – Она изумительная.

– Верно, – согласилась Шанна. – Но многие этого не замечают. Думаю, в том числе и бывший дружок Мин, который ее бросил, а потом навязал тебе спор.

– Ох, – сказала Линда.

– Тут появляешься ты во всем своем великолепии и уверяешь, что любишь ее…

– Так оно и есть, – вставил Кэл.

– …Только она-то знает, что ты просто побился об заклад…

Кэл вскочил:

– Ничего подобного!

– …что сможешь пригласить ее на обед, – закончила Шанна.

Кэл снова сел.

– И наконец, когда ситуация осложняется, ты, вместо того чтобы остаться с ней, уходишь, подхватив под руку свою бывшую подружку, настоящую красотку.

– Нехорошо вышло, – промолвила Линда.

– О черт. – Кэл со стоном обхватил руками голову. – Сам не верю, что до такого докатился. Неужели я мог позволить этому индюку Дэвиду Фиску проделать со мной такую штуку? Какой же я кретин!

– Все уладится, – сказала Шанна. – Единственное огорчение – ты проиграешь спор. Подумаешь, важность – немного пострадает твоя гордость и потеряешь десять баксов.

– Десять тысяч, – уточнил Кэл.